Другой дороги нет - Василий Головачев

– Мы чужого не берём…

– Очень по-русски, просто обнять и плакать. Чужого нам не надо, но своё мы возьмём, чьё бы оно ни было. Вставай, дурачок, поговори со мной как мужчина. Или как у вас принято говорить: никому не поставить нас на колени? Потому что мы лежим и будем лежать? Встреть свою смерть, как подобает мужику. Или ты трус?

Кровь бросилась в лицо.

Никанор с натугой вскочил и, не думая о последствиях, прыгнул к Розе, рассчитывая отнять у неё пистолет.

Однако она оказалась проворней. Удар ногой в голову отбросил парня к стене коридора. Он ударился ушибленным плечом, вскрикнул.

– Молодец, мальчонка, хорошая попытка, – похвалила Роза оглушённого молодого человека. – Будет что вспомнить.

Ствол пистолета глянул Никанору в лицо.

Но выстрелить Роза не успела.

– Эй, кикимора, – окликнули её, – оглянись!

Она резко повернулась туда, откуда прилетел голос, поднимая пистолет. И замерла на полушаге, окаменев, словно наткнулась на взгляд Медузы Горгоны.

А Никанор едва не сунулся носом в пол, получив удар по голове. Лишь пару мгновений спустя он догадался, что стреляли из «глушака», и ему достался не весь разряд, а «боковой лепесток» языка излучения.

В коридор вышла, прихрамывая, Лариса, держа психотронный генератор обеими руками.

– Живой?

– Местами, – прохрипел он, с трудом поднимаясь на ноги.

Лариса подошла к застывшей Розе, вынула из её руки пистолет, направила ствол в висок командирши отряда курьеров.

– Подожди, – еле успел её остановить Никанор.

– Она хотела тебя убить!

– Не надо… убивать… зря.

– Но её нельзя оставлять в живых! Она бы нас не пожалела!

– Мы не палачи…

– Ты не понимаешь…

Из коридора, выходящего в ангар, вынеслась волна звуков: автоматные очереди и глухие удары, от которых вздрагивали пол и стены.

Лариса и Никанор, вытянув шею, замерли, прислушиваясь.

– Валера… один… надо ему помочь…

– Сейчас. – Лариса снова подняла пистолет.

– Подожди, есть идея.

– Говори быстрей!

– Это ведь гипноиндуктор?

– «Глушак», психотрон, да, он выключает сознание.

– Значит, ей сейчас можно отдать приказ, и она его выполнит?

– Ну?

– Давай прикажем ей выйти и скомандовать своим боевикам сложить оружие.

Мгновение Лариса раздумывала.

– А если это не поможет?

– Тогда мы будем чисты перед ними. – Никанор подобрал с пола автомат. – Отвлечём их, поможем Валере.

– Хорошо. – Лариса обыскала стоявшую неподвижно с белым лицом Розу, переложила в свои карманы запасные обоймы для пистолета (это был девятимиллиметровый российский «Макаров» последнего поколения), два «ореха» светозвуковых гранат. – Выйди в ангар, прикажи своим бандитам сдаться! Кто там старший?

– Эмма…

– Сколько вас всего?

– Четверо.

– Скажешь: «Эмма, прекрати стрельбу, положи оружие и выходи! Все выходите! Иначе будете уничтожены!»

Роза вздрогнула, глаза её расширились, хотя и не приобрели осмысленности. Она повернулась и, деревянно шагая, направилась в ангар.

Стрельба прекратилась. Через несколько секунд раздался равнодушный голос девушки:

– Эмма, прекратите стрельбу, положите оружие и выходите! Все выходите! Иначе будете уничтожены!

Какое-то время было тихо.

Потом раздался вскрик, глухой удар, и снова наступила тишина.

– Они её… убили! – прошептал Никанор.

– Выгляни и стреляй, если кого увидишь! Я обойду их с другой стороны, коридор кольцевой.

– Ты же ранена…

Лариса сжала его руку своей горячей рукой.

– Не вздумай пойти в атаку, высунься, выстрели и прячься! Понял?

– Они не должны отбить контейнер!

– Давай!

Никанор выдохнул сквозь стиснутые зубы и перебежал на другую сторону коридора, выглянул в ангар.

Розы не было видно. В неё выстрелили из гравитационного излучателя, и силовой разряд унёс её куда-то за пределы видимости.

Кто-то пошевелился за корпусом чужого челнока.

Никанор дал очередь.

Чей-то вопль подсказал ему, что он не промахнулся.

Раздались глухие удары: противник палил во все стороны. Прогремели две короткие автоматные очереди. А затем в ангаре вспыхнул яркий белый свет и раздался громовой удар. Лариса бросила одну из светошумовых гранат!

Ударила длинная очередь! К ней прибавились частые хлопки – пистолетные выстрелы.

Никанор высунулся, дал очередь по корпусу чужого аппарата. Ему не ответили. Наступила пугающая тишина.

– Ник, не стреляй! – послышался голос Ларисы.

В поле зрения появился человек. Это был Валера Веденеев. Он беззвучно, как призрак, переместился к челноку преследователей, дал очередь в щель между полуоткрытым колпаком кабины и корпусом аппарата, прислушался к тишине, выпрямился.

– Выходите, чисто!

Никанор вышел из своего укрытия, прижимая автомат прикладом к плечу как заправский спецназовец.

На полу и у стен ангара в разных позах лежали «киборги»: два безголовых – из команды Старшего, у них были разворочены «тазобедренные» сочленения, сам Старший, Роза, буквально вплющенная в нишу стены, и четверо чужих «киборгов» – под срезом кормы аппарата и за его корпусом.

Появилась, озираясь по сторонам, Лариса с пистолетом в одной руке и «глушаком» в другой. Щёки девушки раскраснелись, в пылу боя она забыла о своих ранах и почти не хромала.

– Все здесь?

– Вроде все, – ответил Веденеев.

– Подождите! – вдруг вспомнил Никанор. – С ними был проводник, Харон…

В кабине челнока преследователей раздался шорох. Колпак кабины стал опускаться.

– Он там!

– Чёрт, я же стрелял! – Веденеев прыгнул к челноку, успел сунуть в щель ствол автомата.

– Выходи, убью!

Колпак замер, снова поднялся. Над обрезом кабины появилась голова в знакомом капюшоне.

– Вылезай! – Валера буквально выдернул советника Розы на пол ангара. – Что ж сразу не сбежал, болезный, когда мы тут дуэльничали?

Краем глаза Никанор уловил движение слева у челнока с контейнером. Удивлённо повернул голову.

Старший ожил. Мало того, он вытащил из-под себя плечевой «универсал» и вставлял его в механизм на плече, не сводя пронзительно синих глаз с группы людей.