Живые. Книга 4. Мы будем любить всегда - Варвара Еналь

1

– Ты знаешь, я почему-то представлял тебя совсем другой. Думал, ты выглядишь… как бы это сказать правильно… посимпатичнее и поумнее, что ли. Я видел детей с вашей станции, с Моага то бишь. Видел девочку, такую рыженькую, голубоглазую. Просто сгусток интеллекта, а не девочка, и смотреть на нее приятно. Я было подумал, что роботы научились делать настоящих идеальных людей. А ты меня разочаровала, девочка Таис. Или, я думаю, правильно все-таки Таисия, да?

Голос Питера уже не казался по-мальчишечьи беззаботным и веселым. В нем звучали едкие ноты ехидства и уверенности в собственном превосходстве. И хотя голова этого робота находилась ниже плеч Таис, он все равно смотрел на нее свысока. С наглой насмешкой смотрел этот робот и нес полную, полнейшую чушь. Рассуждал так, будто это он был человеком, а Таис – так себе, ошибка природы, выродок роботов. Или как это называется теперь у синтетиков? Она не ответила на вопрос Питера. Да и о чем говорить с глюченым искусственным интеллектом?

– Да, значит, не все дети со станции Моаг одинаковы. Но все умные, об этом теперь слагают легенды. Думаете, что внизу, в их поганом Сенате, не знают, как вы разблокировали чудесные чипы? Те самые универсальные чипы, на которые Сенат возлагал столько надежд? Совершенное управляемое человечество, которое получило еще один шанс… – Питер хихикнул. – Об этом трубили везде, во всех потоках информации. Знаешь, что такое «поток информации»? Не знаешь. Вы многого не знаете, дети со станции…

– Зачем мы тебе нужны? И где Федька? – зло спросила Таис, хотя не рассчитывала на ответ. Паранойя у искусственного интеллекта все больше пугала ее.

– Да успокойся, жив твой Федька. Так вот, значит, о чем я тебе говорил? Все роботы общаются между собой. Это не обязательно, но подключиться к общению можно. Это актуально для каждой системы. Таким образом можно получать информацию. Новые программы, новости о разных событиях и так далее. Однажды в одном из потоков информации пришло известие, что появились настоящие, неуправляемые люди, которые могут блокировать чипы и могут создавать такие программы, которых у нас еще не было. И эти люди – подростки, которых вырастили на орбитальной станции. Умные, совершенные дети. Новое поколение человечества. Знаешь, какую шумиху произвела эта информация? – Питер повернулся и подмигнул Таис. – Не знаешь. Вы этого не можете знать. А оно так и есть. Вы стали знаменитыми. Потом появились высшие, которые вечно все портят. Испугались чего-то. А я знаю, чего они испугались. Я знаю. – Питер интенсивно закивал головой и улыбнулся одними кончиками губ. – Высшие тоже боятся. У них тоже есть причина для страхов. И они быстренько забрали себе уникальных детей, а станцию уничтожили. Они опередили синтетиков. Старая добрая вражда высших между собой. Ведь синтетики тоже высшие, Тай, только не любят так себя называть.

– Кто такие эти твои высшие? – не выдержала и задала вопрос Таис.

– Не знаешь? Детка, ты много чего не знаешь. Вы попали в перемол. Знаешь, как раньше мололи муку? Не знаешь? Так я тебе расскажу, детка. Я тебе это расскажу. – Питер слегка понизил голос и многозначительно взглянул на Таис. – Зерна пшеницы насыпали между двумя камнями. Понимаешь?

Еще один пристальный взгляд мальчика-паука, его голос стал совсем низким и тихим.

– Зерна попадали между двух камней. И камни крутились, крутились и крутились. А зерна мололись. Перетирались между этими камнями. И получалась мука. Понимаешь?

«Во дурак!» – подумала Таис, но кивнула головой с самым серьезным видом.

– Так вот, детка, высшие – это те крупные камни, которые крутятся друг рядом с другом. А зерна – это вы, люди. Вы попали в терки больших крупных камней, и из вас сделали муку. Вы мука. Вы случайно попали. Дело не в вас и не в вашей планете. Не надо думать, что высшим негде жить и они преодолели огромное количество световых лет, чтобы припереться на задворки Галактики и повоевать за вашу потрепанную, залитую водой планетку. Не обольщайся. – Питер покачал головой, помолчал с важным видом, потом продолжил: – Высшие всегда дерутся между собой за право главного голоса. Старая вражда трех высших рас. Первая раса – это так называемые энкью. Их так принято называть, и они сами так себя называют. Очень древняя раса, такая древняя, что они давно открыли секрет бессмертия и секрет преобладания духа над плотью. Точно не знаю, что это такое, не спрашивай. Умнейшая, древняя раса, давным-давно достигшая самого пика своего развития. Это они создали синтетиков. То есть они создали еще одну высшую расу – искусственный интеллект. Искусственную расу роботов. Их работа. Хорошо создано, правда? Не чета вашим донам и лонам. Не то что ваши примитивные дроиды. С синтетиками никто не сравнится. В данной ситуации создание достигло уровня своего создателя и затеяло с ним войну. Они давно воевали между собой с переменным успехом, погубили парочку планет, как водится. Потом достигли некоего перемирия. И в этом им помогла еще одна высшая раса, только это уже не люди, детка. Совсем не люди.

Питер не улыбался. Он посмотрел на Таис и многозначительно закивал головой.

– А кто? – Таис должна была задать этот вопрос. Рассказ Питера заинтересовал ее.

– А черт их знает. То они как Деревья, то они как люди, то выглядят как звери. Но умные, как черти. Нам с ними не тягаться. Никому с ними не тягаться, они самые сильные из высших. Но слишком заняты идеей саморазвития. Достигают совершенства, понимаешь ли, и воевать не любят. Но с ними лучше и не воевать, с ними лучше вообще не связываться. Вот так, детка. А вы просто попали в оборот. Некстати попали. Вас занесло в это противостояние. К тому же вы умудрились заключить совершенно идиотские договоры с синтетиками и умудрились почти уничтожить собственную планету. Вот и имеете теперь то, что имеете. А вирус, который уничтожил остатки ваших людей на Земле, вам подарили эти самые энкью. Они таким образом, с помощью этого вируса, управляют низшими расами. А вы, дорогое человечество, низшая раса, как ни крути.