Россия во тьме - Александр Афанасьев

Ситуация была такова, что обращение в ФСБ, в прокуратуру, куда угодно, в любую госструктуру – почти наверняка привело бы к тому, что чеченцев предупредили бы, и они бы скрылись. Вор в этом был уверен, тем более после разговоров с Конем. Кое-что встало на свои места… например, как чеченцы постоянно получали самые свежие и достоверные данные из Ростова, из Ставрополя… а как, если украинская граница – максимум в сотне кэмэ и там наверняка стоят системы перехвата. А может и не стоят… зачем, если до девяносто первого у нас была единая система боевого управления? До девяносто первого – у них была одна страна…

Но Вор – сделал несколько звонков, и через несколько часов – восемь человек приехали к одному и тому же месту. Кто-то приехал на шестисотом, а кто-то – на трамвае, но и у того кто приехал на шестисотом и у того, кто приехал на трамвае – было между собой нечто общее. Намертво въевшийся в кожу загар, обветренные лица и навеки выжженная в глазах кровавая биография…

– Братья… – Вор подтолкнул вперед Коня – это Конь. Он нам что сказать имеет. Прошу выслушать, а дальше решать будем, что да как…

Ветераны иракской кампании – не перебивая, выслушали рассказ Коня. Затем, Атлет, старший из всех, выразил общее, владеющее всеми ощущение.

– П…ц.

– Сейчас ещё не п…ц – сказал Вор – п…ц будет, когда шесть десятков чехов со всем арсеналом попадут в центр Москвы. Вот это будет п…ц.

– И никто кроме нас – решать этот вопрос не будет – сказал Попугай.

– А кто кроме нас? – сказал Вор – вы что, не видите, что делается? Страна на взводе. Я вот что думаю, братва. Хохлы – конкретно провоцируют нас на совсем нехорошие вещи. После того, как шесть десятков чичей покуражатся в самом центре Москвы, ни о каком перемирии и речи уже не будет…

– Так его и сейчас нет – сказал Попугай – какое перемирие.

– Не перебивай. Так вот, я думаю – все готовится к тому, чтобы к власти пришли радикальные националисты. После всего того, что уже произошло и произойдет – это несложно будет сделать. И думаю, они не просто так нацелились на Думу… после всего придется объявлять досрочные выборы. И в них – будут участвовать одни новички. Настрой которых – нетрудно предугадать. Придут такие силы, по сравнению с которыми Память^[112] и Союз Офицеров – безобидные исторические реконструкторы.

…

– … после чего – объявят войну всему Кавказу – тотальную войну, которую с радостью воспримет восемьдесят процентов населения. С другой стороны – за Кавказ вступится Турция, которая между прочим член НАТО. И будет у нас – что-то типа Югославии. А хохлы – будут за всем за этим наблюдать.

– Зачем им это? – спросил Попугай.

– А зачем они Дудаева поддерживали, потом Масхадова? – вклинился в разговор Конь.

Наступило тяжелое молчание.

– И что делать будем? – спросил Попугай.

– Девять против нескольких десятков…

– Десять – сказал Конь.

– Мужики, есть оружие. Много. Пулеметы, снайперки, Шмели, взрывчатка – полный набор короче. Этим я вас грузану выше крыши. Но нас десять. А их в несколько раз больше. Вот такой вот расклад.

– Ты Буденновск^[113] помнишь? – сплюнув, спросил Атлет.