Идеальный враг - Михаил Кликин

Оконное стекло запотело. Павел водил по нему пальцем, чертил круги.

Круги плакали. Стекло скрипело.

– Завтра вылет, – в который уже раз прогнусавил Ухо.

– Да слышали уже, – раздраженно откликнулся Рыжий.

Добрую половину дня они просидели в казарме. Их никто не трогал – у командования сейчас хватало своих забот. Только несколько раз заходил проверяющий офицер, интересовался, все ли солдаты на месте, смотрел, нет ли пьяных или обкуренных. Напоминал о том, что Форпост переведен на боевое положение. Советовал заняться делом.

Но все дела были переделаны.

– Хота с собой возьмешь? – спросил Павел у Гнутого.

– Оставлю здесь. Док хотел его забрать к себе. Обещал присмотреть, пока меня не будет.

– Так он, вроде бы, ругался раньше.

– Сейчас нет… Это он так – порядка ради… А потом – он же его к себе домой заберет, в больнице не оставит. Все равно один живет – а так ему повеселей будет.

Хлопнула дверь – из четвертой роты вернулся Некко. Снял фуражку, встряхнул ее, обрызгав пол и стену, сразу же накинулся на Шайтана:

– Чего разлегся? Делом займись!

– Каким?

– Снаряжение проверяй!

– Проверил уже.

– Еще раз!

– Уже три раза проверил.

– Проверь четвертый! Нечего валяться!

– Эй, капрал, посмотри на меня! – Цеце спустил ноги на пол, зевнул, прикрыв рот ладонью, почесал грудь.

Зверь и Рыжий усмехнулись, перемигнулись, нацелились пальцами в сторону Некко.

– Отстань от него, капрал, – угрюмо сказал Гнутый. Предупредил.

– Бездельники, – процедил сквозь зубы Некко, исподлобья волчьим взглядом осмотрев солдат.

Павлу сделалось не по себе. Представилось вдруг, что в реальном бою Некко не станет дожидаться, пока кто-то его окликнет, как это было в Матрице. Он и сам может выстрелить в спину. Любому из них.

Видимо, эта мысль посетила не его одного.

– Ты, капрал, смотри, не наделай глупостей! – предостерег Зверь. – Помни, мы все за тобой следим.

Некко не ответил. Потоптался на месте, словно раздумывая, чем себя занять, и опять шагнул к двери. Буркнул, уходя:

– Если что, я в третьем взводе.

В третьем взводе Некко чувствовал себя уютней – солдаты там были не так дружны, они побаивались могучего вспыльчивого капрала, к которому навсегда пристала кличка «Титан», а ему казалось, что они его уважают. У него даже появился там товарищ – немногословный глуповатый испанец, прозванный Пастухом. Они часто ходили вместе – Титан и его Пастух.

– Слава богу, ушел, – сказал Цеце, снова забираясь на кровать. – Он меня просто из себя выводит.

– Командиров не выбирают, – рассудительно заметил Ухо. – Их назначают.

– И снимают, – добавил Зверь.

– У тебя есть какой-то план? – приподнялся на локте Цеце.

– Пока нет.

– Но мысли посещают.

– Бывает.

– Вот и я все думаю…

– И чем вам этот Некко не нравится? – подал голос рядовой Пяльне из второго отделения. – Ну, подумаешь, хота пинает. Орет иногда. К вам придирается по мелочам. Ходит к ротному, кляузы пишет – все уже знают. Но ведь боится он вас, морды не бьет, ребра не ломает, челюсти не крошит. Ну, подставите вы его, лишат его звания и должности. А вдруг к вам потом такого капрала назначат, что Некко младенцем покажется по сравнению с ним.

– А мы и его подставим, – сказал Зверь. – А там уже Писатель выслугу наберет, лейтенант за него словечко замолвит, и будет у нас свой капрал. Хочешь отделением командовать, Писатель?