Чужой: Завет. Начало - Алан Дин Фостер

Бевридж снова кивнул.

– Эти подозрения в компании крутятся высоко.

– Насколько? Хидео Ютани?

– Не могу сказать. Тебе нужно только знать, что подозрения достаточно сильны, чтобы начать задавать конкретные вопросы. Их совет директоров плохо воспринял тот факт, что «Ютани» перебила ставку на «Вейланд». Предполагается, что у концерна есть свои люди внутри «Вейланд-Ютани», так же, как у нас есть агенты в «Дзютоу» – но пока что нет достоверных сведений о прямом участии концерна или его директоров.

– Разумеется, – добавил он, – это может быть и кто-то другой. Другая компания, чьи интересы и деятельность протекают вне покрытия наших радаров. Отдельный человек, правительство или государственная организация.

– Единственный радар, к которому у меня есть доступ – мой личный, – прямо сказал Лопе.

– Ты можешь спрашивать как частное лицо, – настаивал Бевридж. – А мои люди – нет. Погляди, что удастся обнаружить. Это не приказ, – он улыбнулся. – Приказу пришлось бы подчиниться. Считай это личной услугой.

– И если мне повезет набрести на что-нибудь интересное? – поинтересовался сержант у своего начальника.

Бевридж снова сложил руки. Добавить широкую улыбку – и он бы выглядел совершенным Буддой.

– Компания будет очень признательна.

Лопе пожал плечами.

– Благодарность компании для меня ни хрена не будет значить. Я буду без сознания на расстоянии многих световых лет.

– Тогда можешь оставить дар любимой благотворительной организации или дальней родне, старина. Как захочешь. «Вейланд-Ютани» отплатит сполна за любое открытие. Они всегда так поступают.

Реакция Лопе на предложение капитана была искренней. Просьба его не заинтересовала. Вскоре для него не будет иметь значение, вступит «Вейланд-Ютани» в войну с концерном «Дзютоу», или нет, или они объединятся, или Дженни Ютани в конце концов выйдет замуж за Линь Чоу-бая. Собственные интересы Лопе будут лежать во многих парсеках отсюда, и ничто из того, что происходит на Земле, его не коснется.

И все же…

Если за всеми враждебными актами на самом деле стояла отдельная компания или группа компаний, значит, они несли ответственность за попытку повредить «Завет». Подобная угроза, разумеется, его беспокоила. Как и любая попытка добиться отмены миссии. Опасность может сохраниться на борту даже после отлета.

Не то чтобы он верил, что сможет чего-то добиться, работая в одиночку. И все же Лопе льстило, что Бевридж и прочие считали, что у него это может получиться.

– Я должен работать один, или могу запрашивать помощь?

Бевридж широко развел руками.

– Сделай запрос на что угодно – и я его подпишу.

– Не «на что», – поправил его Лопе, – а «на кого». Я бы с большим удовольствием ввязался в это дело, если бы кто-нибудь прикрывал мне спину.

– Не вопрос, старина. Я могу назначить некоторых очень умелых людей, которые…

Лопе не дал ему договорить.

– Я не хочу работать с группой. Это привлекает слишком много внимания. Одного будет достаточно, – он принял задумчивый вид. – Кстати говоря, я предпочел бы человека, который подобным уже занимался.

* * *

– У тебя не очень-то выразительная внешность.

Сидя рядом с сержантом, Розенталь с интересом наблюдала за тем, как команда ремонтников занималась приведением в порядок вестибюля небоскреба. Они работали настолько ненавязчиво, насколько это было возможно, и старались производить как можно меньше шума.

– Тогда почему ты взял меня в команду «Завета»?

– Потому что меня интересует не твоя внешность. Это не оскорбление, просто замечание – и, по правде, скорее положительное. Малозаметность может быть очень важным качеством.

Услышав это, Розенталь посмотрела на Лопе. Они сидели на скамье без спинки, выполненной из палласитового железно-никелевого сплава. Под ними, освещенные изнутри, сияли ярко-зеленым и оливковым встроенные кристаллы.

– Если ты так пытаешься меня закадрить, то метод выбрал самый паршивый из всех, что я слышала.

– Нет, правда. Меня твоя внешность не интересует. Ты пока этого не понимаешь, потом поймешь, и тогда тебя это позабавит. По крайней мере, я на это надеюсь, – он усмехнулся. – Нам с тобой предстоит долгое время спать вместе.

Розенталь кивнула.

– До того как решиться на подачу заявки, я проглотила всю документацию. Долгий гиперсон, и никаких двухместных капсул.

– К несчастью. Каждый колонист и член экипажа на «Завете» – вселенная в себе. Разные ритмы организма и различные особенности требуют обеспечить отдельные капсулы для каждого человека. Так что мы будем спать поблизости. Кроме того, не встанет же капсула между друзьями?

– А, теперь я – твой друг?

Розенталь все еще относилась к сержанту настороженно. Лопе считал, что это хороший знак. Подозрительность – полезное качество для сотрудника охраны.

– Все члены моей команды – друзья. Так просто должно быть, если ты понимаешь, насколько тесно нам придется работать вместе. Безопасность корабля и колонии обеспечивает довольно небольшая команда. Некуда деваться, если кто-то внезапно решит, что не уживается с коллегами.

Она едва заметно пожала плечами.

– Тогда, видимо, мы друзья. Скажи мне, как друг, зачем мы здесь сидим вместо того, чтобы готовиться к отлету?

– Я уже готов. Ты поймешь, что это не требует много времени. Завершить свою жизнь нетрудно, если тебе требуется уместить вещи в несколько сумок. Что до нашего занятия, то я исполняю просьбу начальства.

Розенталь скорчила гримасу.

– Бог хочет, чтобы ты сидел тут и наблюдал за строительными работами?

– Не так высоко. Мое непосредственное начальство. Парень, который стрелял в меня из импеллера, прикрывал рыжую женщину, пытавшуюся попасть на твое место. Он мертв, а она сбежала. Мое начальство, – Лопе кивнул в сторону скрытых этажей, – хотело бы с ней пообщаться. Им хотелось бы знать, на кого они с мертвым помощником работали.

Лицо Розенталь приобрело заинтересованное выражение.

– Ты думаешь, они снова попробуют тебя достать?

Лопе покачал головой.

– Попытка до меня добраться была второстепенной. На самом деле они хотели занять последнюю вакансию в службе безопасности «Завета». Мои вопросы для кандидатки оказались слишком острыми, и она сорвалась. Тот, кто ее страховал, скорее должен был помочь ей скрыться, а не попытаться меня убить. Я думаю, что, если бы целью было мое убийство, рыжая бы развернулась и присоединилась к драке. Мне повезло, что ты оказалась на месте и решила вмешаться.

– Да, удача была на твоей стороне, – согласилась Розенталь. – Я испытываю глубокую неприязнь к людям, которые пытаются застрелить кого-то со спины.