Земля вызывает майора Тома - Дэвид М. Барнетт

– Ну и прекрасно. Прекрасно. Будет вам «Аполлон-13». А мне больше нет до этого дела. И вообще мне никогда не нравилась эта работа. – Он хихикает. – Я всегда хотел быть… лесорубом.

Крэйг оставляет Баумана сидящим на полу и что-то насвистывающим и поднимает брошенный им телефон.

– Клаудия? Это Крэйг. Всё в порядке, прямой эфир продолжается. – Он смотрит на экран. – И, похоже, там дело близится к развязке. Думаю, у нашего парня все получится.

– Я весь день ел сушеную капусту, – говорит Томас. – Так что вам очень повезло, что вы сейчас не рядом со мной. Упс. Кажется, сейчас кое-что произойдет. Ну как, вы готовы?

Зная, что он не может их слышать, зрители все равно кричат: «Да!»

Томас улыбается.

В животе у него урчит.

Он заводит руку с зажигалкой под себя, а другой рукой показывает поднятый вверх большой палец.

– Как насчет старого доброго обратного отсчета, в лучших космических традициях? – говорит Томас. – Итак… Десять! Девять! Восемь!

– Джеймс, – произносит дама из научного шоу. – Ты можешь прокомментировать этот эксперимент?»

Зрители присоединяются к счету: «Семь! Шесть! Пять!»

Не отрывая взгляд от экрана, Джеймс начинает говорить в микрофон:

– Когда мы зажигаем что-нибудь на Земле – например, свечу, – то пламя имеет форму капли именно благодаря гравитации. Дело в том, что горячий воздух идет вверх, а за ним поднимается холодный – именно поэтому пламя располагается вертикально и мерцает.

«Четыре! Три!»

– Но на космическом корабле… нет той гравитации, как на Земле. Там наблюдается микрогравитация. Поэтому пламя не может стоять вертикально. Оно должно вести себя как-то по-другому. Учитывая отсутствие силы тяжести, пламя не будет иметь форму капли.

«Два! Один…»

– Пуск!» – кричит майор Том и все присутствующие в «Олимпии».

Затем раздается тихий треск, перерастающий вскоре в настоящий громовой раскат.

Крошечное пламя от зажигалки вдруг разрастается, как масляное пятно, но очень быстро превращается в нечто, похожее на огненный шар, висящий в воздухе, как какое-то фантастическое светило.

Все потрясенно выдыхают, наблюдая, как этот пузырек пламени размером с мячик для крикета медленно поднимается между ног майора Тома, а сам он, оттолкнувшись от стола, отплывает в сторону. Шар светится голубым снаружи и горит розовым пламенем внутри.

Зрелище действительно впечатляющее.

– Огонь не распространяется так, как на Земле, – медленно произносит Джеймс. – Нет достаточного притока кислорода… Очевидно… – Он смотрит на женщину, и та ободряюще ему кивает, – очевидно, используется только тот кислород, который имеется поблизости.

Томас сидит, глядя, как завороженный, на огненный шар, покачивающийся перед ним и бросающий на его лицо голубое свечение. Этот шар парит в воздухе, как нечто потустороннее и сверхъестественное, имеющее совершенно внеземное происхождение. У него цвет моря, цвет неба, цвет далеких горизонтов.

– Он сделал это, – шепчет Джеймс. – Голубой ангел. Он сделал это!

Публика заходится от восторга.

Томас подается вперед к камере, не отрывая глаз от мерцающего голубым светом шара.

– Итак, мы установили, что произойдет при поджигании кишечных газов на космическом корабле, – произносит он. – А сейчас я, пожалуй, воспользуюсь огнетушителем, чтобы погасить это чудо, прежде чем оно попадет в вентиляцию и устроит мне настоящие проблемы, – затем Томас смотрит в камеру:

– Теперь вы можете вернуться к своему запланированному вещанию. Желаю всем удачи… Да, Джеймс… э-э-э… – Должно быть, он пытается придумать, что полезного сказать ему на прощание. – Учись хорошо. – Томас делает паузу и подается еще ближе к монитору. – И не вздумай принимать наркотики.

Затем все на мгновение пропадает, и на экране снова появляется Клайв Мири с немного растерянным лицом, а внизу загорается надпись: «СРОЧНАЯ НОВОСТЬ: Британский астронавт стал первым человеком, поджегшим кишечные газы в космосе».

На большом экране на сцене «Олимпии» снова вырисовывается логотип Национального научного конкурса школьников, и мужчина с микрофоном машет руками, прося тишины.

– Что ж. Замечательно. На сегодня это был наш последний участник, и сейчас члены жюри удалятся на несколько минут, чтобы все обсудить. Очень скоро они к нам вернутся.