Звездная пыль калибра 5,56 - Олег Шовкуненко

В коридоре загромыхали шаги. Кто-то шел им навстречу. По звуку Микульский определил совершенно точно – три человека в армейских ботинках. Мужчины. Больше привыкли к строевому шагу, чем к размеренной мягкой поступи обитателей космических кораблей. Обменявшись взглядами, разведчики, как по команде, взялись за оружие.

– Остановитесь! – Полковник Ванда Грифитц зашипела на солдат, словно кобра. – Никаких агрессивных действий. Даже если вас попытаются задержать, делайте непонимающий вид и ведите себя, словно овечки.

– Непонимающий вид – это несложно, а вот насчет овечек… – Глядя вдаль коридора, Ян не снимал руку с кобуры.

– Доверьтесь мне. Мы же договорились. Я все улажу. Главное, держитесь за моей спиной и ни к кому близко не подходите. Пока английский не загружен, нельзя, чтобы с вами заговорили. А все остальное у вас в норме: документы подлинные, форма офицеров нашей авиагруппы.

– Что она говорит? – не выдержав испытания польским, вполголоса задал вопрос Мартинес.

– Говорит, чтобы ты расслабился. Нахальная морда – это в Америке универсальный пропуск.

– А-а-а, понимаю… – Хорхе попытался изобразить взгляд Терминатора.

«Вот теперь нам точно нечего бояться. – Ян исподлобья глянул на партнера. – Какой дурак будет цепляться к маньяку, униформа на котором на три размера меньше, чем положено. Да и я тоже ничем не лучше!» Микульский попытался незаметно оттянуть подскочившие чуть ли не до локтей рукава и с достоинством встретил взгляд начальника патруля.

Американского сержанта ничего не смутило. Очевидно, звезды на погонах у полковника Грифитц сияли так ярко, что своим блеском начисто ослепили добросовестного служаку. Приняв стойку «смирно», патруль пропустил трех офицеров ВВС, очевидно спешащих по какой-то очень важной служебной необходимости. Иначе что же им ни свет ни заря делать в здании учебно-тренировочного центра?

Пронесло! Микульский приложил массу усилий, чтобы не оглянуться. Разведчику уж очень сложно давалась мысль, что именно в этот момент ему в спину не наводится дуло винтовки. Ведь с того самого момента, как его спасательная капсула грохнулась на эту проклятущую станцию, драки следовали одна за другой.

– Дальше вы пойдете сами. – Ванда Грифитц резко остановилась. – Четвертый этаж, секция номер три. Вот карточка доступа. – Женщина держала пластиковую пластину за края, так, чтобы на ней не остались ее отпечатки пальцев.

– В чем дело? – Ян всполошился.

– Четвертый этаж полностью контролируется камерами безопасности. Я слишком заметная фигура, и мое появление в секретной зоне, да еще в компании с двумя неизвестными лицами, может вызвать подозрение.

– А появление этих самых неизвестных лиц разве не вызовет подозрение? – Микульский, как гипнотизер, следил за глазами госпожи полковника.

– Новички, которых ждут вакантные места в новых для них сферах деятельности, иногда получают доступ сюда. Карточка, которую вы сейчас держите в руках, послужит неоспоримым доказательством именно этой легенды.

– Придется рискнуть. – Микульский тяжело вздохнул.

– Ничего не поделаешь, придется. – Полковник Грифитц улыбнулась. – Да, наверху вас будет ждать майор Вейсман. Он в курсе наших дел. Удачи.

Пани Ванда, очевидно, подвела черту их прощанию. Дальнейшие расспросы и пожелания не вязались с планами высокопоставленной чиновницы. Солдатам пришлось с этим смириться. Пожав им руки, женщина скрылась в одном из примыкающих коридоров.

– Ну что, попробуем? – Микульский повертел в руках пластиковую карточку.

– А что мы теряем? – Хорхе пожал плечами.

Ян удивился, что каталонец не задает вопросов.

– Такое впечатление, что ты стал понимать по-польски.

– Тут и понимать нечего, все и так предельно ясно. Сеньора предоставила нас самим себе. Живыми мы не дадимся, а значит, она может быть спокойна.

– Сплюнь. – Микульский неосознанно поискал дерево, чтобы постучать. – Такая перспектива меня не устраивает.

Древесины в округе не нашлось. Стены, пол, потолок выложены одинаковой крупной плиткой светло-песочного цвета. Перевернись это здание вверх тормашками, в восприятии корсиканцев ровным счетом ничего не изменится. Они преспокойно будут шагать по тем же матовым плиткам, лишь изредка переступая через продолговатые люминесцентные светильники.

– Кажется, тихо. – Хорхе прислушался. – Идем, мы на нулевом уровне. Осталось всего четыре этажа.

Лестничная площадка показалась через каких-то полсотни шагов. Такая же блестящая и безукоризненно чистая, словно операционная. Четыре лифта и дверь с изображением ступенек.

– Пошли пешком. – Мартинес хотел свернуть к лестнице. – В лифте мы, как в ловушке.

– Ты что, сдурел? – Ян успел схватить партнера за локоть. – Какие же американцы бегают пешком, когда рядом есть лифт? Это будет выглядеть подозрительней, чем прогулка в компании с полковником Грифитц.

Мартинес сдался. Стараясь шагать непринужденно, он подошел к одному из лифтов и нажал кнопку вызова. Чтобы добраться до нулевого уровня, кабине предстояло преодолеть еще десять этажей, поэтому «головорезов» ожидали несколько томительных минут ожидания.

Словно барабан, бьющий по натянутым нервам, в вестибюле зазвучали чьи-то шаги. Гулкие и быстрые. Кто-то почти бежал по направлению к лифтовой зоне.