Варяг. Доблесть воина - Александр Мазин

Берег Северского Донца в месте впадения реки Везелицы. Белгород Владимиров. Предатель

Проверять качество колдовской пищи явилось аж четыре младших хана, уже знакомых Духареву. Их оставляли в заложниках, когда он ездил к Курэю.

Ну и шаман пришел, само собой.

Гости явились, когда основное варево еще только-только закипело. Общался с послами наместник. Духарев в это время отбирал наименее изголодавшихся женщин для показательной раздачи пищи.

Сергей Иванович рекомендовал наместнику держаться как можно более враждебно. Мол, не о чем с вами разговаривать. Идите, откуда пришли. Приставленный к посольству толмач как мог сглаживал особо резкие выражения, но помогало плохо. Договориться не получалось.

Посольство орало, что их пригласил лично князь Серегей. А по этому поводу их следует немедленно впустить внутрь, а для гарантии безопасности передать печенегам две дюжины лучших белгородских людей. В заложники.

– Дерьма вам полные руки, а не заложники! – вопил Грузило. – Идите отсюда, овечьи любовники!

Подханки надувались от обиды и спеси, но не уходили. Тоже орали в ответ обидное.

Надо полагать, большой хан велел младшим непременно добиться своего.

– Всё, – наконец решил Духарев, попробовав полусырое варево. – Заливайте.

А сам отправился к воротам.

– Я даю вам слово! – сразу заявил Сергей Иванович. – А вы не желаете довериться мне? Вы трусы?

– Мы не трусы, – возразили посланцы. – Мы ничего не боимся. Но заложников всё равно дай. Иначе…

– Ну и отправляйтесь, откуда пришли! – заорал охрипший уже наместник.

– Погоди, Грузило Бортич, – попросил Духарев. – Я обещал пустить их к нашим волшебным колодцам, – сказал он так, чтоб было слышно печенегам. – Но заложников не будет. Мое слово – это всё. И всех я не впущу. Тебя впущу, – Сергей Иванович показал на подханка, который громче всех орал и выглядел самым придурошным. – И шамана. Этого довольно. Возьмете понемногу из каждого колодца и отнесете большому хану. Не хотите, не надо. Я свое слово сдержать готов.

Выбранный Духаревым подханок немедленно попытался слиться, но остальные не дали. Теперь уже препирательства шли между младшими ханами. Чуть не разодрались, орлы степные. Духарев не вмешивался. Пусть вылитое в колодцы варево подостынет.

Наконец подханка-избранника «убедили». Сергей Иванович торжественно пообещал послам неприкосновенность, и им открыли калиточку.

Подханок надежды оправдал: головой не вертел, исходил спесью и потом. Боялся. Причем именно Духарева. Слава его, как колдуна, надо думать, существенно выросла за последние часы.

– Вот они, мои колодцы, – сообщил Духарев. – У нас сейчас ужин. Люди подходят понемногу. Велю, чтоб отошли пока.

– Не надо.

Это шаман наконец-то подал голос. Причем на неплохом словенском.

И шустро ломанулся к колодцам.

Однако был остановлен приставленным к «источникам пропитания» духаревским гриднем Плёсом. По знаку командира.

– Не торопись, – остановил прыткого «духовода» Сергей Иванович. – Тебя я к ним не подпущу. Кто тебя знает? Вдруг ты нашу пищу проклянешь? Пусть он, – кивнул на подханка, – пробу возьмет.

– А ну дай! – Шаман не растерялся, попытался выхватить у ближайшей горожанки миску.

Та с едой расставаться не пожелала и в результате почти всё содержимое оказалось на земле.

Духарев подоспел вовремя, развернул женщину в правильном направлении, чтобы скрыть брызнувшие из ее глаз слезы.

– Тебе еще дадут, – пообещал он. – Вдвое.