Привет, Америка! - Джеймс Грэм Баллард

Когда Уэйн только зашел в спортивный павильон, помещение показалось ему заброшенной киностудией. От фойе безлюдного отеля он следовал за Пако мимо бесконечных столов для блэкджека и рулетки. На полу лежали ковры, аварийный генератор поддерживал мрачноватое освещение. Вскоре старинные безделушки в стиле Древнего Рима остались позади, и, ступив на порог спортивного павильона, Уэйн и Пако сразу перенеслись в отвратительный уголок конца двадцатого века.

Перед Уэйном была точная копия главного командного центра в Пентагоне. С потолка свисал электронный экран, за стеклом которого виднелась карта Соединенных Штатов, будто томящийся дух давно погибшего компьютера. Под мерцающими береговыми линиями и границами штатов стоял круглый стол с телефонами и блокнотами для президента, начальников штаба и помощников по оперативным вопросам. В центр стола было встроено большое колесо рулетки – прозрачное, с подсветкой. Оно медленно крутилось, отбрасывая свет на стены и потолок и проецируя бегающие буквы на карту США и все другие поверхности в зале.

…БАЛТИМОР… ТАМПА… НОВЫЙ ОРЛЕАН… ПОРТЛЕНД… ТОПИКА… ТРЕНТОН… НОКСВИЛЛ…

Названия городов кружили по комнате. Пако подтолкнул Уэйна вперед: во главе стола, где было зарезервировано место для президента и крупье, расположился обнаженный Мэнсон. В свете рулетки его бледно-восковая кожа сияла так, будто ее раскрасили. Мэнсон склонился над пультом управления вертолетами, одновременно с подозрением поглядывая на экраны, куда выводилось изображение с камер рядом с отелями «Сэндс» и «Парадиз». Названия американских городов отражались от стеклянного экрана и струились по телу Мэнсона, что делало его похожим на стареющего клоуна в наряде из букв. Он глянул на Уэйна, как бы не узнавая, и снова перевел взгляд на телеэкраны, выстроенные в два ряда под картой.

Легко было заметить, что завладело вниманием Мэнсона. На наклонных пусковых установках в гусеничных транспортерах лежали шесть крылатых ракет и один «Титан», за каждой из них следила отдельная камера. Заряженные носовые конусы торчали из зарослей джунглей в окружении мотыльков и других мелькающих насекомых.

Мэнсон кивнул самому себе – наличие ракет на местах его явно успокаивало. Левой рукой он рассеянно почесывал буквы, сверкающие на коже, а в другой держал шарик из слоновой кости. Подбрасывая его, Мэнсон был готов в любой момент запустить шар в крутящуюся рулетку.

– Заходи, Уэйн, присоединяйся – мы с Пако ждем тебя целую неделю. Хотим сыграть в военную игру…

Уэйн замер у входа, прислушиваясь к тяжелому дыханию Пако. Глаза юного мексиканца подрагивали от яркого освещения, тонкое лицо совсем съежилось под шлемом. Он крепко держал пистолет, неуверенный в себе так же, как и в Уэйне. Ряды пустых сидений скрывались в темноте. В последние годы двадцатого века здесь проводили теннисные турниры и соревнования по боксу. Однако сейчас у Мэнсона был совсем другой план – он намеревался устроить последнюю видеоигру с настоящими ракетами.

– Очнись, Уэйн. Сядь за стол. – Мэнсон подозвал его с едва ли не похотливой улыбкой. Названия городов бежали по его губам, словно Мэнсон – мифический Циклоп, пожирающий детей Америки. – Знаю, ты азартный человек, так что тебе понравится. Ставки велики, Уэйн, велики как никогда…

Уэйн вытер руки о рубашку и сел в кресло, предназначенное для председателя комитета начальников штабов. Светящееся колесо равномерно крутилось. Вместо тридцати шести чисел на рулетке были американские города, от Атланты и Буффало до Сан-Диего и Солт-Лейк-Сити, за которыми следовали Талса, Тампа и Чарлстон. На электронной карте наверху были отмечены те же города. Маленькие звездочки мигали над Бостоном, Де-Мойном, Кливлендом и Цинциннати.

Мэнсон рассматривал собственное тело, наконец осознавая его наготу. Он задумчиво наблюдал за тем, как буквы пересекают живот и бедра, и улыбнулся, когда они попали на бледный пупок. Наверное, так же разделся бы ребенок перед уничтожением детского сада – но помимо этого Мэнсон еще и хотел увидеть, как имена ненавистных городов покрывают его кожу.

– Я рад, что ты здесь, Уэйн, – пробормотал он. – Все остальные ушли. Остались только ты, я и Пако, да и он не в восторге.

Юный мексиканец вздрогнул и, прижимая пистолет к бедру, отошел от стола с рулеткой, как смышленый малыш, который засиделся за игрой слишком долго.

Мэнсон смело улыбнулся ему и покачал головой, глядя на мониторы.

– Настоящая эпидемия, Уэйн. Я пытался ее остановить, однако она уже подкралась к городу…

– Господин президент… – Уэйн одернул себя – загипнотизированный шариком в руке Мэнсона, он забылся. – Насчет экспедиции из Малибу, сэр – передовая группа будет здесь через час.

– Как будто я не знаю, мальчик мой! – Мэнсон сердито посмотрел на Уэйна, как на неисправного робота. Покопавшись в кнопках, встроенных в поверхность стола, он нащупал нужные – будто слепой с четками в руках. – Вот же, Уэйн, смотри! Вот он, твой вирус!

Мэнсон приблизил изображение с нескольких камер на пятнадцатом шоссе. Из предрассветного тумана появилась часть отряда из Малибу. Солдаты морской пехоты в камуфляжных шлемах и с карабинами наготове пробирались под навесом из тропических зарослей. Бульдозер расчищал дорогу от упавших пальм. В воздухе покачивались антенны переносных раций, вперед шли десять, двадцать, сто человек. Колонна из джипов ехала прямо по мертвым птицам и летучим мышам, средний танк раздавил тушу обугленного аллигатора. По осторожному, но уверенному продвижению войск было ясно, что они составляют упорядоченную армию. Транспортные средства заправили с помощью небольших запасов бензина, десятилетиями хранившихся на базе Перл-Харбор как раз для подобных чрезвычайных ситуаций.

– Уэйн… – зашептал Мэнсон, протягивая испещренную буквами руку через стол. В этот момент он выглядел печальным стариком в поисках поддержки. Не обращая внимания на поникшее тело Мэнсона, Уэйн решил приободрить самого себя и вспомнить свои мечты об Америке, которые их объединяли. Как можно спасти Мэнсона, пока он не натравил вертолеты на приближающиеся войска? Без рядов телеэкранов он станет так же слеп и безумен, как король Лир.

– Господин президент… – Уэйн встал, надеясь успокоить Мэнсона и увести в какой-нибудь тихий номер отеля. – Я присмотрю за вами, сэр.

– Пако! – Мэнсон вздрогнул, когда Уэйн к нему прикоснулся – грязная одежда в пятнах от пота вызывала отвращение, и его лицо скривилось от неприязни. Пако подошел и толкнул Уэйна обратно в кресло. – Пако, есть только один способ остановить эпидемию – выжечь ее, используя частички солнца…