Комэск-13. Книга 2. Лейтенант - Дмитрий Рус

В моей голове вновь активируется холодный голос ИскИна СБ корабля:

– Старший лейтенант, срочно прибудьте на капитанский мостик! Повторяю – это не формальная процедура! Согласно «Пространственному Уставу» и при текущих ситуативных вводных, удаленное выполнение функций капитана нерационально и неоптимально…

В этот момент я замираю перед очередным препятствием – вросшей в грязь и заклинившей дверью шлюза.

Вскидываю вверх руку, тормозя колонну, сканирую препятствие. Сигнал системы опознавания – тишина на всех частотах. Электричество – по нулям, в пределах статики. Области высоких давлений – не обнаружены. Если и была там пневматика с гидравликой – то накрылась давно рваной пилоткой.

Так, с наскока не вышло, действуем по второй части «протокола преодоления препятствий».

Выделяю шлюзовую дверь как цель, навешиваю на нее глифы задач. «Вскрытие», «Бесшумность», «Скорость». Выпускаю из поясного крепежа серебристого паучка-дрона.

«Мультитул» повторно сканирует поверхность, быстро нащупывает спрятанные за переборкой клеммы и запитывает их энергией из собственного источника. Никаких чудес – вопрос беспроводной передачи заряженных частиц решен не меньше тысячелетия назад.

Дверь шлюза вздрогнула, массивная панель неуверенно поползла в сторону. Десяток сантиметров, металлический хруст, натужная пауза и все нарастающий гул движка…

Отступаю на пару шагов назад – механическое напряжение в деформируемом теле – штука опасная. Чистый титан не такой хрупкий, как чугун – облаком осколков не взорвется, но есть и у него свои приколы. Например – память первоначальной формы, всплывающая при определенных условиях. Развернется сейчас эта хреновина в десятиметровый лист металлопроката, мало не покажется.

Громкий хлопок и тонкая струйка дыма объявили об окончании жизненного срока дверного механизма.

Разочарованно сплевываю – план «Г»! Полное «гэ»…

Даю отмашку Ржавому:

– Вскрывай!

Пользуясь паузой, уделяю внимание Безопаснику.

– Счастливчик – ИИ СБ «Марата». Обоснуй необходимость пребывания на мостике.

ИскИн ответил мгновенно:

– Забор генетического материала. Обнуление старых настроек и внедрение нового капитанского генома в ключевые узлы корабля: системы навигации, управления огнем, дальняя связь…

Под монотонный речитатив эсбэшника я заливаю медицинским аэрозолем очередной порез на бедре. Все имеет свою цену. В том числе – бег по стальным джунглям в режиме: «аллюр два креста».

Для тех, кто не в курсе: именно количество крестов на пакете сообщало царскому фельдъегерю о степени срочности доставки. Пара – определяла скорость в 12–15 км/ч. А вот «три креста» – это приговор. Как минимум для коня. «По дороге к вам я загнал трех лошадей»… Знакомая фраза? А ведь за ней – смерть… Полтора-два часа галопом и смена лошадки. Старую – под нож. Кровоизлияние в легкие или инфаркт. Мучительная смерть или конь-инвалид, со старческой одышкой и едва передвигающий ноги…

Гель искусственной кожи просрочен безбожно – работу свою выполняет, но жжет – немилосердно. Терплю, корчу гримасы, затем не выдерживаю и срываюсь на Особиста:

– Мля! Штирлиц! У меня раненые на руках, причем из «средних» они уже перешли в «тяжелые»! Плюс бунт в подразделении и диверсия в реакторном отсеке! Вишенкой на торте – дезертировавший ИскИн! Вот на фига мне сейчас дальняя связь? Порнушку качать из соседней галактики?

– Дальняя связь служит для…

– Знаю! Некому мне звонить! Все свои – на расстоянии матерного слова!

ИскИн задумался, затем предложил:

– Понизить приоритет задачи?

– Именно, гений ты деревянный!

– Принято к исполнению. Отклоняю входящий вызов…

– Стоять!!! – На эмоциях я ору уже в голос, сбиваясь с напрягающей мыслеречи.

– Стою, – подтверждает эсбэшник, явно издеваясь над неполноценным капитаном.

Ну, зараза! Урежу я тебе объем оперативной памяти! Будешь у меня на одном файле подкачки жить!

– Доклад! Подробный, гад! Откуда вызов, от кого поступил, кому адресован?

– «Всем, кого это касается». Гриф: «Общий». Ключ шифрования – динамический, из резервных таблиц флота РИ. Навигационный запрос: «Обеспечить безопасный коридор прибытия». Приложены координаты точки выхода в системе, указан курсовой вектор. Процедурный запрос: «Обеспечить парковку во внутреннем объеме». Приложен объемный слепок судовой модели, заявлены требования по энерго– и ресурсообеспечению. Правовой статус: «Сигнатура борта и компетенция арбитра – подтверждены». Судно опознано как малый курьер СБ флота РИ. Цель визита: «Служебное расследование».

– Твою мать…

ИскИн не отреагировал. Хотя мог бы включить дурака: «команда не распознана» или реально рассказать о своей матери. Она ведь у него есть… Цифровая, безымянная для окружающих, сгенерированная программным скриптом – но есть.

Искусственный разум воспитывают в недрах виртуального пространства, где время течет в сотни раз быстрее, чем в реальности. ИскИна проводят через весь жизненный цикл, пробуждая психику, ставя характер и формируя личностные ценности. Счастливое детство, строгая юность, боевая зрелость и уважаемая старость. Затем – чуть ли не на смертном одре, дозированное самопознание, «прозрение» и предложение, от которого невозможно отказаться.

– …прибытие курьера через девять часов. Конец статичного пакета. Начало нового цикла сообщения. Вторым потоком идет запрос на прямое соединение. Отклоняю по административным причинам. Третий поток – запрос на телеметрию и подключение к внутренним системам наблюдения «Марата». Отклоняю по техническим причинам. Четвертый поток – требование удаленного доступа к корабельным логам. Требование удовлетворено. В системе сгенерирован временный пользователь, уровень прав: «Наблюдатель».

Я почесал подбородок, задумчиво покрутил перед глазами объемную карту крейсера. Боевая рубка в сердце корабля уничтожена прорвавшейся абордажной командой, а вот капитанский мостик – чудом уцелел.

Нет, он не находится в стеклянной башенке на носу крейсера – проектировщики военпрома нашей фантастики не смотрели, а самостоятельно до такого идиотизма не додумались.

Раньше до мостика было не добраться – слишком близко к ИнфоЦентру – уютному и бронированному домику параноидального «Миелафона». Но вот сейчас – вполне может получиться.

На мое плечо ложится рука бот-мастера:

– Командир… Нике все хуже. Болевой порог превышен в четыре раза – Автодок фиксирует изменения в психике и рекомендует срочную эвтаназию.

На мгновение прикрываю глаза, тяжело и медленно выдыхаю, киваю. Понял, услышал, принял к сведению.

– Что с Балтикой?