Ядерная осень - Вячеслав Хватов

Нет, следа от укола вроде бы не видно. Ай, да какая разница! В любом случае завтра с Пауком придется драться без химии.

Он уже сейчас чувствовал, что все на этот раз будет по-другому. От прежней эйфории не осталось и следа. Сейчас уже час ночи, а сна ни в одном глазу, и знобит как-то.

– Эй ты там, рэмба недобитый, гаси свет, а то я тебя сейчас сам выключу, – раздалось гулким эхом по коридору.

Егор выключил свет. У охранника автомат, а у него только кулаки – не самый лучший аргумент против любого калибра.

Этот бой был в вечерней программе. Когда Егор разминался в специально отведенном для бойцов загоне, над рингом уже включили фонари, а вспомогательный персонал в это время растаскивал за ноги трупы проигравших. Перед ними с Пауком был групповой бой, и в живых остался только один.

В общем-то, ничего особенного. Накануне привезли большую партию отловленных дезертиров из какой-то танковой части. Те еще бойцы. Больше всего были расстроены местные щипачи. Мало того что светло, да еще скучающая публика постоянно отвлекается и смотрит по сторонам. Не поработаешь. Зато сейчас, когда стемнело, самое раздолье. Да и бой захватывающий: молодой, подающий надежды Бес и выигравший уже пять схваток шустрый Паук.

Звякнула сковородка, и Егор поплелся на ринг. Не было у него сегодня куража. Вот его противник – это да. Так и прыгает вокруг, совершает обманные движения и норовит зайти сзади. Егору, конечно, тоже приходится вертеться.

Он, пару раз дернувшись влево, нанес Пауку удар правой в лицо. Вернее, попытался нанести. Паук изогнулся и ухватил Егора за запястье своей левой рукой хватом снизу и потянул его к себе. Егор резко повернул захваченную руку по часовой стрелке вокруг оси, одновременно подняв ее вверх. Паук отцепился. Через некоторое время он повторил с Егором тот же трюк, только на этот раз вцепился в его левую и снизу. Егор и тут сделал все как учили. Захват ослаб, и Егор сам сжал пальцами кисть Паука. Затем он шагнул к «насекомому» и ударил его левым локтем в челюсть, а потом и левым коленом в пах. Паук согнулся, как-то странно пискнул и отскочил назад. Егор решил не упускать инициативу и нанес удар ногой с разворота, но этот вертлявый гаденыш присел и ударил Егора ребром ладони по коленке опорной ноги. Каратист хренов!

Пока Егор, морщась от боли, отходил назад, этот Паук подскочил к нему и, намереваясь дать по мордасам, схватил Егора за майку. Егор обеими руками вцепился противнику туда, где приличные люди носят часы, и, отклонившись назад, правой ногой ударил гада в колено. Алаверды, как говорится. Не став ждать благодарности, Егор вывернул левый локоть Паука внутрь и зажал начинающую расправляться руку у себя под мышкой. На суставчик при этом полагалось надавить грудью. Но не тут-то было. Это изворотливое животное оказалось еще и чем-то подковано. Паук топнул, и Егор взвыл от боли. Острые шипы вонзились в стопу. Опять бедная левая нога!

Довольный результатом засранец отскочил и забежал Егору за спину.

Пока ученик Тихого разворачивался, «членистоногий» захватил сзади его шею локтевым сгибом и принялся душить. И без того сумрачный мир вокруг стал сразу черно-белым. Егор сделал шаг назад левой ногой и поставил ее позади правой ноги Паука. Одновременно он саданул висящего у него на шее локтем по ребрам и тыльной стороной ладони по удушающему локтю. Они вместе завалились на спину. И хотя Егору было мягче, прохлаждаться он не собирался. Руки Паука разжались, Егор шустро развернулся и одарил противника двумя ударами локтей: в лицо и живот. Потом еще раз и еще, но уже кулаками. Гонг сковородки, как всегда не вовремя, прекратил это избиение младенца. Пока Егора не оттащили, он еще пару раз успел засветить Пауку по носу и в челюсть.

Теперь у каждого бойца был свой угол со стулом и ассистент с полотенцем, нашатырем и добрым словом.

Растем!

Тихий тоже был здесь. Рядом с Пауком же был вовсе не Глагол, а какой-то узкоглазый чмырь. Джеки Чан местного пошиба. Он что-то нашептывал своему подопечному, пока ассистент утирал тому юшку с подбородка.

Шепчи, шепчи – все равно твое насекомое уже не жилец. Вон взгляд плывет и ручонки дрожат.

Тихий же молчал. Значит, все нормально, ну и ладушки.

Во втором раунде Паук уже не скакал, а лишь осторожно переступал с ноги на ногу, по-прежнему норовя зайти Егору в тыл.

Раунд для публики прошел неинтересно. Пару раз Егор попытался ударить Паука ногой, но тот увернулся. Пару раз, наоборот, сам Паук помахал ногами.

Первый его удар в пах Егор упредил, подняв вверх колено левой ноги и ударив его в живот каблуком. Но ответный удар получился чиркающим, и к тому же вертлявый едва не достал его рукой.

«Отклоняться было надо», – потом скажет Тихий.

В следующий раз Егор сохранил свое достоинство, сделав левой ногой шаг назад, убирая ее от удара, и остановил ногу Паука блоком обеих рук, сложенных крестом. Тут же он схватил бьющего за копыто обеими руками и потянул его вправо, тем самим заставляя Паука повернуться к себе спиной. Не добрался гад до Егорова потомства, а вот сам по хребтине получил. Тут Егор опять лажанул. Надо было бить или по почкам, или по еще более чувствительному месту, а так он только захваченную ногу подтянул повыше и толкнул Паука от себя. Тот пропахал рылом уже остывший песок, да и только. Опять гонг.

– Добивай уже. – Тихий зло блеснул белками своих потусторонних глаз.

Перед четвертым раундом, чтобы взбодрить публику, бойцам выдали по увесистой дрыне.

Это что-то новое. Но судя по тому, как на это чудо-оружие смотрел сам Паук, его бою с палкой тоже не обучали. Пришлось вспоминать дворовые заготовки.

Полупив друг друга по плечам и икрам, они схлестнулись палка о палку. Дрына Паука оказалась прочнее. У Егора в руках не осталось даже обломков.

Публика завопила в ожидании близкого конца, Егор не стал доставлять им удовольствия. При очередном богатырском замахе противника он просто поднырнул под удар и боднул Паука головой. И без того распухший нос засранца свернуло набок. Он выпустил дубину из рук и отшатнулся назад. Егор молниеносно провел два удара правой и левой в кровавое месиво, бывшее когда-то лицом Паука, и довершил все это безобразие ударом противника по коленке. Паук рухнул на залитый его же кровью песок. Толпа заорала, а ближайшие к Егору мужики тыкали большими пальцами вниз.

– Добей, – неслось с задних рядов.

Он для приличия ударил лежащего ногой по голове и посмотрел на окна второго этажа дома напротив. Сидевший там Ухват слегка качнул головой. Егор не спеша подошел к палке, которую выронил Паук, и, взяв ее как копье, вонзил острым концом в широкую брючину противника, не задев при этом его ноги.

Толпа громко выдохнула. Задние ряды, которым было плохо видно, восторженно, а передние разочарованно. Наверху на окне захлопнулись ставни.

– Зря, – сказал ему на выходе в спину Тихий. – Он оклемается и тебя не пожалеет. Да и Ухват теперь на тебя обозлится.