Комэск-13. Книга 2. Лейтенант - Дмитрий Рус

Возвращение на базу прошло без сюрпризов. Шальная мелочь шхерилась по щелям и не рисковала нападать на груженный коробами БК караван. Крупные твари не попадались, а уродливые цисты биовирусов и нановормов я почистил в первой фазе своего сольного путешествия.

Хаос постепенно сдавал позиции и отступал на крайние уровни крейсера. Соединение уже контролировало не меньше пятой части сохранившегося объема. При текущих темпах и наличии хай-энд боеприпасов – «Марат» перейдет под наш полный контроль уже через пару месяцев.

«Гончие» настороженно водили по сторонам хищными мордами, пугая темные бельма коридоров широкими раструбами плазменных разрядников. Ну а то, что в толстостенных баках плескалась едва ли пара литров рабочего тела для генерации плазмы, – знать никому не стоило. Лишнее оно. Многие знания – гарантированные девять граммов в голове.

Пройдя роботизированный блокпост нашего соединения, я окончательно расслабился и смог выделить часть сознания на обработку входящих массивов информации. Командирская должность буквально топила меня в документации!

Даже в щадящем режиме «Офицера поля боя» плотность инфопотока не падала ниже двадцати гигабайт в час! Логи, отчеты, телеметрия, аналитика, прогнозы, статистика! А я ведь не штабник, да и раскачка первого года шла с заметным перекосом в физику тела, а не в мультипоточную работу с терабайтными массивами! Этому учат гораздо позже и далеко не всех. Факультативный спецкурс для тех, кто умудрился во время учебы получить хоть одну комету на шеврон.

Приходилось прикрываться фильтрами, загоняя в архивы все, что только возможно, и помечая как «Спам» данные второго уровня важности. Кривые рукописные скрипты работали с размахом инициативного дурака, оберегая хозяина от безумия, но крепко снижая уровень моей информированности.

– Мля… – только и смог прошептать я, разглядев среди логов троекратные алерты, сигнализирующие о списании с меня семидесяти тысяч единиц командирского опыта.

Уже маячившие на горизонте капитанские погоны вновь скрылись в тумане неопределенности.

Вникнув в суть взыскания, я заскрипел зубами и рванулся вперед, оставляя за спиной тихоходный конвой и сокращая время до встречи со своими замами.

Мурома я застал в окружении его ближников – достигших лейтенантских комет бойцов пехотной секции. «Тяжи» откровенно филонили, устроив себе зону релаксации. С фуршетом, самодельными картами и кислотной музыкой в калечащих разум децибелах.

Место своей дислокации – кают-компанию для младшего командирского состава – парни ушатали до уровня свинарника. Некогда роскошное помещение – стеклянный витраж под потолком, каменная лепнина по стенам, деревянный паркет и золоченый дроид-стюард – нынче выглядело жертвой вандала. Разруха, следы кострищ, закопченные переборки, украшенные лазерными шрамами и оспинами пулевых попаданий.

Кровавой вишенкой служило тело стюарда, приваренное плазменным плевком к титановой балке внутреннего каркаса. Каждые семьдесят шесть секунд уцелевшая кисть дроида судорожно подергивалась, пугая незнакомых с приколом бойцов. От окончательной деструкции робота спасал жесткий лимит стрелковых боеприпасов и персональная ударопрочность.

– Муром, какого хера?! – заорал я с ходу, врываясь в помещение и отталкивая с пути оборзевшего часового, сдуру решившего преградить мне путь.

Помимо пехотинцев, за щедрым столом сидело несколько моих летунов – командиры первого и третьего авиакрыла. Муром как раз приобнимал одного из них за плечи и что-то доверительно втолковывал, не торопясь чокаться полной рюмкой.

При виде меня младший из летунов резко вскочил и гаркнул уставное:

– Смирно! Командир в отсеке!

Старлей «тяжей» поморщился, неторопливо влил в себя содержимое серебряной емкости и лениво встал. Глядя на Мурома, поднялись и остальные присутствующие – так же неспешно и с явной неохотой.

Я пробежался взглядом по картам и бутылкам дефицитного спиртного. Отмахнулся от витающих в воздухе дымных облаков – сладкий наркотический кумар можно было мять руками.

Да что за хрень тут происходит?! От едва сдерживаемой ярости у меня свело скулы.

– Оборзели, воины?! Службу поняли?! Времени свободного дофуя и корабельный устав не для вас написан?!

Увидев, как презрительно дернулся уголок рта одного из лейтенантов Мурома, я озверел окончательно. Матерый мужик смотрел на меня снисходительно, демонстративно перебирая пальцами четки, сделанные из шилдиков уничтоженных подразделением агро-ботов. Нужно признать – массивные такие четки, вызывающие невольное уважение. Средний бот способен удушить танковую роту, а тяжелый… Лучше не искать соизмеримых величин – за Державу обидно.

Вцепившись в пехотинца взглядом, я медленно заговорил, вколачивая слова в его одурманенный разум, словно вбивая кувалдой тяжелые гвозди. Истерить и скакать мелким псом рядом с двухметровым бойцом не стоило, хотя рамки самоконтроля уже трещали.