Другой дороги нет - Василий Головачев

Мотоцикл не подвёл. И седоки не замёрзли, хотя на Гиперионе, куда их вынесла ветка портала, царил космический холод.

Том был готов с ходу открыть стрельбу с двух рук, но воевать не пришлось. Тамбур портала оказался пуст.

Обошли его по периметру, согреваясь, температура в ангаре держалась на пару градусов выше нуля. Обнаружили три ниши, одна из которых была перекрыта в глубине шершавыми металлическими плитами.

– Неужели приют? – неуверенно спросил лейтенант.

– Это здорово, – расслабилась Лариса. – В приютах всегда должен присутствовать запас необходимого для путешественников, давай поищем.

– А если нас ждёт засада?

– Если бы курьеры находились здесь, в тамбуре стоял бы грузовик. Приготовься на всякий случай, но я уверена, что приют пуст.

Лариса взяла на изготовку свой автомат, и они показали визуализатору двери свои лица.

Девушка оказалась права, приют был пуст. Но и ничего такого, что пригодилось бы в пути, в нём не нашлось, если не считать полупустой ящик с консервами неизвестного происхождения, да такую же полупустую коробку с пластиковыми пузырями, украшенными непонятными наклейками.

Захотелось пить.

– Откроем? – предложил Омельченко.

Лариса заколебалась. С одной стороны, воды с собой у них было мало, по фляге на человека, и надо было где-то пополнить запасы, с другой – можно было отравиться, а лекарств и противоядий они с собой не взяли.

– Дервиши пользовались ими, – показал пальцем на овальной формы пузыри Том. – Яд в НЗ не кладут.

Его рассуждение победило.

Лариса открыла бутыль, понюхала горлышко.

– Ничем не пахнет.

Том понюхал тоже, смочил палец, лизнул.

– Похоже, обыкновенная аш два о. Без вкуса и запаха, словно дистиллированная.

Сделали по глотку, смакуя жидкость, действительно не имевшую никакого вкуса.

– Интересно, откуда эта вода? – поинтересовался Том. – Не похоже, что с Земли. Здешняя?

Лариса поняла: лейтенант имел в виду лёд и снег на спутниках планет.

– Нет, судя по этикеткам, упаковка фабричная. Лёд на Гиперионе надо растопить, а для этого нужен тепловой агрегат. Ты видел агрегат?

– Нет.

– Думаю, порталы снабжались водой и едой централизованно, специальной службой доставки. Планет с пресной водой в галактической маммиане достаточно.

– Отдохнём?

– Некогда, надо догонять конкурентов, пока они не выкинули какой-нибудь фортель.

Вернулись в ангар, завели мотоцикл.

– Давай теперь я поведу, – предложил Омельченко.

– Поведу я, ты стреляешь лучше меня, сконцентрируйся.

Ворота ангара открылись, выпуская байк.

Удар холодом по телу был сравним с ударом о бетонную стену!

Лариса внутренне содрогнулась, но рук с руля не сняла. Машина бесшумно покатилась по неровностям почвы между грязно-ледяными буграми, покрытыми искристой изморозью, к ближайшему известному старт-порталу малой планетки.

Если здесь проехал грузовик, внезапно мелькнула тревожная мысль, почему не видно следов?..

Подсознание отреагировало раньше сознания. Не предупреждая пассажира, Лариса развернула мотоцикл и повела его обратно. Том что-то прокричал в маску, но она не услышала голоса лейтенанта – при отсутствии воздуха лишь почувствовала дрожь груди, прижатой к её спине.

Ворота открылись, впуская мотоцикл.

Том глухо проговорил, ворочая стволами автоматов:

– В чём дело, кэп? Кого ты заметила?

– Никого. Они не поехали в старт-портал.

– Почему?

– Несмотря на слабую силу тяжести, грузовик должен был оставить следы. Их нет. Я имею в виду – там, где они должны были быть видны, – на дороге, покрытой изморозью. Зато правее я заметила полосы на льду, прорезавшие слой инея.

– И что с того?

– Они свернули!

– Куда? – с сомнением спросил Том. – Нам же дали карту…

– Все маммианы пронизаны сотнями ходов, я помню, что в системе сатурнианской маммианы есть обходные треки, проложенные ещё до появления человечества.

– Но если мы не найдём Врата, назад уже не вернёмся, просто замёрзнем.

– Мы нашли навигатор, попробуем определиться.

– Решение принимать тебе.

Лариса слезла с мотоцикла, достала найденный в багажнике байка гаджет, который они приняли за навигатор.

Впрочем, это и в самом деле был навигатор, похожий на современный смартфон, хотя все надписи он выдавал на экран на незнакомом языке. Ни Лариса, ни Том этого языка не знали. И всё же после довольно долгого изучения изображений, всплывающих в глубине экрана, им показалось, что догадка Ларисы имеет под собой почву.

Спутники Урана, в том числе Гиперион, который в экране походил на кисейный овал, имели по два портала, а то и больше, и надежда на то, что курьеры на «КАМАЗе» воспользовались вторым ходом, окрепла.

– Стартовый портал прячется в недрах Гипериона, – сказал Том. – Не меньше, чем в полусотне километров отсюда.

– Мне кажется, поменьше.

– Всё равно замёрзнем.

– В недрах спутника намного теплее, чем на поверхности. И других вариантов у нас нет. Придётся рисковать. Не возражаешь?

Омельченко пожал плечами:

– Командир ты. Все под богом ходим.

– Ты веришь в бога? – удивилась девушка.

– Я верю в то, что он изощрён, но не злонамерен. Мой первый командир говорил: не стоит задумываться о том, куда идти дальше, если находишься посреди висячего моста.

Лариса с любопытством смерила Омельченко взглядом, удивляясь его философскому умозаключению.

– Кто был твоим первым командиром?

– Гаевой…

– Нынешний замминистра обороны ДНР?

– Да.

– Я его уважаю, сильный мужик. – Лариса села за руль. – Ну, что, Тимофей, вперёд?

Лейтенант сел сзади.

Ворота ангара открылись, и байк прыгнул в почти полный мрак и холод…