Полосатые галактики - Джейн Астрадени

Очень скоро о происшедшем забыли. Миритин временно переехал жить к Фиримину, пока его каюту восстанавливали. Аманда перевелась в смену землянина и шакрена избегала. В общем, посудачили и больше не вспоминали. Экипажу и без того хватало острых ощущений. Главное из них – Агрэгот. Старпом так смешно тряс отросшими иглами, когда волновался… С точки зрения Женьки. Большинство перед гатраком робели, немели, а на прочих трясучка нападала от страха. Напрасно Агрэгот уверял их в своей лояльности, приглашая на чай. Поэтому ксенопсихологу приходилось с этим работать. Зато капитану теперь не требовалось повторять дважды. Достаточно было поручить командование старпому.

Месяц путешествия в межгалактическом пространстве подходил к концу. Доктор вернулся в свою каюту. И друзья, собравшись вчетвером – Миритин, Фиримин и Женя с Владиславом, отметили это походом в бассейн. А вскоре на мониторах появилось размытое сияние, как раз из того района, куда они направлялись.

– Всё, что осталось от потерянной галактики, – предположил учёный-астроном линдри.

– Не факт, – возразил Гилех… или Шердан. Они настолько спелись друг с другом, что иногда их с трудом удавалось различить.

Линдри и троица принялись яростно спорить…

– Подойдём, увидим, – Талех махом прекратил «дискуссию». – Корабельные сенсоры не регистрируют это свечение как туманность…

Таким образом, все были заняты делом. У Женьки и то за последнее время прибавилось пациентов. На практике это означало – бойтесь своих желаний. Хотела очередей в приёмной? Получи и распишись!

Кроме постоянного клиента – Аманды, к психологу теперь пёрлись все, кому не лень. Иногда просто поговорить. Евгения чувствовала себя жилеткой. Больше месяца вдали от дома, в замкнутом пространстве корабля… Команда переживала кризис. Многие соскучились по солнцу, небу и вольному ветру. Звездолёт, даже такой комфортабельный, как этот, не космическая станция на орбите Ролдона и не планета. Мечты об отдыхе на берегу озера, в лесу или у ручья становились навязчивыми…

Женя знала, что существует такой эффект длительного пребывания в космосе. В отличие от других, положительных эффектов, этот работал на все сто. Ксенопсихолог выслушивала до двадцати жалоб ежедневно, без конца назначала сюрр-релаксации и гала-тренажёры… Хорошо ещё, на корабле была оранжерея, спортзал с бассейном, кинозал, вечера в кают-компании и просто клубы по интересам…

Вот и сегодня, все будто с цепи сорвались. Женька не выходила из кабинета восемь часов. И обедала прямо на рабочем столе.

Сначала пришла Аманда. Евгения лечила её аудиотерапией от любовной зависимости. Землянка каждый раз просилась в капсулу психоанализа – переживание катарсиса очень ей помогало. Приходилось убеждать её, что одного курса в месяц вполне достаточно, а чаще – вредно.

Потом явился техник – землянин. Женя выслушала его, и заподозрила влияние инфо-вируса. Порекомендовала лечебные тексты вкупе с визуальной терапией.

Следующая клиентка – джамранка жаловалась на Агрэгота.

– Понимаете, он меня гипнотизирует…

– Как это?

– А вот так. Смотрит, как будто затягивает… Иглы шевелятся, рот открывается…

– В какой ситуации это было?

– А… На утренней планёрке. Он распределял дневные обязанности в инженерном.

– Понятно… И сколько вас таких – «загипнотизированных»?

– Весь инженерный.

– И как же на вас подействовал «гипноз»?

– Все разошлись по местам и работали весь день!

– Обычно не так разве? – удивилась Женя.

– Да что вы! Если планёрку проводит главный инженер, после его ухода все пьют чай, смотрят фильмы, играют, читают… До очередной проверки. А вчера главный инженер приболел, и капитан отправил к нам гатрака… Простите, старпома… Э-э, вы только капитану не говорите!