Цитадель в огне - Гай Юлий Орловский

– Украл что-то? Глазки у тебя какие-то вороватые, туды-сюды, туды-сюды…

Мелкинд секунду смотрел в сторону на расходящихся Хранителей, которые все никак не поймут, что делать с силой, которая свалилась им в руки. Купол здания Совета переливается на солнце, которое медленно погружается в море, даря последнее тепло уходящему дню.

– Да мне как-то неловко, – наконец признался Виллейн. – Мелкинды вообще-то гордый народ, редко когда-то просим, и то всякий раз нас корежит. Но у меня в самом деле к тебе просьба…

– Сделать тебя правителем мира? – спросил Теонард. – Так ты сам такой могущественный маг, с головы до ног увешанный стр-р-р-рашными амулетами.

Виллейн отмахнулся.

– Мои амулеты все без магии, сам знаешь, а набирать придется годами. Помощь нужна совсем пустяковая, да и не мне совсем. Мне помогать не надо, я и сам возьму, если оно точно чужое.

– Ого, – сказал Теонард. – Впервые что-то не себе? Я тебя не узнаю. Наверное, съел что-что? Говори, не тяни.

Виллейн оглянулся, понизил голос:

– Болотные тролли хотят обратиться с просьбой, но они больно робкие существа, никак не решаются. Просили меня, все знают, что я ко многим расам отношусь без особой любви… но болотные тролли у меня всегда вызывали симпатию.

– Ну да, – сказал Теонард, складывая руки на груди, – если не соперники, то чего их ненавидеть, как всех остальных?

Виллейн ответил с ноткой обиды:

– Разве я ненавижу людей? Я бывал во многих городах, люди все разные. Есть жадные, как гномы, есть подлые, как гоблины, есть…

– Погоди, – прервал Теонард, – о людях говорить можно долго. Что насчет болотных троллей?

Виллейн сказал еще тише:

– Вопрос деликатный… У них пересохли болота в западной части, они присмотрели новые за сотню миль, но те расположены вроде бы на территории королевства Асгаранда. И хотя от королевства там никто никогда не бывал и не селился, но граница на карте была проведена лет триста назад именно там.

– А мы при чем? – спросил Теонард, поглядывая на башню, рядом с которой оставил клетку с голубями, которым давно пора спать.

Виллейн помялся, бросил взгляды по сторо– нам.

– Я сам такое боюсь сказать вслух, но дело в том… как говорил чародей, мы становимся чем-то таким непонятным, но важным. То ли какие-то великие судьи, что указывают, как жить не только отдельным существам, но и народам, то ли законодатели, то ли палачи, то ли… не знаю. Но вот пришли спрашивать у нас, как им поступить, я тоже хотел сказать, что нам какое дело, а потом подумал…

– Ну-ну?

– Это наше дело, – сказал Виллейн. – У нас в руках огромная мощь, но мы пока ею еще и не пользовались. Если не считать, что себе дворцы отгрохали!.. А как насчет для других что-то нужное?

Теонард пробормотал с неловкостью:

– Нужно было сперва укрепиться. А теперь вот да, можно.

Мелкинд помолчал, разглядывая пышное Дерево эльфийки с другой стороны тропинки. В нем успели скрыться Каонэль и банши, а гарпия и горгона опустились куда-то на верхние ветки и затерялись в густой кроне.

– И что решишь? – спросил он наконец.

Теонард отступил на шажок.

– Погоди-погоди… Разве нам, так вот сразу?… Нужно собрать Совет, выслушать всех…

Виллейн хмыкнул, посмотрел с презрением, как на пьяного нищего.

– Серьезно? А знаешь, сколько раз придется собирать Совет в самом деле по серьезным вопросам?.. Замаешься. Ты Глава Совета! Не страшись брать на себя ответственность! Покажи, что чего-то стоишь, а то, в самом деле, уже и я верю, что тебя выбрали Главой только за то, что ты самый серый и неприметный. Как сказал грамотный Страг, компромиссный, слово-то какое гадкое и непристойное.

Теонард, чувствуя себя серьезно задетым, сказал с неудовольствием:

– Я не боюсь брать на себя ответственность. Но не хочу, чтобы на меня указывали пальцем и говорили, что злоупотребляю властью.

– А ты не злоупотребляй, – ответил Виллейн.

– А если сам решу…

– Вот-вот, – сказал Виллейн. – Реши правильно, а всякий, кто захочет оспорить, пусть предложит что-то лучшее!.. Ну, не трусь!

Теонард подумал, махнул рукой.

– Хорошо. Где эти тролли? Я сам съезжу к ним, если такие застенчивые…

– Можно, – сказал Виллейн, – хотя не обязательно. Я захватил с собой карту. Погляди, все наглядно!.. Да не бойся принимать решения!.. Это не закон устанавливать, как вон с гоблинами и птерингами, там нужно общее решение, а здесь одноразовое!..

Теонард вздохнул, покачал головой.

– Хорошо. Но все же посоветуюсь сперва хотя бы с Лотером и Булуком.

– Хорошо придумал, – сказал Виллейн. – Лотер не глуп, а Булук вообще соображает, может быть, лучше всех.

Булука добудиться не удалось, хотя кричали вместе с мелкиндом, а утром сам проснулся, явился к Теонарду, едва не обвалив ему лестницу, прогудел мощно в распахнутую дверь:

– Ты что мне вчера вечером орал в среднее ухо?.. Какие тролли? Что за тролли?

Теонард выскочил из зала, что и не зал вовсе, а скорее комната, где должен быть камин, но его почему-то нет, сказал с неловкостью:

– Прости, что потревожил. Вчера был такой вопрос для кого-то пустяковый, а для меня сложный, я снова начал бояться всего на свете… Болотные тролли просили пустующие земли для заселения…

– Ну? – спросил Булук, так и оставшись на крыльце.

– Хотел посоветоваться с Лотером и тобой, – пояснил Теонард, – но волчара унесся в лес охотиться, а ты спал. Пришлось решать самому.

– И что решил?

– Пусть заселяют, – ответил Теонард несчастным голосом, шагнув вперед, но крепкий запах огра заставил его остаться в коридоре. – Там земли вообще непригодные для всех… Одни топкие болота. Но троллям как раз…

Булук прогудел довольно:

– Ну вот и прекрасно. Я бы посоветовал то же самое. Думаю, и Лотер сказал бы так. Ты зря робеешь. Среди нас ты самый рассудительный и осторожный. Во главе Совета как раз такой и нужен… Ну ладно, пойду вздремну.

– Ты же только проснулся!

– И что? Поспать всегда хорошо.

Теонард все же вышел проводить гиганта, воздух еще утренний, свежий, но успел только разок вздохнуть, как Булук прогудел, спустившись с последней ступеньки:

– Горгулья… Ладно, разбирайся сам, а то опять начнешь…

Он степенно удалился, а темная точка в небе быстро превратилась в огромную летучую мышь с вытянутой волчьей мордой, как сперва показалось Теонарду, в следующее мгновение горгулья резко нырнула вниз, Теонард замер, а она, с силой ударившись прямо перед ним о землю крепкими ногами с алмазно-твердыми когтями, сложила крылья.