Зона заражения-2 - Александр Афанасьев

Он видел, что чем больше на тех или иных землях «совершенства таухида», тем хуже там воины. В Латинской Америке воины Аллаха передвигаются на машинах, у них есть автоматы, пулеметы, ракетные установки, сами они сыты и могут даже содержать агентуру и давать деньги людям, с тем чтобы те их поддерживали. Но там нет совершенства таухида, там оно только должно наступить. Здесь оно наступило уже давно – и вот они. Воины армии Аллаха. Нищие, голодные оборвыши с одним автоматом на всех. Что они могут сделать против солдата спецназа.

Но он все равно учил их. И был на их стороне. Потому что знал – за ними будущее.

Он помнил деда. Его дед еще верил в революцию и в равенство людей на земле. Отец – уже нет, хотя был членом той же партии и, более того, членом ее Центрального Комитета. Дед однажды сказал, что у них была мечта – но их же собственные дети извратили ее и стали худшими ревизионистами из всех, каких он только видел и с кем приходилось бороться. Он сказал, что как только молодой человек стал мечтать не о справедливости, а о машине «БМВ» – революция умерла.

Сказав это, дед заплакал.

Дед позволил ему увидеть тупик. А он сам – Ликвидатор – был очень умным, он получил отличное образование – он нашел выход. Современный потребительский мир не подлежит изменению, его надо опрокинуть во что бы то ни стало. И для этого можно использовать кого угодно. Нищие и угнетенные массы – орудие истории, и неважно, что их ведет к цели – вера в справедливость или вера в Аллаха Всевышнего. Раз вера в Аллаха Всевышнего – так тому и быть, он сам принял радикальный ислам и встал на джихад. Неважно и то, как называется борьба: джихад так джихад. Важно то, что новый мир можно построить лишь на обломках мира старого. И чтобы строить с гарантией – надо было снести старый мир до основания. Чтобы все были равны и различий не было. Чтобы не было ничего старого, за что могли бы цепляться. Если это называется совершенством таухида – пусть называется, так тому и быть. И только тогда, на пепелище, когда все равны – и начинать строительство нового, справедливого мира…

Он, получивший классическое школьное образование, иногда задумывался над тем, что такое Россия. Именно из-за России совершенство таухида до сих пор не воцарилось на территории всей Европы. Россия встала на пути истории, как делала это всегда – от Чингисхана до Гитлера. Россия не дала истории совершить свой замысел, стала преградой на пути вод разлившейся ее реки. Он знал русских, участвовал в совместных учениях с ними, тренировался с ними – их отряд спецназа посылали в Россию перенимать опыт. Он помнил русских – угрюмые и жестокие люди, не имеющие и не желающие иметь никакой исторической миссии, но имеющие звериное чувство собственности к своей земле и такое же чувство свободы – они могли покориться одному из своих, но никогда не покорились бы чужому. Почти что варварское племя. Они были и цивилизованными, и варварами одновременно – так стоять в бою, как стоят они, мог только варвар, они готовы были умереть все до единого, но не отступить. И их было много – слишком много, чтобы перебить до последнего человека и идти дальше. Иногда Россия казалась ему камнем, лежащим на теле всего континента, и положил этот камень сам шайтан.

Но и этот камень рано или поздно будет изгрызен текущей водой и стерт в пыль. Планы шайтана ущербны, усилия кяфиров – тщетны. Религию Аллаха невозможно остановить. И вот эти вот голодные бачата – именно они сокрушат камень. Потому что их много. И им – нечего терять. Пусть погибнут миллиарды – но камень будет сокрушен в пыль.

Он поднялся из-за камня.

– Эй! Эй, эй!

Его заметили. Один упал на колено.

– Мир вам именем Аллаха!