Россия во тьме - Александр Афанасьев

– Все готовы?

Зазвучали доклады о готовности – но я уже не слушал, я вслушивался в шум двигателя. Это ещё кого черти несут?

Подкатил УАЗ. Со снятым верхом, пулемета нет, как и турели. Нет, кстати есть – вон, высаживается – с «красавчиком»^[117], обрезанным. Красавчик – на базаре стоит десять тысяч долларов и такое оружие может позволить себе охрана лишь самых авторитетных амиров.

Или государственная охрана…

Так… прицел на максимум. Прицел тут не простой – March Tactical 10-50. Прицелы этой марки не купишь на Ebay или Amazon, это прицелы высшего класса, предназначенные для экстремальных перегрузок и особо дальних выстрелов – у него увеличенный диапазон барабанчиков поправок и корпус, изготовленный только фрезерованием из одной заготовки. Прицел – как и сама винтовка – имеет клеймо специальной оружейной мастерской армии США, занимающейся оружием для Уимблдона^[118] – особой точности, отобранная. Мой крайний подарок от армии США, на прощание.

Почему крайний, а не последний? Я суеверен.

Так… командир танка показался. Вылез на броню.

И – бах!

Винтовка толкнула в плечо, глушитель скрал большую часть звука выстрела – в воздухе звук глохнет по экспоненте, поэтому – там, у танка – ничего не услышали. Только чеченский пацаненок – танкист – дернулся, как будто его подбросило снизу и упал на броню.

И – бах!

Чеченский командир танка – промахнулся ногой мимо люка и полетел с брони.

И – бах!

Чеченский боевик с пулеметом – упал, неловко подломив под себя ногу.

И – бах!

Водитель УАЗа не успел нажать на газ, машина так и осталась стоять.

Неплохо за пять секунд. В небоевой обстановке я на спор делал четыре выстрела за четыре секунды – но это из триста восьмой…

Мои – уже бежали к танку… командир и механик-водитель мертвы, остался только наводчик. Но чтобы развернуть башню – он должен был пустить двигатель танка, а со своего места – он это не сможет сделать. Ему ничего не остается, как вылезать к пулемету…

Ага… лезет. Это чеченский танк, а на чеченских танках на всех сверху сделана «птичья клетка» – это такое сооружение из бронестали и бронестекла. Американцы – первыми догадались, что крупнокалиберный пулемет на танке может быть самостоятельным и очень полезным оружием, а не только средством ПВО. И начали защищать пулеметчика – на М1А2 они не поскупились на то чтобы сделать щит из толстенного, дорогущего бронестекла – чтобы пулеметчик лучше видел цели и мог по ним работать. А у нас до сих пор не могут дотумкать. Великолепная пулеметная спарка на БТР-80 – обесценивается тем, что пулеметчик в этой башенке слеп. Он видит только через прицел – а надо, чтобы он мог видеть на триста шестьдесят и уверенно реагировать. Я знаю, что наши после возвращения из Ирака пытались что-то доказать Минобороны – тщетно. А вот у чеченцев бюрократии нет: увидели – сделали. Пусть на колхозном уровне – но защита есть.

Так… разворачивает пулемет. Теперь – все зависит от меня – надо не просто попасть, а попасть поверх бронеплит. Цель там… сантиметров двадцать, не более того. К счастью – чеченских джигитов не заставить носить каску.

И – бах!

Судя по тому, что ствол пулемета замер, не дойдя до целей – попал…

Пять патронов израсходовано – на моей винтовке магазин на десять, удлиненный, но все равно, не мешало бы пополнить. Но вместо того, чтобы снаряжать магазин – я просто меняю его на новый, досылаю первый патрон в патронник. Готов.

– Кабан готов.

С места я не двигаюсь – снайпер и не должен. Для этого ему и придается маневренная группа. Прием, отработанный ещё в Ираке. Снайпер работает, маневренная группа с близкого расстояния добивает.

– Кабан, я Питон. У «кулака» чисто… «кулак»^[119] исправен.

– Принято.

Теперь вопрос, что делать. Танк стоит так удачно, что перекрывает две дороги, ведущие из горных сел. Далее идти опасно – там местность намного более открытая и группу будет намного лучше видно. А горные чеченцы – знают всех своих, и даже на группу арабов – тут не закосишь. Несколько вопросов, и ты – пропал.

Оставаться у танка? Тем более если он исправен? Мы планировали заминировать его, но если так…

Жизнь, как обычно – решила за нас.

На дороге показался конвой… первым шел колхозный Зил-131, в мастерской перекрашенный в камуфляж и с 14,5 миллиметровой установкой ЗПУ-2 в обрезанном самосвальном кузове. За ним – шел Мерседес-600, грязный… удивительно, как только он по горным дорогам проходит, видимо, немцы и в самом деле умеют надежную технику делать. За ним пикап, Мицубиши л200, тоже перекрашенный в камуфляж, в кузове ДШК. Замыкал колонну Камаз, с самодельным бронированием кабины. В кузове боевики. Один из них – держит наготове ПЗРК…

Басаев Шамиль Салманович, вице-президент Ичкерии. Дивизионный генерал армии Республики Ичкерия, почетный вице-президент Конфедерации горских народов Кавказа. По оперативным данным – держит штаб в районе населенного пункта Гехи-Чу, в подготовленных несколько лет назад капитальных укрытиях, способных выдержать попадание бомбы до 500 килограммов. Предположительно передвигается на а/м Мерседес-600 светло-серого цвета, госномер А6271ЧИ в сопровождении личного отряда боевиков, набранных исключительно из числа своих родственников, численностью не менее тридцати человек…

В Гехи-Чу – Басаева уже не было, он предпочел дрыснуть за границу. Знал, что у нас есть бетонобойные бомбы и рисковать не хотел. Вот отсюда, из безопасной Панкиссии – он и руководил банддвижением.

Я не успел отдать команду – танк повел башней… а потом плюнул огнем – и Зил-131, шедший первым – исчез в огненном облаке разрыва…

Позиция чеченцев была скверной, они были зажаты на узкой горной дороге и развернуться, быстро сдать назад – не могли. Тем не менее, из этой ситуации они выжали все что могли – я прекрасно видел, как открыли огонь, отвлекая на себя внимание несколько пулеметов. И под их прикрытием – маленькая группа повела кого-то вправо, под прикрытие валунов на горном склоне и редкой растительности. Они делали все что могли.

Выведенный на максимальную кратность прицел, который по четкости картинки отличался от ПСО-1 на миллион световых лет – позволил мне увидеть среди этих людей более пожилого, в камуфлированной кепке, с длинной, окладистой, почти полностью седой бородой. До него было чуть меньше километра.