Звездная пыль калибра 5,56 - Олег Шовкуненко

– Связь прекрасная, – поддержал офицера Пери. – Учитель передает, что мы спустились на тридцать девятый уровень. Ничего интересного пока не нашли.

– Мы на том же уровне, что и раньше. Обнаружили странные изменения в планировке. Часть седьмого уровня отгорожена. Вы случайно не встречали чего-либо подобного?

– А мы и не искали. Продолжаем спускаться вниз. Учителя интересует промышленная зона. Он говорит, что только там могут располагаться лаборатории.

Правильно говорит. Грабовский тут же поддержал точку зрения Николая. Для производства охотников необходимы промышленные мощности и площади, а не закоулки жилых уровней, по которым Марк плутает уже битый час. Тут Грабовский вспомнил, зачем вызывал вторую группу.

– Мы хотим взорвать стену и проникнуть внутрь изолированного сектора. Так что сейчас будет небольшой шурум-бурум. Вы там не паникуйте.

– Есть не паниковать! – В голосе Жоржа послышалась зависть. Кто из солдат не любит развеселого слова «бух»?

«Бух» получился что надо! Мимо притаившихся «головорезов» промелькнули куски битого камня размером с пушечное ядро. Облако пыли последовало вслед за осколками, а завершилось светопреставление сильным потоком воздуха, который со свистом понесся из образовавшегося пролома.

Что за фигня? Лейтенанта насторожило непонятное явление. Это что, сквозняк или?..

– Утечка, огромная утечка воздуха, – удалось Рутову облачить подозрения Грабовского в слова. – Внутри другая атмосфера.

Конечно, так и есть! Марк вышел из укрытия и двинулся навстречу ветру. Сначала поток был сильным, но с каждой секундой он становился все слабее и слабее. «Выравнивается давление» – первое, что пришло в голову лейтенанту. Еще пара шагов, и эта гипотеза потерпела крах. Дело было не в давлении воздуха, а в самом проломе. Он медленно, но уверенно уменьшался. По периметру рваного отверстия клокотала белая субстанция, очень похожая на кипящую негашеную известь. Каждый образовавшийся пузырь застывал и служил фундаментом для двух новых. Цепная реакция шла с нарастающей скоростью. Восстановительный процесс грозил всего за несколько минут полностью свести на нет все усилия «головорезов».

– Быстрее, дыра закрывается! – Марк первый прыгнул в пролом. Перекатившись, он прижался к какой-то решетке и направил ствол FAMASa в клубящуюся пыльными вихрями черноту.

– Мы здесь, командир! – За спиной у Грабовского мелькнули две камуфлированные тени, после чего система управления боем разместила двух союзников справа от лейтенанта.

Они лежали и, жадно вслушиваясь в тишину, ждали. Кто появится из мрака? В чьи владения они вторглись? Но время шло, а сканеры движения по-прежнему безмолвствовали. С ними были полностью солидарны зрение и слух.

Чего же лучше?! Поднимайся и смело шуруй вперед! Однако «головорезы» словно приросли к полу. Из клубов оседающей пыли проступили решетки, колючая проволока и тяжелые металлические двери.

– Это что ж такое? – Алексей Рутов, будто лунатик, поплелся вдоль ряда распахнутых угрюмых дверей, на которых через трафарет были набиты трехзначные номера.

– Именно то, что ты подумал. – Марк последовал за капралом. – Это тюрьма.

– Если есть тюрьма, значит, должны быть и тюремщики, и заключенные. – Рутов постарался собраться и эмоциям противопоставить разум. – Кто одни и кто другие?

– Из того, что тюрьма находится на Агаве, следует, что она предназначена для харририан, – сделал заключение Лекомп. – А что касается охранников…

– Она с тобой не согласна, – не дал капралу до конца развить эту теорию Грабовский.

– Кто не согласна? – не понял Шарль-Анри.

– Система жизнеобеспечения наших боевых костюмов. Уже почти три минуты, как заросла дыра в стене. Нормальное давление и газовый баланс внутри сектора вновь восстановились. – Грабовский на глазах у удивленного Лекомпа снял с лица дыхательную маску. – Местная атмосфера абсолютно не годится для харририан. И знаешь, почему? Потому что годится для нас. Это наша атмосфера. Это атмосфера Земли.