Гром над Араратом - Григорий Григорьянц

– Император, твой покорный слуга никогда не скупился на дорогие подарки принцепсам, а в твою честь, в благодарность за наставления, я воздвигну в Мазаке храм, в котором поставлю твою статую в полный рост.

– Не забудь послать в сенат благодарственный адрес, – сказал Лукулл, а потом серьезно продолжил: – Вскоре мне потребуется плацдарм для римского наступления на еще непокоренных твоих соседей. Ты должен подготовить две тысячи рекрутов, тысячу лошадей и провиант на легион.

– Участь моя печальна, но не безнадежна. Как человек добродетельный, я смиряюсь. – Царь поднес раскрытую ладонь к сердцу и чуть поклонился.

– И еще. Тебе, Ариобарзан, поручено чеканить для Рима серебряную монету, благо в твоем царстве есть залежи серебряной руды. Ты чеканишь самые красивые монеты в Азии, и это приносит тебе немалый доход. Я хочу организовать чеканку у тебя золотых монет. В ближайшем будущем я начну поставлять тебе золото в больших количествах. Договорились?

Ариобарзан всегда проводил выжидательную политику, но на этот раз он сообразил быстро:

– Я возьму заем под шесть процентов годовых.

– Договорились!

Разговор закончился, наместника препроводили в отведенные ему покои, огромную охрану Лукулла разместили во дворце и в соседних зданиях, а царь Ариобарзан, вдохновленный и успокоившийся, поспешил к трапезе. Вдруг доложили, что со стороны Армении движется отряд, который видно уже из окон дворца. Первое, что ему пришло в голову, – армяне решили взять его в плен и надо срочно прятаться. Он заметался по залам дворца, укрываясь за статуями, садясь в кресла, набрасывая на голову тряпку, даже заглянул в сундук. На большой скорости, не разбирая дороги, он налетел на постамент со старинной коринфской вазой, которая начала падать, а Ариобарзан, пытаясь ее поймать, проделал головокружительный пируэт, но у него ничего не получилось, и ваза упала на пол, разбившись вдребезги и наделав много шума, а царь в конце концов спрятался за персидским ковром неземной красоты.

– Государь, – позвал Аретий, его главный советник, который, как всегда, спешил на помощь своему повелителю, – отряд армян состоит всего из десяти человек.

Ариобарзан выглянул из-за ковра, стрельнул глазками налево, направо, а затем спросил:

– Что им нужно?

– Не знаю, наверное, они едут на переговоры. Тебе следует принять их, как подобает правителю. Бояться нечего – во дворце двести римских легионеров.

Осмелев, Ариобарзан вышел из убежища, важно проследовал в зал и уселся на трон. Вскоре известили, что министр Великой Армении Васак просит принять его.

Васак вошел в тронный зал, за ним внесли сундук с подарками. Министр поклонился с почтением и приветствовал царя:

– Царь Каппадокии, я министр Великой Армении Васак. Царь царей Тигран II передает пожелания процветания тебе и твоему царству.

– Приветствую тебя, Васак, и благодарю царя царей Тиграна II за добрые пожелания.

– Мой царь хочет и дальше поддерживать мир и покой на границе наших государств. Прими эти подарки в знак уважения и примирения.

Сундук поднесли ближе к трону и открыли. Засверкали сделанные руками талантливых армянских мастеров золотые и серебряные кувшины, кубки, чаши и ювелирные изделия. Глаза царя забегали, жадность преодолела страх, алчное сердце не могло насытиться.

– Ваши ювелиры славятся усидчивостью и мастерством. Эти изделия поражают воображение своей красотой, – только и сказал он. – С благодарностью подарки принимаю.

В проеме двери показался Лукулл.

– Государь, – сказал он, – нам с тобой надо кое-что обсудить с министром.

Все трое прошли в диванную, и, когда расселись, Лукулл спросил:

– Какая позиция царя Тиграна по Галатии?

– У Великой Армении там есть интерес, – сдержанно сказал Васак. – Галаты добывают тяжелый шпат, которого нет в Армении, и поставляют в Египет, а мы также хотели бы закупать его в больших количествах.

– Понимаю, из этого минерала делают эмаль, а она нужна ювелирам. Что ж, эта проблема разрешима, – резюмировал Лукулл.

– Император, в таком случае царь Тигран не видит препятствий, чтобы Дейотар занял трон Галатии.

После хорошего обеда Лукулл пригласил Васака прогуляться по саду. Они шли по ухоженным дорожкам сада, а за ними на почтительном расстоянии охрана Лукулла.

– Меня просили влиятельные люди в Риме встретиться с тобой, – произнес римлянин.

– Слушаю тебя, проконсул, – слегка поклонившись, сказал Васак.

– Я как наместник римской провинции Азия контролирую всю политическую ситуацию на полуострове Малая Азия, – сказал он. – Я стал чаще посещать союзные царства и, как арбитр, регулирую взаимоотношения между государствами.

– Я не сомневаюсь, что твоя работа идет на пользу мира и процветание народов, – осторожно высказался Васак.

– На мой взгляд, царь Тигран проводит слишком независимую политику в регионе, часто не считаясь с интересами Рима.

– Царь Тигран желает мира и стабильности в Азии.

– Отношения Рима с Великой Арменией серьезно испортила поддержка Тиграном Митридата VI.

– Царь Тигран не желает войны с Римом.

– Он рискует испортить отношения с собственной знатью, которая слишком прагматична, чтобы рвать связи с Римом.

– Во внутренних делах царь Тигран проводит жесткую политику.

– И вообще, в перспективе я вижу отношения с вашим царством проблематичными. Армянский вопрос – одна из самых сложных проблем внешней политики Рима в течение последних ста лет.

– Тиграну не нравится, что вы поучаете всех.

– Васак, ты умный человек – и понимаешь, что Рим не прощает никому и прощает всем одинаково жестко!

– Тигран говорит, что Армения – это противовес растущему потенциалу Рима, – сказал Васак и пристально взглянул на военачальника.

Тот остановился и тоже посмотрел на министра.

– Рим – центр мироздания, и боги нам дали право повелевать народами! – грозно произнес Лукулл. – Рим настолько сейчас силен, что перед ним не устоять ни одному государству. Я надеюсь на твое благоразумие. Сотрудничая с нами, ты получишь царство. Будешь править от имени Тиграна-младшего, так как мы не можем нарушать династические законы, но ты, как друг Рима, будешь иметь небывалые привилегии, а если захочешь, то и римское гражданство.

– Что я должен делать?

– Устранить Тиграна и привести к власти его младшего сына. А если не получится, то способствовать продвижению римских войск в глубь территории Армении.

– Но сенат не давал санкцию на войну с Великой Арменией!

– Сенат совсем потерял контроль над внешней политикой. Войны теперь ведутся по личной инициативе полководцев. Уверяю тебя, сенат молчаливо одобрит эту войну.