Европейское путешествие леди-монстров - Теодора Госс

Загадка Элис пока подождет.

Кэтрин снова попыталась подойти ближе к человеку-орангутану, но ее встретил все тот же пронзительный крик.

– Дайте я попробую, – сказала Элис. – Я ведь тоже обезьяна, как и он, – по крайней мере, так говорит Беатриче: если верить мистеру Дарвину, мы все обезьяны. Кроме вас, конечно, но мистер Дарвин же про вас не знал?

Кэтрин кивнула. Она не знала, выйдет ли из этого что-нибудь, но попробовать стоило.

Элис стала медленно приближаться к человеку-орангутану.

– Тихо, тихо, – приговаривала она. – Я тебе ничего не сделаю.

Она протянула руку.

Вдруг человек-орангутан взял ее ладонь своими неуклюжими пальцами. Поднял вторую руку.

– Пять пальцев, – проговорил он хриплым голосом, так, словно не разговаривал уже несколько дней. – У меня пять пальцев.

– У меня тоже, – сказала Элис, тоже поднимая вторую руку. – У меня тоже пять пальцев. Ты позволишь моей подруге открыть это? – Она указала на его лодыжку. – Я знаю, пахнет она не очень, но ей можно доверять.

– Пять пальцев, – повторила за ним Кэтрин, поднимая обе руки. Как быстро она вспомнила знаки, которыми они обменивались на острове! – Видишь, меня тоже сделали. – Она подняла рукав, чтобы показать ему шрамы – если только он разглядит их в полумраке. – Меня сделали так же, как тебя. Но теперь мы все люди, мы все заодно. Люди не едят друг друга. Тебе ведь это объясняли?

– Объясняли. Хозяин учил хлыстом, – сказал человек-орангутан, энергично кивая. Протянул ногу.

О ком он говорил – о Прендике? Кэтрин с трудом могла в это поверить. Скорее уж этим хозяином с хлыстом был Адам. Прендик ведь даже там, на острове, исполнял роль господина вяло и неохотно.

Открыть большой, грубый замок было делом одной минуты. Как только Кэтрин сняла цепь, человек-орангутан поднялся на нетвердых ногах, зашатался, упал и поднялся снова.

– Ты можешь идти? – спросила Кэтрин.

– Держись за мою руку, – сказала Элис. – Я тебе помогу.

Так они и вышли из дома на Поттерс-лейн: человек-орангутан держал Элис за руку, и на нем был пиджак, который она сняла с себя, чтобы прикрыть его слишком человеческую наготу.

Слава богу, что уже начинало смеркаться! Можно было надеяться, что это поможет им остаться незамеченными. Придется идти пешком до самого дома. Не садиться же с человеком-орангутаном в лондонский омнибус. Идя по улочкам Сохо, Кэтрин думала о том, что же им теперь с ним делать.

Кэтрин: – Серьезно, я боялась, что у миссис Пул припадок будет, когда мы приведем его в дом!

Миссис Пул: – Можно подумать, у меня когда-нибудь бывают припадки! А из Арчибальда вышел отличный лакей, куда лучше Джозефа. Как-то он даже залез на крышу, чтобы заменить колпак на дымовой трубе. И ни разу ничего не разбил – ни о Джозефе, ни даже об Энид такого не скажешь! Энид, кстати сказать, уже ждет первенца. Собираются назвать в мою честь, если родится девочка! Будет маленькая Гонория. Разве не прелесть? Нужно будет зайти к ним в гости, Мэри.

Мэри: – А что им подарить, как вы думаете? Зубное колечко – вполне традиционный подарок, пожалуй.

Миссис Пул: – Ох, я до сих помню, как у вас зубки резались. Вы никогда не плакали, даже тогда. Золото, а не ребенок! Тогда я думала, мне просто повезло. Теперь-то мы, конечно, знаем почему…

Мэри: – Кэт, ты же не будешь вставлять это в свою книгу? Это ведь совершенно неважно для сюжета, какой я была в младенчестве. И читать неловко.

Кэтрин: – Там видно будет.