От Ленина до Путина. Россия на ближнем и среднем Востоке - Алексей Васильев

17 декабря 2010 года Мухаммед Буазизи – 26-летний тунисец, безработный обладатель степени бакалавра – попытался торговать с тележки овощами и фруктами. Женщина-полицейский отняла у него товар и вдобавок оскорбила. Попытки пожаловаться властям кончились тем, что его вышвырнули из муниципалитета. Униженный, отчаявшийся, лишенный куска хлеба, молодой человек облил себя горючей жидкостью и поджег.

В страшных муках он скончался спустя немногим более двух недель. О его трагической судьбе разнесли сообщение независимые телеканалы и Интернет. Для мусульманина самоубийство – вообще большой грех, а такая страшная смерть взорвала тунисское общество. Тысячи, а затем десятки тысяч человек вышли на улицы, протестуя против бесчеловечного режима, угнетения, безработицы, коррупции, диктатуры президента Туниса Зина аль-Абидина бен Али и его клана.

Несмотря на принятые властями жесткие меры и даже убийство нескольких демонстрантов, полиция отступила перед массами восставших. Армия не вмешалась. Бен Али бежал (его отказалась принять Франция, и убежище предоставила Саудовская Аравия), страна погрузилась в хаос.

До этих событий Тунис считался раем для туристов, стабильным государством, которое даже за независимость боролось исключительно политическими средствами. Со времен первого президента Хабиба Бургибы страна стала официально светской, с высоким уровнем образования, достаточно многочисленным средним классом, гендерным равноправием (многоженство было официально запрещено, 20 % депутатов парламента – женщины). Шариат играл незначительную роль, вся интеллигенция знала французский язык, ей была близка европейская культура. В республике широко использовался Интернет. Были устойчивы связи с Европой и США. Экономика Туниса неплохо развивалась, нацеленная на сотрудничество с Евросоюзом. В Европе находились до миллиона тунисцев. В страну приезжали несколько миллионов туристов в год.

Но вместе с тем за двадцать три года авторитарного правления Бен Али правительству не удалось решить главную проблему – снизить высокий уровень безработицы, особенно среди молодых людей. Она особенно выросла из-за мирового финансово-экономического кризиса 2008–2009 годов, а также из-за ограничений на иммиграцию в странах Европы. Возникло противоречие между завышенными ожиданиями образованной молодежи и отсутствием возможностей для их реализации. Низы не хотели жить по-старому, верхи не могли по-старому управлять. Организаторами протестов стали образованные молодые люди, координировавшие действия с помощью Интернета, социальных сетей «Фейсбук» и «Твиттер».

Политический произвол и ограничение властями свободы СМИ способствовали распространению идей исламского фундаментализма среди не только беднейших слоев, но и части среднего класса. Авторитарно-полицейский режим подавлял оппозицию, запрещал деятельность исламистских партий. Это, в частности, вызывало симпатии к Бен Али со стороны США и Франции, но многие тунисцы видели в исламистах героев, жертв и врагов ненавистного строя.

Существенной причиной массового недовольства стала коррупция власти. Особую ненависть вызывала семья второй жены президента – клан Трабелси, который захватил самые лакомые куски в банковском секторе, сфере недвижимости, в торговле, туристическом бизнесе и в других отраслях.

Достаточно было искры, чтобы гнев общества выплеснулся на улицы. Самоубийство несчастного торговца фруктами стало такой искрой.

Начался период хаоса, безвластия и разгула криминала, что усугубляло экономический кризис. Демонстрации не утихали, население требовало немедленной передачи власти оппозиции до новых президентских выборов. Ситуацию усугублял наплыв десятков тысяч беженцев из Ливии, но об этом – особый разговор.

Успех в целом мирной революции в Тунисе вдохновил на такие же действия египтян. В арабском мире к 2011 году уже сложилось единое интернет– и медиапространство. События в одной стране немедленно становились известными «от океана до Залива» и подталкивали на похожие действия «интернет-молодежь» в других странах, хотя обстановка могла быть разной. 25 января начались массовые антиправительственные выступления в Египте, 27 января – в Йемене, 13 февраля – на Бахрейне, 15 февраля – в Ливии. На очереди была Сирия и другие страны.

В прошлом веке внутренние кризисы в ряде арабских стран разрешались с помощью военных переворотов, втайне готовившихся узкими группами офицеров. Во втором десятилетии ХХI века смена власти стала происходить на гребне волны массовых протестов, организованных с помощью информационных технологий и подпитываемых спутниковыми телеканалами.

На восстание поднялся Египет, самая населенная арабская страна – 85 млн жителей. С 25 января по 11 февраля 2011 года продолжались массовые народные волнения от Александрии до Асьюта и от Мансуры до Синайского полуострова. Численность их участников то сокращалась до ста тысяч человек, то вырастала до миллионов. Центром восстания, его средоточием, символом стала площадь Ат-Тахрир (в переводе – Освобождение) в центре Каира. Здесь шел непрекращающийся митинг, кипели дискуссии, читали стихи и пели песни, пять раз в день люди молились, давали интервью, позировали перед телекамерами важнейших мировых каналов. Здесь же были разбиты палатки, в которых жили люди, поклявшиеся не покидать эту площадь до победы, сюда подносили воду, пищу, медикаменты, одеяла. Среди митингующих ходили коптские (христианские) священники в темных одеждах и улемы-богословы из исламского университета Аль-Азхар в закрученных тюрбанах. Полиция после столкновений с демонстрантами (по всей стране погибло несколько сот человек) разбежалась. Вокруг площади стояли армейские танки и бронетранспортеры, которые не вмешивались в демонстрации. Общим требованием был уход президента Хосни Мубарака, который правил тридцать два года.