Цитадель в огне - Гай Юлий Орловский

Чародей повысил голос:

– Вот так, вместо обсуждения важных дел, будете уходить в сторону личных проблем, это так легко, и кончитесь, как Недохранители. А могли бы стать самой великой силой на свете!

Гнур переменился в лице, глаза хитро заблестели, он сказал быстро:

– Ну-ну, говори, как нам стать самой великой и грозной силой в мире!

– И нещадной, – добавил Страг.

– И всесокрушающей, – уточнил Тарнат и любовно погладил рукоять тяжелого молота. – Обожаю крушить.

Чародей окинул всех тяжелым взглядом и вздохнул.

– Похоже, из вас в самом деле ничего стоящего не выйдет. Я почему упомянул о тахаше? Вам придется стать в чем-то похожими на него. Попытаться стать, потому что вам по-настоящему стать намного труднее.

– А что с тахашем? – спросил Теонард. – У него не о ком заботиться?

– Схватываешь быстро, – сказал чародей потеплевшим голосом. – Ты не совсем дурак, верно? Ну да, ты много страдал, а это обостряет разум… Когда раса тахашей ушла с лица земли, последний тахаш несколько тысяч лет просто скитался, прошел весь белый свет вдоль и поперек, все перепробовал, а в конце концов пришел к выводу, что жизнь не бессмысленна, если заботиться вообще обо всех, а не только о своей расе.

Судя по лицам Хранителей, эта мысль никогда не приходила в голову, да и вряд ли придет, с какой стати заботиться о других, когда есть я, единственный и самый лучший, а еще всякая родня и соотечественники?..

– Эх, – сказал чародей с тяжелым вздохом, – вы все еще недопонимаете, что все то, что считаете великим препятствием для вашей работы, на самом деле является… как думаете?

– Ты прав, – сказал Гнур язвительно. – Какое это препятствие? Это повод для драки!

Чародей обвел взглядом сердитые лица.

– Что, и вы так думаете?.. А может быть, то был великий замысел… нет-нет, не мой, я не настолько хорош, а замысел всей вселенной?

Каонэль откинула серебряный локон с плеча и сказала быстро:

– Говори быстрее, пока мы не передрались! И тебя заодно не прибили!

– Да вы посмотрите на себя, – напомнил чародей. – Гоблины и тролли ненавидят друг друга, мелкинды не любят тех и других, но когда осколки Талисмана попали к Гнуру, Тарнату и Виллейну… это о какой возможности говорит?

– Возможности подраться, – сказал с убеждением Лотер.

– Необходимости, – уточнил Страг.

– Зачем драться? – пискнула ихтионка. – Можно не разговаривать, не здороваться, не замечать друг друга, только и всего! И никаких драк.

Чародей помолчал, оглядывая заволновавшихся Хранителей, каждый спешит высказать свое не просто мнение, а твердое убеждение, даже горгулья не выдержала и что-то каркнула, резкое и сиплое.

– Еще не поняли, – проговорил наконец чародей с заметным разочарованием, Хранители начали умолкать и повернулись к нему. – Еще бы, каждый думает только о себе… ладно, кто-то уже и о своих сородичах.

– Я о них в первую очередь, – заявил Виллейн. – А себе высокую башню хочу только потому, что с ее вершины легче о них заботиться!

Чародей сказал успокаивающе:

– Хорошо-хорошо, ты заботиться начал первым.

– И единственным!

– И пока единственным, – согласился чародей. – Потом начнут и другие. Когда сами нажрутся, тогда и они слегка подумают о своем народе… Так вот, всех вас ждет неприятный сюрприз, который таит в себе просто невероятные возможности!

Все слушали заинтересованно, а горгулья, чтобы не пропустить ни слова, мощно взмахнула крыльями и подлетела ближе. Каонэль вздрогнула, напряглась, рука дернулась к рукояти меча, когда полукаменная громада опустилась рядом и тут же словно окаменела, однако сумела выдавить улыбку и сказала непривычно счастливым голосом:

– Мы женщины и должны держаться вместе! А то мужчины разрушат мир.

Чародей бросил на нее острый взгляд, Каонэль ощутила, что старый мудрец мало того, что каждого читает как раскрытую книгу, еще и не пропускает ни слова, ни жеста, ни интонации этих галдящих существ.

– Эльфийка сказала почти мудро, – произнес он звучным голосом, все умолкли. – Да, почти. Но к этой мудрости требуются поправки и уточнения.

Она сказала настороженно и чуточку обиженно:

– Какие? Я же умная, а еще и красивая…

– Вместе должны держаться, – уточнил чародей, – а также работать все. То, что осколки у разных рас, доказывает, что нет рас слабых, глупых или никчемных!.. Если передеретесь, то мир, может быть, и не рухнет, даже не заметит, но если начнете сотрудничать – это всему миру счастье!

Теонард покачал головой, лицо потемнело, а брови грозно сдвинулись над переносицей.

– Полное счастье будет, – сказал он тяжелым голосом, – если перебить всех солнечных эльфов, что держат людей в рабстве!

– И гномов, – добавил быстро Гнур.

– Гоблинов так вообще всех под корень, – заявил Тарнат. – И тогда да, счастье!