Европейское путешествие леди-монстров - Теодора Госс

Мэри вздрогнула и проснулась. Ей снилось, что она снова едет в дилижансе по ужасно каменистой дороге и ее швыряет из стороны в сторону.

– Просыпайся!

Над ней нависло веснушчатое лицо – точно бледная луна в коричневых пятнышках. Несносная луна! Диана выпрямилась и снова стала трясти ее за плечи.

– Что. Ты. Делаешь. – Мэри попыталась оттолкнуть сестру – безуспешно. – Убирайся! Да ты что, верхом на мне сидишь?

– Нужно же было тебя разбудить! – сказала Диана. – Слушай.

Это был все тот же крик, который она слышала ночью, только теперь уже не такой слабый. Сейчас он слышался громче и ближе. Похож на… неизвестно на что. Как будто слона мучают. Она однажды слышала, как кричит слон, когда в детстве ходила в зоопарк с няней – миссис Пул, которая тогда была еще просто Гонорией. А может быть, это больше похоже на рев льва – и не просто льва, а льва, у которого болит зуб. В этом крике слышалась нота страдания.

Вдруг дверь резко распахнулась, с грохотом ударив в каменную стену.

– Мне снова нужна кровь мисс Ван Хельсинг. – Это был Хайд. Он стоял в дверях, в белом лабораторном халате, со шприцем в руке.

– Нет! – сказала Жюстина. Мэри приподнялась на локте, чтобы лучше видеть, хотя это было нелегко, потому что Диана все еще сидела на ней верхом. Что происходит? Жюстина, очевидно, тоже только что проснулась: она была еще в ночной рубашке и сидела на полу среди одеял. Она встала на ноги, не успев выпутать их из простыни.

– Вы ничего больше не получите ни от Люсинды, ни от нас, пока не объясните, зачем привезли нас сюда. – Жюстина говорила гневно, с вызовом, немного заплетающимся со сна языком. – Зачем вам Люсиндина кровь? Чего вы хотите добиться?

А где же сама Люсинда?

– Слезай, говорю, – прошипела Мэри Диане, и та, слава богу, убралась. Мэри огляделась вокруг. Люсинда все еще спала рядом. И, кажется, крепко спала – но дыхание ее Мэри не понравилось: слишком короткое и тяжелое.

– Дорогая мисс Франкенштейн, я не обязан ничего объяснять ни вам, ни кому-либо еще. – Хайд вынул из кармана револьвер Мэри (свой) и наставил на Жюстину. – Янош!

Агнессин брат, должно быть, ждавший за дверью, вошел в комнату.

– Igen, Doktor?

На нем был ситцевый халат. Он напомнил Мэри домашнюю одежду Хайда – ту, что он носил, когда выдавал себя за ассистента Джекилла.

– Я хочу, чтобы ты взял кровь у мисс Ван Хельсинг, в точности так, как я тебе показывал. – Хайд протянул Яношу шприц. – Отойдите от кровати, пожалуйста, – сказал он Мэри и Диане.

– Нет! – заявила Диана. – Пускай он (она ткнула пальцем в Яноша, встревоженного и растерянного) только попробует подойти к Люсинде, я ему уши откушу! И глаза выцарапаю!

Хайд ничего не ответил. Молча опустил пистолет. Тут же Жюстина подпрыгнула. Пуля срикошетила от пола прямо у ее босых ног.

– А, так ты думаешь, ты король в этом замке, да? – сказала Диана. – Да ты просто…

– Умолкни, – сказала Мэри. – Ему ничего не стоит выстрелить в Жюстину. Вставай.

Она сдернула Диану с кровати и оттащила в сторону, к Жюстине. Теперь они стояли рядом. Это было не самое безопасное место в комнате, но Мэри считала, что лучше держаться единым фронтом.

Поеживаясь и все еще опасливо поглядывая на них, Янош подошел к кровати. Он поднял рукав Люсинды и снова выкачал из ее руки полный шприц крови. Сколько же еще крови она может потерять без риска для себя? Наверняка немного.

– Вы ее убиваете, – сказала Мэри. – Зачем? Для чего все это?

– Могу тебя уверить, это необходимо для дела чрезвычайной важности – гораздо более важного, чем жизнь одного человека, – сказал Хайд. – Если хочешь знать больше, я объясню. Даже покажу… может быть. Но сейчас меня ждет срочная работа, а вы, наверное, хотите завтракать. Идем, Янош.

Что еще за работа? Но Хайд вместе со своим ассистентом уже вышел за дверь, и она с грохотом захлопнулась.

Жюстина бросилась к кровати. Мэри слышала, как она окликнула Люсинду по-английски, затем по-немецки, затем по-французски. Люсинда не двигалась. Наконец Жюстина потрясла ее за плечо.

– Никакой реакции, – сказала она. – Что же делать?

– А она не умерла? – спросила Диана.

Жюстина приложила руку к шее Люсинды.

– Нет. Дыхание ровное, пульс тоже ровный, только замедленный. – Она приподняла Люсинде веко, но и это не возымело никакого действия. – Она просто очень крепко спит.

Мэри вздохнула.

– Мне совсем не хочется это говорить, но, думаю, нам лучше сделать так, как он… ну, Хайд… сказал. Одеться и идти завтракать. Приглашать нас к завтраку после того, как чуть тебя не подстрелил! Это вполне в его духе. Но нам нужно выяснить, что происходит, а сидя здесь, мы ничего не узнаем, верно?

Никто не пришел зажечь камин и налить в кувшин горячей воды, поэтому Мэри с Жюстиной умылись холодной, оставшейся со вчерашнего вечера, а Диана и вовсе отказалась умываться. Потом они оделись в холодной комнате, став друг к другу спиной, чтобы никого не смущать. Диана что-то ворчала по поводу девчоночьей одежды, но Мэри так привыкла к ее жалобам, что просто не обращала на них внимания. В конце концов, были заботы и поважнее.