Хищник - Макс Мах

На этот раз они не остались под ночным небом на крыше восьмигранной башни Безымянного замка на Темном холме. Едва отгремела битва и улеглись волны страсти, Че взял Ши’йя Там’ра О за руку и увлек за собой, покидая разгромленную постель.

– Молчи! – показал он на охотничьем языке, и они, как были, – нагие и все еще хмельные от безумств любви – ступили на отмеченную слабым изумрудным сиянием керамитовую платформу подъемника. Впрочем, сейчас господин Че и жемчужная госпожа Ши’йя Там’ра О не поднимались, а опускались, ведь «подъемник» всего лишь неправильное название для крайне эффективного устройства, работающего, как и следует, в две стороны: вверх и вниз.

– Куда?.. – шевельнула пальцами Ши, когда набравшая скорость платформа едва не лишила их даруемого гравитацией веса.

– Увидишь, – серьезно ответил Че, играя в уме смыслами и знаками искусства постижения. – Узнаешь.

Предвкушение открытий ничем не уступает послевкусию обретенного знания.

– Еще немного…

Платформа миновала цокольный этаж, превращенный в аквариум для морских драконов, и пошла дальше, постепенно – вместе с плавным увеличением скорости – уходя от вертикали и смещаясь под все более и более острым углом в сторону Внутреннего Пространства. Пересечение Периметра было отмечено сменой освещения – вместо зеленого свечения, характерного для подъемников в ночное время, стакан лифта залило золотистым сиянием.

– Периметр! – Господин Че не знал, видела ли когда-нибудь младшая О «Последнюю твердыню» своего клана. Впрочем, «Внутреннее пространство» ее Семьи могло сильно отличаться от личных владений господина Че и по форме, и по содержанию.

– Периметр? – удивленно подняла бровь женщина. – Ты настолько мне доверяешь?

Вопрос был из тех, что не задают. Но, по-видимому, женщина господина Че испытывала сейчас нешуточный когнитивный диссонанс: слишком быстро происходило с ней то, что совсем недавно даже не грезилось холодноватой и циничной хищнице, каковой и являлась на самом деле блистательная Ши’йя Там’ра О. Жирные коты по самой своей природе не склонны к романтике, хотя, как выяснилось, «упасть в любовь» могут и они.

«Все мы плоть…»

Он ничего не ответил на ее вопрос, но все-таки улыбнулся, чтобы не смутить Ши еще больше. Ведь за прошедшие мгновения она наверняка уже обнаружила, какую совершила оплошность, спросив об очевидном. Однако возникшая неловкость могла помешать планам Че, и он отменил ее самым действенным, хотя, возможно, чрезмерно интимным способом – улыбкой.

Между тем платформа стремительно миновала каскад шлюзов и боевых врат и, провалившись еще метров на двести к самым корням гор Рассветного хребта, остановилась. Исчезло золотое свечение, и на мгновение их окружила плотная стена мрака.

– Мы на месте, – сказал Че вслух, и, едва отзвучал его голос, как снова загорелся свет.

Прозрачные стенки лифтового стакана исчезли, как, впрочем, и платформа под ногами Че и О. Они стояли посередине круглого зала. Пол и купол потолка, вздымавшийся над ними, казалось, были сделаны из тонкого, чуть тронутого голубизной хрусталя, расписанного древними клановыми символами господ Че и тотемными знаками их Семьи. Черные иероглифы на небесно-голубом фоне. И мягкий золотистый свет, льющийся ниоткуда, словно сияние исходит от самого воздуха, наполнявшего ажурную полусферу зала Печатей.

– Зал Печатей! – сказал Че. – Сейчас тебе станет больно, но я думаю, ты выдержишь.

В Великих домах нет слабаков. Жемчужные господа приходят в мир, чтобы наслаждаться его щедротами, но всегда готовы к смерти и боли. Страдание они принимают с таким же божественным спокойствием, часто напоминающим обычное равнодушие, как и наслаждение. Впрочем, иногда изощренные эмоции жирных котов превращают одно в другое до тех пор, пока не стираются различия между тем и этим. Наверное, поэтому они и правят Аханской империей вот уже три тысячи лет.

«Ну, почти правят, – поправил себя Че, наблюдая за тем, как побледнела дама О, и как расширились у нее зрачки от упавшей на женщину нестерпимой боли. – Почти три тысячи лет…»

Капля пота стекла по виску великолепно державшей лицо дамы О, и женщина улыбнулась, то ли превозмогая страдание, то ли наслаждаясь им.

– Оно того стоило, – кивнул Че, подводя итог испытанию зала Печатей. – Идем!

Он снова взял ее за руку и повел за собой по незримому лабиринту, открывать тайны которого был не вправе. Она не являлась господином Че и не могла им стать даже при самом удачном стечении обстоятельств. Соответственно, и пути через Хрустальные чертоги ей не принадлежали. Впрочем, если все пойдет так, как задумано, все эти тайны очень скоро потеряют для них всякий смысл. Для него и для нее. Для обоих.

– Здесь небезопасно. – Разумеется, всего лишь эвфемизм, но на то и драконы, чтобы шаис^[105] не рычал. Ши’йя Там’ра О все поняла правильно, другого Че от нее и не ожидал.

– Любопытное место.

Истинное речение, окрашенное легкой иронией.