Зона заражения-2 - Александр Афанасьев

Раз-два-три. Раз-два-три. Правая рука – левая. Правая – левая. Отдельно я уделил внимание левой – тот, кто охотится за мной, наверное, знает, что я правша. Пусть это для него будет сюрпризом.

Левая – правая. Левая – правая…

За окном гудела какая-то гоп-компания. Раздавались выкрики «Аллах Акбар!» и громкая музыка…

Долбило по мозгам…

Аллах велик! Вот то, что важно, повторяй за мной, мой друг.

Ты сомневаешься?.. напрасно…

Послушай, – доказательство – твоего сердца стук

Проще отрицать, конечно, я не спорю,

Только пустоту имея за своей спиною,

Верить в купидонов, идолов и в заклинания,

Пренебрегать Писанием,

Восхвалять гадания

Аплодисментами встречая гороскопы на неделю,

Радоваться пятнице, лишь потому, что это день похмелья,

А не благодарения Всевышнего Аллаха за все земные блага[74].

Левая – правая. Левая – правая…

Мое имя – Нариман, моя религия – ислам…

Нариман – резануло по нервам. Нарынский каскад… горящие горы и укрепленный район… чтоб их всех.

Левая – правая. Левая – правая…

Вопрос даже не в том, что всех моих друзей убили мусульмане. Вопрос в том, что везде, куда они приходят, они приносят с собой ад. Не помню, кто сказал: а когда они приходят куда-то, они превращают это место в помойку, и говорят, что это – райский сад. А потом они убивают тех, кто с ними не согласен.

Рев глушителя машины… эти не хотят покупать электромобили – покупают старые бензиновые и гоняют на них. Аллах – всю нефть предназначил мусульманам.

Женский отчаянный крик.

Я набросил на плечи ветровку, поверх – однолямочный рюкзак со всем имуществом – все свое ношу с собой. Вставил в пистолет обойму – удлиненную, на двадцать патронов. Навернул глушитель. Осторожно отодвинул в сторону фрамугу и полез на крышу супермаркета.

Ветрено… дождь, наверное, будет.

Осторожно подобрался к краю крыши, выглянул… зверье. Обычные щенки – наглые, невоспитанные, смертельно опасные, но только в стае. Конечно, никто из них не служил в армии, и потому никто не знал, что надо выставлять наблюдателей, чтобы контролировать обстановку вокруг. Может быть, на дороге и стоит кто-то – предупредить на случай появления полиции. С моего направления опасности они не ждут.

Человек двадцать.

В лучах фар стоящих полукругом машин разыгрывается действо, интересное всем собравшимся. Думаю, эти две девицы, согласившиеся проехаться с симпатичным (а на Кавказе много очень красивых людей, и мужчин, и женщин) кавказцем, не думали о том, что станут объектом развлечения для двадцати его соплеменников.

– Танцуй, билять! – крикнул кто-то на русском.

Почему так? Вопрос, конечно, интересный. Но не для меня. Я не задаю таких вопросов. Единственный вопрос, который меня всегда интересует: как?

Фары тяжелого внедорожника, светящие ярче всех и прямо в мою сторону, погасли с резким хлопком, одна за другой. Через пару секунд с такими же хлопками погасли фары большого седана «БМВ», выпуска где-то пятнадцатилетней давности.

Кто-то вскрикнул… видимо, осколок стекла впился.

– Э… чо это?

Я включил лазерный прицел. Тип, только что раздевавший в лучах фар девицу на потеху другим, – уставился на зеленую точку, бегущую по его ноге, к колену.

– Икрам, брат… – громко позвал он.

Разлетелись фары стоящей рядом «Хонды», а следом с гулким хлопком лопнуло колесо.

Семь. Еще тринадцать.

– Аллаху Акбар!

Один из боевиков показался из машины с ружьем. Через секунду он дико закричал – ружье вылетело у него из рук, с искалеченной пулей ствольной коробкой. Наверное, ударом большой палец сломало…

Аллах над нами, земля под нами, ножи в кармане, вперед, мусульмане!

Второй, поумнее, бросился к машине – пуля разорвала покрышку, пролетев у самой ноги. Машина накренилась, еще одна пуля гулко ударила по капоту. Звук – как от удара молотком по листу стали.

Ну… еще надо или догадаетесь? Кто не спрятался – я не виноват…

– Бежим! – по-русски крикнул кто-то.

Еще две пули ударили в асфальт, и зверье (человек тот, кто умеет себя вести как человек) бросилось бежать…

Вот… мир хоть немного, но возвращается на круги своя. Не спрашивай – почему. Спрашивай – как…

Я сменил магазин – это надо делать первым делом, даже если израсходовал меньше половины. Перепрыгнул невысокий парапет, приземлился на ступеньки… но устоял. Несмотря на возраст, все еще что-то могу.

Одна из девиц, как оказалось, жила совсем недалеко, на съемной квартире. Вторая, как я понял, в общаге. Обе учились в Щукинском училище. Это, если вы не знаете, альма-матер отечественной культуры. Одна из…

У меня были свои проблемы. Машина с разбитыми фарами – любой дорожный полицейский остановит, без документов, и у меня – пистолет на кармане. И вишенка на тортике – бензиновая. Совершенно отвык ездить на бензиновых. В Англии у меня была «Тесла», электрическая, а тут я либо ездил общественным транспортом, либо летал, либо меня возили…

Ладно, кое-как разобрался. Вспомнил о том, что такое коробка передач, положил на панель приборов коммуникатор, переведенный в режим навигатора, и поехал второстепенными улицами. Наверняка эти щенки уже звонят родителям и рассказывают о произошедшем, но думаю, пара часов у меня есть… дело ночью происходит, пока сообщат кому надо, пока позвонят друзьям в полицию, пока задействуют систему поиска… с учетом того, что телефон у меня необычный, британский, а в нем глушилка[75]– просто так найти не получится. Потом я просто брошу машину.

Если же боевики общины найдут меня раньше – то тем хуже для них.

Пошел дождь, застучал по стеклам машины. Теперь – точно не найдут…

– Дальше куда ехать…

– Здесь останови…

Я остановился… она отстегнула ремень безопасности… полезла ко мне.

– Отвали.

…

– Сказал, отвали!

Черт бы… черт бы все побрал… этого только не хватало.

Застегнул ширинку. Включил свет.

– Тебя как зовут?

На вид лет двадцать… одета как потаскушка. Но вряд ли. По крайней мере не втянувшаяся. На руке видно – вены чистые, не употребляет. Не наркоманка. Большинство из тех, кто торгует собой на улицах и дискотеках, ищет деньги на дозу. Это дно.