Мамин интеллект. Как рождение детей делает нас умнее - Кэтрин Эллисон

Женщина познает, насколько яростной она способна быть, в первые, наполненные под завязку гормонами дни материнства и в будущем, спустя дни и годы, иногда возвращается к своему открытию. И порой с удивлением понимает, что гнев бывает очень эффективен… Иногда разозлиться – разумно. Коротко говоря, материнство – это мощный тренинг уверенности в себе. Даже самая робкая женщина вскоре осознаёт, что ее жизнь быстро полетит под откос, если она не утвердит свой авторитет перед этим несговорчивым карапузом. И даже женщины, редко проявляющие характер, ради блага собственных детей закрутят гайки, сделают отпрыскам прививку от кори и заставят приезжать в школу вовремя. Однажды ступив на этот путь, начав говорить, что думаешь, и добиваться своего, довольно сложно остановиться.

Материнская агрессия у животных обычно длится недолго. Наиболее заметны ее проявления в период кормления грудью, а когда потомства нет поблизости, практически не дает о себе знать. Однако мы, люди, настолько дольше сохраняем близость с детьми, что определенный отблеск новообретенной ярости сохраняется еще долго, даже когда малыши вырастают. Джули Сур, нейропсихолог из Университета Огайо, вспоминает, как она общалась с другими родителями в чьем-то дворе, а дети играли поблизости. К ребятишкам приблизился незнакомый человек – он хотел спросить, не видели ли его потерявшуюся собаку. «Тадам! За долю секунды мы переключились с разговора на прохожего… Этот парень даже не понял, почему на него надвигается толпа, пока одна из нас не спросила, какого черта он пошел к детям, если рядом стоят взрослые».

Материнская энергия проявляется по-разному, в частности, у женщины иногда возникает потребность бросить вызов обществу и властям. Попробуйте погуглить словосочетание «матери против», и вы получите бесчисленное количество вариантов. Общества матерей против насилия, пьяных водителей и зависимости от видеоигр. Матери против воинствующих молодежных группировок, оружия и отцов-должников. «Матери против смертной казни и пыток» в Узбекистане и «Матери против ГМО» в Новой Зеландии. Матери против нищеты, войны, диоксина, обрезания, метамфетамина и обвинений в делегированном синдроме Мюнхгаузена. Также я обнаружила ссылку на сайт (возможно, это не всерьез) «Матери против мочеиспускания стоя».

Путешествуя по Латинской Америке в начале 1990-х я столкнулась с самой отважной из существующих подобных организаций – «Матери площади Мая» в Аргентине. В ней состоит множество женщин, как из обеспеченных, так и из бедных семей, чьи сыновья и дочери «исчезли» благодаря солдатам и отрядам ликвидаторов в период военной диктатуры с 1976 по 1983 год. (По окончательной оценке, в ходе так называемой «Грязной войны» были убиты, задержаны или пропали без вести около 30 000 аргентинцев.) Многие годы их матери жили в мучительной неизвестности, без возможности узнать, живы их дети или погибли. Сначала они пытались получить сведения о пропавших традиционными способами: обращались в полицию, нанимали юристов. Затем совершили дерзкий, учитывая сложившуюся политическую обстановку, шаг: основали движение, придавшее делу международную огласку, оказали мощное давление на равнодушное военное правительство. Каждый четверг матери, одетые в черное, в белых платках, покрывавших голову, собирались на площади. Они воплотили в себе самый заметный и дерзкий вызов диктатуре. «Мы больше не можем стучаться в двери, бесконечно скитаться… Мы устали чувствовать себя обманутыми, брошенными, забытыми обществом», – объясняет президент организации Геба де Бонафини.

Со временем круг их задач расширился – теперь «Матери» не только искали информацию о судьбах своих детей, но и защищали права человека во всей стране. Они не боялись смертельных угроз, не дрогнули, даже когда «исчезли» некоторые члены их организации. Когда в стране восстановилась демократия, новое правительство помиловало военных, что вызвало в обществе ожесточенную полемику, а женщины продолжили выходить на площадь, выражая свой протест. Когда я впервые познакомилась с представительницами этой группы, в ней уже было гораздо меньше членов, чем в начале, однако десятки участниц до сих пор стоят на посту, еженедельно напоминая о недопустимости коррупции в правительстве, насилия полицейских и прочих неприглядных вещей. Их решимость, судя по всему, не угасла.