Адмирал - Шон Дэнкер

По пути на мостик мы вновь и вновь натыкались на проявления того же беспорядка, что и в других коридорах и помещениях корабля. Тут и там попадались пятна, которые вполне могли быть кровью, но их было слишком мало для того, чтобы объяснить ими гибель хотя бы части команды.

Были и следы стрельбы, и повреждения корабельных конструкций, те же части корабля, которые пострадали серьезно, система полностью перекрыла, чтобы не допустить утечки воздуха.

Мы видели также следы огня и пятна коррозии, которым не могли найти объяснения. Через одно из обзорных окон, выходивших в запечатанную часть, я рассмотрел нечто совсем непонятное – как будто колонисты в самом буквальном смысле разнесли стены.

Трупов не было, зато было множество свидетельств того, насколько внезапно нагрянула беда. Разбросанные вещи, открытые люки, даже валяющийся на полу замороженный недоеденный калорийный брикет.

И на каждом пульте аварийной сигнализации – разбитые стекла.

Как выяснилось, мы попали в научный корабль колонистов, и, по словам Дейлани, корабельный лазарет не стоял без дела.

Практиканты, шедшие как хозяева по вражескому кораблю, даже забыли о возможной опасности. Пусть перемирие, но о войне никто не мог забыть. Даже если мирные переговоры императрицы пройдут благополучно, ненависть все равно сохранится на долгие годы. А ставки на переговорах очень высоки.

Думать нужно было не только о том, чтобы не допустить возобновления в ближайшее время все той же войны, – существовала опасность начала новой войны в ближайшее десятилетие, когда сторонние посягательства на Пространство Свободной торговли вновь превратятся в проблему.

Мирный договор сам по себе не сможет изжить враждебность. Болезненную рану во взаимоотношениях нужно долго и старательно исцелять.

А это будет непросто. Я хорошо видел предубеждения, вбитые в головы моих молодых спутников, и твердо знал, что они зеркально отражают мировосприятие их ровесников из разношерстных армейских подразделений Содружества.

Сложившиеся обстоятельства не по нраву ни Содружеству, ни Империи. Так что императрице предстоит совершить большую и трудную работу.

Юных военных больше всего изумляло то, насколько увиденное ими не совпадало с усвоенными представлениями. Корабль колонистов не был столь красив и удобен, как эвагардские пассажирские лайнеры, но и не выглядел таким отсталым, как они ожидали.

Полуразоренный Ганрай во время войны мог мало что противопоставить имперской пропаганде. Теперь же мои молодые спутники своими глазами видели, что все рассказы о примитивном образе жизни ганрайцев несколько искажали действительность.

Капитанский мостик находился на самой верхней палубе. Он был меньше, чем на эвагардских кораблях, но оснащение практически не отличалось, разве что аппаратура размещалась по-другому. Кресла были пусты, но экраны светились.

– Энсин, займитесь связью. Включите все каналы сообщения с другими кораблями.

– Где они находятся?

– Думаю, где-то поблизости.

Я подошел к обзорному экрану и включил его. На нем не было ничего, кроме зеленого тумана. Он заполнял всю долину. В самом корабле я тумана не видел, хотя он до нашего появления стоял открытый нараспашку. Возможно, без света зеленой звезды туман был бесцветным, и там, куда ее лучи не достигали, его было трудно заметить.

– Адмирал, я не знаю этих систем.

– Энсин, их не знает никто из нас.

– Я хочу сказать, что я же не судоводитель.

– Я тоже! – бросил я в ответ. Дейлани искоса взглянула на меня. – Почетное звание, – напомнил я ей. – Так что, энсин, вам придется разобраться в аппаратуре.

Ломка наконец-то разыгралась всерьез. Я с раздражением поймал себя на очередной попытке отбросить с лица несуществующие волосы, слегка встряхнул ладонью и опустил руки.

– Есть, сэр.

– Теперь можно не слишком торопиться.

– Так точно. – Он откашлялся, прочищая горло. – Э-э… Внимание, внимание, вызываю ганрайских колонистов. На вашем научном корабле находится группа военнослужащих Эвагардской империи. У нас нет враждебных намерений. Э-э… Нам крайне необходимо переговорить с вами. Прошу ответить. – Он убрал руку с пульта и замолк. Тишина.

– Вы включили передачу?

– Передача шла. Ее должны были слышать все, кто находится на этой каменюке. Антенны работают, аппаратура работает… – Он наклонился вперед, снова щелкнул переключателем и повторил свой монолог. И снова тишина.

– Найдите «красный канал» и соединитесь с кем-нибудь напрямую, – приказал я, чувствуя, как душа уходит в пятки.

– Могу связаться прямо со штабным кораблем. Но это аварийная связь. Там могут и рассердиться.

– Вряд ли наша неделикатность их сильно расстроит. Если уж брошенный пустой корабль для них не аварийная ситуация, то даже и не знаю, что еще можно ею считать, – ответил я. – Соединяйтесь с ними.

Нилс что-то переключил, и на экране появилось изображение корабельной рубки, очень похожей на ту, в которой мы находились. На переборке над пустым командирским креслом красовался герб Ганрайского королевства.