Точка орбитального удара - Алекс Орлов

– А этот чего? – спросил Новый Стоун, указывая на машину, чуть более крупную, чем «Лоренцы», с большой пилотской кабиной и массивными броневыми щитками на манипуляторах и ходовых опорах.

Броня щитков была покрыта рубцами от наскоро заваренных пробоин. Вряд ли эта машина еще на что-то годилась, но почему-то она здесь все еще стояла.

– Это… – Бидди махнул рукой. – На это не обращай внимания. Хлам, он и есть хлам.

– А сколько же ему лет? – спросил новичок, продолжая разглядывать списанного монстра.

Бидди пожал плечами, а стармех почесал под замасленным беретом темя и сказал:

– Сто пятьдесят четыре года, если считать с начала выпуска серии.

– Ух ты, старшой, ты откуда знаешь? – удивился Бидди.

– Касался этой системы, еще когда юнгой работал на десантном транспорте «Анаконда». Близко нас не подпускали, наше дело было гальюны да палубы драить, но знание матчасти – вынь да положь. До сих пор все помню, как будто это было вчера.

– И куда их эта «Анаконда» возила, господин стармех? – спросил новичок.

– Не знаю. Мы на четвертой палубе жили, считай, и не люди вовсе. Скомандуют – «готовность», мы и ушки на макушке. Нам было положено знать только гравитационную постоянную, чтобы понимать, какие выставлять компенсаторы к посадочным опорам. Но выставляли, конечно, не мы, а мастера, у которых мы были на подхвате.

– Раньше ты про это не рассказывал, – заметил Бидди, обходя вокруг опоры робота-беспилотника и вспоминая, где у него замок с гнездом для тестов и дистанционного управления.

Все было замазано консервационной смазкой, которую следовало обновлять каждые два года. И на каждый слой смазки ложился свой слой пыли, по цвету которой можно было определить, что происходило в боксе в то или иное время.

Белая пыль – ремонт в дальнем углу. Расширяли выходную штольню, а там сплошной мрамор-меловик, и пыль от него белее сахара. И хотя работали, конечно, с пылеуловителями, но много просочилось и в основной бокс.

А вот черный слой – сроку ему пять лет. Имперские силы разведали что-то или ударили наобум. Ухнули восьмитонную «земляную торпеду». Почти угадали. Почти. Заряд не дошел до нужной глубины метров пятьдесят и шарахнул так, что снаружи будто вулкан проснулся, и грязной пылью запорошило горы в радиусе пятидесяти километров.

Снаружи запорошило, но штольни и боксы устояли, однако угольная пыль все же просочилась и проявила себя на одном из консервационных слоев.

– Ты не рассказывал про это раньше, – повторил Бидди, подхватив наконец эластичный язычок, открывавший крохотный лючок с гнездом для предключа, открывавшего, в свою очередь, полноценный порт для большого ключа, управлявшего программой тестов.

– А повода не было рассказать. Хватало рассказок Стоуна, да и твоих тоже.

– Вот, значит, как это делается, – подал голос Новый Стоун, следя за действиями Бидди, который, найдя гнездо, крепил порты тесторного узла.

– Туру сюда тащи, обмылок, блин! – крикнул ему стармех.

– Чего?

– Вон у стены – монтажная конструкция, а по-простому – тура. Убедись, что батарея в норме, и ехай с ней сюда, понял?

– Простите, сэр, сейчас доставлю…

Новичок убежал, и Бидди со стармехом переглянулись, разводя руками и покачивая головами. Прежний Стоун был куда смышленее, несмотря на то что был выигран в пари на драку двух электриков.

До Стоуна у них был Хендрик. Ну, так себе боец. Пару раз отсидел в штрафном изоляторе за то, что мочился в неположенных местах.

Такие кадры отделению механиков были не нужны, и его проиграли, поставив против Стоуна.

Электрики считали, что, избавившись от Стоуна, оказались на высоте, но он, по меркам механиков, был нормальным бойцом, хотя, случалось, пытался схватить по пьяни зубами какие-нибудь провода.

Для электриков провода – проблема, а для механиков – нет. Для них проблема валы, ну еще – подшипники. А там зубами много не напортишь – не тот калибр.

Одним словом, бывший электрик Стоун хорошо прижился у механиков, пока не был проигран в карты.