Другой дороги нет - Василий Головачев

Ни передохнуть, ни привести в себя в норму, ни позаботиться о погибших не удалось.

Контейнер в отсеке челнока, принадлежащего команде Старшего, начал не только светиться, но и корчиться, отчего все поняли, что сущность, заключённая в нём, – не то чудом уцелевший боевой робот, не то сбежавший из галактической тюрьмы Разрушитель, – ищет способ вырваться на свободу. Что произойдёт, если это случится, можно было представить.

– Надо немедленно избавиться от него! – озабоченно сказал Веденеев, когда они открыли кормовой отсек аппарата и увидели судороги контейнера.

Проводник Розы, которого привели к челноку, убедившись, что он чудесным образом остался жив, заволновался и начал тараторить на своём языке.

– Что он говорит?

– Он не понимает, что мы хотим делать, – перевела речь Харона Лариса.

– Умом Россию не понять, – усмехнулся Веденеев, – а другим местом, что у него заменяет мозги, не получится. Объясни ему ситуацию.

Лариса начала переводить Харону сказанное.

А Никанор вдруг почувствовал на себе знакомый тяжёлый взгляд – так могила смотрит на свою жертву! – и попытался заглянуть внутрь контейнера.

Бездна мрака беззвучно потянула его к себе.

Он забарахтался, как пловец в водовороте, стараясь выплыть, ища опору, нащупал чью-то руку, вцепился в неё изо всех сил, и его вынесло в свет…

Очнулся он от влажного прикосновения к лицу, открыл глаза, увидел над собой Ларису, промокавшую ему лоб влажным платком. Понял, что полулежит на сиденье в кабине челнока.

– Напугал! – с облегчением проговорила девушка.

Он сел поудобней.

– Там… бездна…

– Что?!

– Внутри контейнера что-то огромное, как гора… живое и неживое одновременно… и жуткое – словами не передать!

– Разрушитель.

– Оно… он вот-вот вылупится.

Лариса оглянулась на Веденеева, стоящего в проходе.

– Что будем делать?

– Где находится этот приют?

– Старший говорил, остался всего один переход до самой близкой к звезде маммианы.

– Отправляемся туда.

– А потом?

– Направим челнок в дыру.

Лариса улыбнулась.

– Убей меня бог – не представляю, что в посылке! Но самое главное – как это сделать?

– У челнока должен быть автопилот. Запрограммируем и направим его в нужном направлении, гравитация чёрной дыры доделает остальное.

– Пожалуйста, побыстрее, – нервно сказал Никанор, чувствуя вздрагивание «живого-неживого» в грузовом отсеке.

– Кто поведёт?

– Он, – кивком указала Лариса на Харона.

– Подождите, – вскинулся Никанор, мимолётно подумав, что говорит это слово чуть ли не в сотый раз. – Нам могут потребоваться оба челнока.

– Зачем?

– На втором мы вернёмся домой, – бледно улыбнулась Лариса.

– Вот я тормоз, – сокрушённо развёл руками Веденеев. – Тогда берём оба. Кто поведёт второй?

– Сначала решим, кто поведёт первый.

– Я, – сказал Никанор, бодрясь.

Лариса посмотрела на него с сомнением.

– Ты же не пилотировал такие машины.

– Я умею водить не только грузовики, а тут обыкновенные джойстики, как на вертолёте или в симуляторе, ничего особенного.

Лариса перевела взгляд на штурмана.

– Он справится, – кивнул Веденеев. – На всякий случай проконсультируемся у Харона, он подскажет, какие функции выполняет левый, а какие правый джойстик.

Лариса заговорила с проводником на его языке.

Обсудили особенности управления. По-видимому, и Харон чувствовал шевеление «зэка» в кормовом отсеке, так как часто оглядывался и говорил торопливо.

Никанор занял место пилота, опробовал систему управления.

– Пересаживайтесь.

– Я останусь с тобой, – возразила девушка.

– Не стоит рисковать всем сразу, вы подстрахуете, если я не справлюсь.

– Я останусь!

Веденеев побарабанил пальцами по прикладу автомата, разглядывая бледное лицо Ларисы с упрямо сведёнными бровями, подтолкнул Харона к дверце кабины.

– Двигай. Объясни ему, что мы следуем за вами.

Лариса перевела слова Валеры проводнику.

Тот с опаской глянул на Веденеева, проскрипел что-то, соглашаясь, и штурман увёл его к другому челноку.

Лариса заняла место рядом с Никанором, встретила его взгляд.

– Научи меня открывать…

– Что? – не понял он.

Она знакомо – губы едва дрогнули, с необычной печалью и сожалением – улыбнулась.

– Есть хорошее выражение: научи меня открывать хорошее там, где его нет.

– Мы справимся! – понял её по-своему Никанор.

– Надеюсь.

– Мы справимся, я знаю! Только будь рядом!