Идеальный враг - Михаил Кликин

– Стандартная процедура, – равнодушно сказал доктор, отворачиваясь. – Обычно мы ничего не объясняем солдатам. – Он отошел от кушетки, сел за письменный стол, придвинул к себе какую-то папку, зашуршал бумагами. Нашел, что искал, нахмурился, вдумчиво что-то читая. Потянулся к компьютеру, пощелкал клавишами, почесал в затылке, хмыкнул, покачал головой. Стал что-то черкать на полях, то и дело посматривая на монитор.

Павел наблюдал за стариком.

Доктор увлекся, забыв о пациенте. Видимо, что-то в разложенных бумагах не давало ему покоя. Вновь послышалось бормотание.

– Док, – негромко позвал Павел.

На него не обращали внимания.

– Док! – Павел повысил голос.

– Что?

– Пятнадцать минут прошло. Пора делать укол.

Доктор фыркнул:

– Уж позвольте мне об этом судить, молодой человек.

Он снова зарылся в свои бумаги, отгородился ими от пациента. Насупился. Потер лоб ладонью.

Павел разглядел, что на папке написана знакомая фамилия. Сказал:

– А я его знаю.

– Что? – Доктор выглянул из-за бумаг.

– Я знаю этого человека… С ним что-то не так, док? У него что-нибудь с мозгами не в порядке? Я это заметил.

Доктор помолчал, словно раздумывал, простить солдата за его неумную шутку или же еще немного подуться. Решил простить. Спросил с интересом:

– А что у него с мозгами?

– Не знаю. Но, похоже, он немного не в себе.

– В чем это выражается?

– Ну, хотя бы в том, что он недавно убил человека.

– Да? Кого?

– Рядового Ниецки. Того самого, что умер здесь.

Доктор полистал бумаги. Нашел фотографию, долго ее разглядывал. Вслух прочитал:

– Рядовой Порт Некко. Возраст – тридцать один год. Коэффициент интеллекта… – Доктор глянул на Павла, пожал плечами: – Не знаю. С головой у него все в порядке, хотя, конечно, не блещет.

– А что там вас так заинтересовало? – Павел был рад, что разговорил доктора. Ему было безразлично, что нашел в этих бумагах старик, он просто хотел хоть как-то загладить свою вину.

– Кровь, – сказал доктор. – У него очень странная кровь. А именно гемопоэз. Да и состав очень интересный. Миоглобин в два раза выше обычной нормы. И лизин… Странно – это же незаменимая аминокислота, но анализ показывает… – Доктор вновь забормотал что-то совершенно непонятное. – Либо анализы неверны, либо он прошел биоактивацию какими-то новыми препаратами, о которых я ничего не слышал. Почему, однако, никто не замечал этого раньше?..

– Док, укол, – напомнил Павел, уже начиная скучать на жесткой неудобной кушетке. Да и прохладно было.

– Да, сейчас, – встрепенулся старик, откладывая бумаги.

Второй укол в вену он сделал так же молча и сосредоточенно, как и первый, и Павел не решился спросить, что же теперь, после этой процедуры изменится в его организме. Сможет ли он легче переносить радиацию, или раны его станут лучше заживать, или же нервные импульсы будут быстрей скакать по всяким там дендритам и аксонам.

Он решил, что выяснит это позже. Ведь в его распоряжении были книги и сеть.

А вот продолговатую полосатую таблетку, что напоследок протянул ему доктор, Павел опознал сразу. Такие таблетки давали не только военным. Их целыми контейнерами доставляли в беднейшие страны Африки.

– Зачем мне это, док?

– Обычная процедура, – доктор положил таблетку Павлу на ладонь.

– Нас неплохо кормят.

– Выпейте, молодой человек. Вы обязаны.

– Хорошо, – Павел поднес таблетку ко рту, слизнул ее, подав голову вперед, проглотил. Полосатая капсула прошла не сразу, застряла в пересохшей гортани. Павел почувствовал, что на глазах выступили слезы. Он протянул руку, попытался сказать, что ему требуется вода, поперхнулся. И таблетка проскочила. Но неприятное колючее чувство в горле осталось.

– Теперь я смогу переваривать опилки? – откашлявшись, отхрипевшись, спросил Павел.

– Не сразу, – ответил доктор. – Где-нибудь через недельку. Когда микрофлора кишечника разовьется. Не забудьте – если вам когда-нибудь назначат антибиотики, обязательно повторите прием.

Павел кивнул.

Полезная штука эти полосатые таблетки. Генетически измененная кишечная палочка, способная перерабатывать клетчатку в усваиваемые организмом вещества, так же, как делают это простейшие жгутиковые в кишечнике термитов и мокриц.

– И не увлекайтесь опилками и бумагой, – чуть улыбнулся доктор. – Помните: организму нужны витамины, белки и еще много чего.

– Я не люблю отруби, – отшутился Павел, и подумал, что есть еще в мире люди, которые только за счет отрубей и выживают.

Они поговорили о пустяках – Павел уходить не торопился, ведь занятия еще не кончились. А пожилой доктор, уже забыв о неудачной, обидной для него шутке, был рад общению с живым, неглупым, кажется, человеком. Он посоветовал обратить самое пристальное внимание на свои ощущения в ближайшие несколько дней. Сказал, что возможно повышение температуры, головокружение и тошнота. Успокоил, что это нормально. И тут же предупредил, что возможны неприятные и даже опасные сюрпризы: обмороки, слабость, временное ухудшение слуха и зрения, болезненные ощущения, зуд. Посоветовал ограничить физические нагрузки, пока организм будет перестраиваться.

Павел напомнил доктору, что завтра ему предстоит схватка на ринге. Доктор только покачал головой.

Они расстались почти друзьями.

А когда улыбающийся Павел вышел за дверь, и его уверенные шаги заглохли где-то в самом конце длинного гулкого коридора, доктор, привстав, достал из шкафа еще одну пластиковую папку, положил ее перед собой, рядом с бумагами рядового Некко. Раскрыл, пролистал. Вздохнул, признавая, что чего-то недопонимает.

Состав крови двух новобранцев был идентичен.

Миоглобин, лизин – один к одному. Значительно выше нормы. Вдобавок к этому какие-то необычные антитоксины…

Значит, анализы верны. Такая ошибка не может повториться дважды.

Доктор хмурился, досадуя, что нет у него сейчас нормальной лаборатории, нет возможности заняться наукой, как когда-то.

А ведь все было! В свое время он вел целое научное направление, у него была своя школа и мировое имя, он получал премии, награды, участвовал в международных симпозиумах, конференциях. А что теперь? Кто он сейчас? Военный доктор! Бывший ученый, ставший ненужным, неугодным, и сосланный в Сибирь делать уколы, назначать таблетки, учить молоденьких медсестер штопать рваные раны…

Вот они – перед ним. Два солдата, две загадки.

Материал для научного исследования.

Рядовой Некко.