Звездная пыль калибра 5,56 - Олег Шовкуненко

– Шредер, Нангисен, пугните этих скотов из гранатометов! – Грабовский не был уверен, но, возможно, удастся избавиться от двух снайперов, которые не давали корсиканцам поднять головы.

Ракеты с ревом ушли в сторону преследователей. Их взрывы на мгновение разделили противников стеной из дыма и огня. Воспользовавшись моментом, Марк перебежал к Николаю.

– Ник, есть какая-нибудь идея?

Учитель молчал.

– Ник, ты живой? – Опасаясь за друга, разведчик схватил Строгова за покрытое броней плечо.

– Не мешай! – Глаза Великого Учителя оставались недвижимыми, а взгляд кружил где-то под небесами.

– Нас перестреляют, как кроликов, нужно что-то дела… – Марк проглотил язык, когда, поглядев вверх, увидел пламя посадочных двигателей, которое падало им прямо на головы.

Лишь на высоте десятиэтажного дома флаер изменил траекторию спуска. Как будто завидев смертельных врагов, он ринулся по направлению к подножию бетонной горы, именуемой газодобывающим комплексом UG-18.

– Идет на таран! – теряя остатки самообладания, закричал Марк.

– Не мешай. – Строгов был все так же напряжен и собран.

Вдруг до Марка дошло – именно Великий Учитель управлял флаером. Передавая приказы звезде Нума, Строгов воплощал в жизнь одному ему ведомый план.

Тяжелая машина закрыла собой все небо. От грома ее двигателей тряслась земля. Вихрь горячих газов вперемешку с пылью и песком окутывал все вокруг. Видимость упала до нуля, и если бы не особый режим боевого шлема, Грабовский не смог бы различить даже собственных рук. Именно в этот момент в подсознании лейтенанта прозвучал голос Строгова:

«Марк, собери людей всех вместе. Готовьтесь к погрузке. Выполняй, не теряй ни минуты».

Грабовского можно было и не подгонять. Он сам прекрасно понимал, что сейчас решается вопрос жизни и смерти. Прорываясь сквозь шквал выбросов, лейтенант побрел к зеленым силуэтам, которые ему демонстрировала система обнаружения. Собрать солдат не составило труда. Те, кто был жив, немедленно откликнулись на приказ, ну, а вот мертвые… Наклонившись над Петером Райнисом, Грабовский понял, что тот не дышит. Кровавое пятно расплылось на груди латыша. Под стать ему таким же багровым цветом пылал индикатор жизненных функций. Мертв! Но вдруг аудиосенсоры совершенно ясно донесли приглушенный стон. Отделенный частотным фильтром боевого шлема, голос отчетливо звучал на фоне рева посадочных двигателей снижающегося флаера. Неужели? Марк протянул руку к Петеру, однако тут же одернул ее, развернувшись на сто восемьдесят градусов. Стонал кто-то другой. Еще одна зеленая тень недвижимо лежала в нескольких шагах от Райниса. Кто это? Капрал Феликс Луари – слит дал точный ответ.

– Нангисен, Рутов, кто-нибудь, ко мне! – с этим криком лейтенант бросился на помощь Феликсу.

Когда Марк уже практически добежал, сзади что-то полыхнуло. Вслед за вспышкой послышался грохот, одновременно с которым землю под ногами всколыхнул страшный толчок. Марка будто ударило в спину. Он, как сорванный ветром лист, полетел прямо на капрала. Их шлемы столкнулись.

– Жив? – переводя дух, прохрипел Марк.

– Жив, – послышался в ответ едва различимый шепот.

– Вот и хорошо, что жив. – Грабовский поднял голову и увидел, как к ним приближается еще один зеленый призрак. В нем слит опознал Алексея Рутова.

– Строгов долбанул по яйцеголовым маршевыми двигателями, – сообщил капрал, помогая лейтенанту встать. – Сейчас среди них паника. Все горит. Может не выдержать теплозащита, тогда начнут взрываться скважины.

– Не будем этого дожидаться. – Марк указал на раненого Луари. – Давай помогай.

Взвалив на себя раненых и убитых, «головорезы» бросились навстречу крылатой машине, которая, разделавшись с врагами, уже спешила принять беглецов в свое спасительное лоно.

Уткнув голову в иллюминатор, Грабовский задумчиво провожал взглядом зловещий комплекс. Взрыва не последовало. Харририанские инженеры знали свое дело. Их детище сберегло жизни тем, кто не смилостивился над самими харририанами. Марк понимал это, и ему вдруг стало невообразимо тошно. Его раса – да что там раса? – его семья причастна к вселенскому геноциду, из-за которого поплатился жизнью не один миллиард разумных существ. Лейтенант со вздохом отвернулся от окна. Ему было необходимо хоть как-то успокоить нервы. Воспаленный взгляд остановился на Лекомпе.

– Есть закурить? – Марк краем глаза видел, как пронырливый разведчик выцыганил у доктора Ингрит пачку сигарет.

Лекомп понял, что пойман на горячем и сохранить свое богатство все равно не удастся. Он закряхтел и полез в карман. Капрал долго шарил под камуфлированной тканью, прежде чем на свет появилась примятая красно-белая эмблема «Marlboro». Вместе с куревом из кармана выпала какая-то блестящая штуковинка. Марк сперва не обратил на нее внимания. Не то состояние. Однако поспешность, с которой Лекомп подобрал золотистую побрякушку, насторожила опытного разведчика. Нервы нервами, а служба службой.

– Это что еще такое? – Грабовский требовательно протянул руку. – А ну, покажи.

– Да это так… – Шарль-Анри замялся. – Нашел в этой проклятущей тюрьме. Валялась под койкой в одной из камер.

– Я же приказал докладывать обо всех вещественных…

Лейтенанта подкосил новый удар. Он окаменел, когда на его ладонь легла ажурная запонка, с которой смотрел гордый профиль золотого орла. Марк с детства знал это ювелирное диво. Мать сама заказала эти запонки отцу незадолго до своей ранней смерти.