Мамин интеллект. Как рождение детей делает нас умнее - Кэтрин Эллисон

Она лежала на пеленальном столике, так что наши лица были довольно близко, и я разговаривала с ней, переодевая. Совершенно внезапно у нее то ли ужасно заболел живот, то ли еще что-то случилось: ее личико стало ярко-малиновым, она сморщилась, собираясь разрыдаться. Не осознавая, что делаю, я скорчила такую же плаксивую гримасу – и помню, как в следующую секунду спросила себя: «Погоди-ка, а это еще зачем?» Похоже, мою эмпатию зашкалило.

Очевидно, структуры, отвечающие за эмпатию в мозге Ламберт, на самом деле набрали обороты. Уже довольно давно известно, что, придавая лицу определенное выражение, можно вызывать соответствующие эмоции. Доказано, что улыбки делают людей счастливее. Также ученые недавно обнаружили, что копирование выражения другого человека, сознательное или бессознательное, – мощнейший способ «подхватить» его чувство.

Используя сканирование мозга, команда нейробиологов из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе отслеживала реакции одиннадцати добровольцев, смотревших на фотографии людей с шестью выражениями лица: счастья, печали, гнева, удивления, отвращения и страха. Часть испытуемых просили копировать мимику на фотографиях, других же – просто наблюдать. Исследователи обнаружили, что копирование, равно как и простое наблюдение, активирует в целом одну и ту же нейронную схему в головном мозге. В нее вошли области коры, отвечающие за движение, и два ключевых эмоциональных центра: островковая доля и амигдала. Но копирование вызывало бóльшую мозговую активность, чем простое наблюдение.

По мнению ведущего специалиста в данном эксперименте, профессора психиатрии Марко Якобони, плаксивое лицо Келли Ламберт – бессознательный ответ на боль дочери – является пресловутым рефлекторным отражением, «рекомендацией» мозгу усилить уровень эмпатии. Ранее Якобони обнаружил, что зоны коры, проявлявшие активность в его эксперименте, важны для подражания. Они соединены с лимбической системой посредством островковой доли, которая, по мнению Якобони, вероятно, является ключевым ретранслятором для трансформации подражания в чувство.

Якобони предполагает, что данная схема может нарушаться или укрепляться, что влияет на способность к эмпатии. По его словам, практика копирования эмоций – и получения обратной связи в виде ответного копирования – с вероятностью усиливает нейронные схемы, активирующие эмпатию. Якобони отмечает, что копирование эмоций аутичных детей, печально известных низким уровнем социальных навыков, вызывает более дружественное ответное поведение: «Они подходят ближе, чаще дотрагиваются до вас». Точно так же мать, ведущая постоянный обмен отраженными эмоциями с ребенком, развивает в себе способность понимать его чувства – а при должной практике чувства других людей.

«Я абсолютно убежден, что регулярно проявляя эмпатию по отношению к своим детям, вы работаете над развитием этого навыка в целом, – говорит Якобони. – Базовый нейрофизиологический механизм формирования данной способности не зависит от объекта… Определенные области мозга учатся лучше реагировать на стимуляцию – возможно, навык отзеркаливания других перейдет у вас на автоматический уровень. Вы копируете чужое поведение, пребываете в состоянии эмпатии – так запускается механизм самоусиления». Как и другие ученые, занимающиеся «позитивными» эмоциями, Якобони считает, что в основе работы структур мозга, отвечающих за эмпатию, лежат недавно открытые специализированные нейроны в моторной коре. Эти так называемые зеркальные нейроны запускаются вне зависимости от того, совершаете ли вы действие сами или просто наблюдаете за деятельностью. Такую динамику можно обозначить как «мартышка видит – мартышка чувствует»: оба участника процесса задействуют сходные области мозга. Очевидно, интенсивность реакции регулируется двумя условиями: эмоциональной близостью к человеку, за которым ведется наблюдение, и наличием либо отсутствием у обоих сходного опыта в прошлом.