Зона заражения-2 - Александр Афанасьев

Салман Бадоев, получив заказ, работал очень быстро – он был одним из крупнейших оружейных торговцев мира и безусловно самым крупным в регионе. Ликвидатор внес аванс, как и полагается, тридцать процентов от сделки деньгами, остальное – безотзывным покрытым аккредитивом[85], обналичиваемым по готовности товара к отгрузке. В счет этого Бадоев пообещал в два дня скомплектовать уже из имеющегося задела груз и подготовить его к парашютному десантированию…

С заключением контракта проблем не было – Бадоев распечатал его прямо в своей квартире, и они его подписали. После этого Ликвидатор из квартиры Бадоева связался со своим банком, проверил счет, который был открыт специально для этой операции, осуществил безналичный перевод, заверив его собственным криптографическим кодом с флешки, и заказал аккредитив на оставшуюся сумму сделки. В банке их пригласили на десять часов следующего утра, заверив, что все сделают.

После того как они подписали контракт и деньги пришли на счет Бадоева, тот окончательно расположился к подозрительному гостю и приказал принести вина. Вино принесли – красное как кровь. Этикетки на бутылке не было.

– Это вино… – сказал Бадоев, – производил еще мой дед. У меня до сих пор есть семейная винокурня, с бочками, со всем. Попробуйте…

Ликвидатор попробовал… резкое, кислое… он практически не пил вина и потому не мог ничего сказать о нем. На подносе, рядом с бутылкой, лежала тарелка с тонко нарезанным ординарным сыром – он свернул ломтик в трубочку, положил в рот. Неплохо…

– Думаете, это виноград? – Бадоев покачал головой. – Это гранат. Настоящее гранатовое вино, такое только здесь есть. Настоящий рубин, посмотри… Виноградное тут и рядом не стояло. Как думаешь, почему у нас лучовкой не болеют? Потому что гранатовое вино пьют, если его пить, никакая радиация не страшна. Я сам в Кабуле несколько раз был, даже дальше забирался, там беда, да… Но ничего мне не было, а я даже таблеток этих не пил, от них мужчина тряпкой делается. Только гранатовое вино, да… как кровь.

Ликвидатор слишком много видел крови. Но все равно – он вежливо кивнул…

На ночь Ликвидатор остановился в одном из отелей города, хотя Бадоев активно склонял его к тому, чтобы занять городскую комнату, и даже прозрачно намекал, что любая женщина в этом доме составит ему компанию. Но Ликвидатор отказался… он никогда не делал таких глупостей, как ночевать в чужом доме…

Утром он проснулся, отказался от завтрака и попросил машину. Машину ему предоставили – один из «Рейнджроверов», имевшихся в распоряжении отеля и предоставляемый гостям с водителем или без[86]. От водителя он сразу же отказался – после того как появились навигаторы, смысл нанимать водителя полностью исчез.

На своем автомобиле ровно в назначенный час он подкатил к банку, где уже стоял «Роллс-Ройс» Бадоева. В банке их встретили потрясающе вежливые менеджеры, пригласили в кабинет заместителя управляющего – и там они окончательно уладили все денежные вопросы. Ликвидатора немного насторожил один факт – по меркам оружейного бизнеса его сделка не слишком-то крупная, а по мере бизнеса в целом – и вовсе маленькая. В нефтяных и газовых сферах вращаются совсем другие деньги, в контрактах – нулей больше на два, на три, а то и на четыре. Тогда почему эту сделку ведут как VIP, почему их пригласили в кабинет заместителя управляющего? Это уважение к Бадоеву? Или к нему самому – точнее, к тому, на кого он работает, сам при этом не зная на кого? Если так подумать – то, вероятнее всего, выходит второе. Сам Бадоев относился к нему с уважением, хотя в ином случае вряд ли он вообще стал бы разговаривать с человеком, пришедшим с улицы.

На кого он работает? Кто из сильных мира сего заинтересован в усилении Халифата? И главное – почему?

– Как вы собираетесь организовывать доставку? – спросил он Бадоева, когда они шли к машинам. – Отсюда?

– Нет, дорогой. Не отсюда. Здесь аэропорт не такой, да и не любят тут, когда оружия много. Тут, конечно… свобода, но всему есть предел. Отправлю с Баку, там у меня и самолеты мои стоят, когда не летают. Как обычный карго-груз.

– Надо хорошо упаковать, – сказал Ликвидатор, – как минимум два слоя амортизации. Автоматические грузовые системы с выводом на маяк.

– Не переживай, дорогой. Все оплачено, все сделаем. Если надо будет еще тебе или хозяйке твоей – обращайся. Все сделаем.

Хозяйке?!

Но Ликвидатор сделал вид, что не заметил оговорки…

До Баку тут было совсем недалеко – Ликвидатор купил билет на дирижабль… чтобы полюбоваться красотами. Он сдал машину в отель, выписался и остаток дня до дирижабля гулял по набережной, оплатив вход в VIP-зону. Смотрел вдаль… на танкеры, на волны, бьющие в бетонный волнолом, и напряженно размышлял.

Его напарник, с которым он провел вместе больше десяти лет – мертв, и он теперь совершенно один. Это чувство сродни с тем, как если бы у вас отрезали руку или ногу. Чувство пустоты и незащищенности преследовало его постоянно, и он не знал, что с этим делать. Ему больше никто не прикрывал спину.

Он снова вспомнил выпуск – в секретной академии его страны, готовившей оперативных агентов высокого класса. Их было восемь человек, и только на выпуске их поделили на первые и вторые номера, определили, кто будет руководить, а кто подчиняться. Кто будет младшим братом, а кто старшим – это было одно из любимых выражений в его стране, старший брат и младший, на эту тему было полно философских заключений. Конечно, его сделали старшим, а его напарника, выходца из бедной провинции, плохо образованного, младшим.

Он никогда не интересовался у него, какого ему было – вечно младшим, вечно подчиняющимся. И сейчас жалел об этом…

Когда они не смогли прорваться и услышали тяжелый вертолет, они поняли, что кто-то из них должен умереть. Их единственным не брошенным на стол козырем было то, что никто не знал про то, что их двое. И его напарник, не раздумывая ни секунды, согласился умереть за него. Хотя у них не было уже ни Родины, ни долга.

Ничего не было.

Какая-то волна все же перехлестнула через волнолом, и на дорожке осталась лужица, переливающаяся всеми цветами радуги – Каспий грязен до невозможности, тут идет добыча нефти, и потому в его воде полно нефтяных отходов. Ликвидатор зло сплюнул в эту лужицу и быстро пошел прочь…