Чужой: Завет. Начало - Алан Дин Фостер

Пока Джейкоб обменивался с директорами – Харбисон и Гилеад – приветствиями и любезностями, Штейнмец держался позади. Дэниелс подумалось, что мужчина выглядит так, будто хотел бы оказаться сейчас где угодно, только не здесь. Она решила, что перед ней очередной преданный работе талантливый ученый с повышенным страхом космического пространства.

Синтет стоял рядом с ним. Он был спокойным и приятным на вид, и в выражении его лица оказалось больше тепла, чем ожидала Дэниелс. То, что он выглядел совершенно неотличимо от человека, было ожидаемо, но то, что она с трудом могла заставить себя воспринимать его как нечто полностью искусственное, стало сюрпризом.

Заметив ее взгляд, Штейнмец вышел вперед и нетерпеливо смахнув капли пота, усеявшие его выдающийся лоб. У синтета таких проблем не было. Отсутствие потовых желез, не требовавшихся им для охлаждения, являлось одним из многих полезных качеств искусственных людей.

– Меня зовут Дэниелс, – она протянула руку главе отдела.

Штейнмец принял ее с очевидным облегчением. Он рад был ухватиться за что-то надежное.

– Суперкарго, – поняв, что Штейнмецу это ничего не говорит, Дэниелс добавила: – Я отвечаю за весь корабль и за снаряжение для колонизации, – она посмотрела на синтета. – К тебе это не относится.

Хотя Дэниелс была готова к тому, что синтет будет действовать точно так же, как любой другой человек, ответ ее все равно удивил.

– Меня зовут Уолтер, но вы, вероятно, это уже знаете. Я благодарен за исключение из списка корабельного снаряжения, – оно… нет, он улыбнулся. Для искусственной реакции улыбка оказалась на удивление приятной. – Мне бы не хотелось провести путешествие в коробке рядом с засушенными морепродуктами и бутылками витаминов.

– Не волнуйся, – оправившись от удивления, Дэниелс смогла улыбнуться в ответ и указала на оказавшихся неподалеку коллег. – Это нас большую часть пути провезут упакованными в ящики. Мы будем смотреть сны, пока ты занимаешься кораблем вместе с Матерью.

Синтет кивнул. Дэниелс заметила, что у него ярко-голубые глаза.

– Я уже установил необходимые связи с ИИ «Завета», – сказал Уолтер. – Мы хорошо сочетаемся. Это обещает успешную совместную работу в будущем.

– Мы все будем от этого зависеть, – заметив, что Джейкоб полностью погрузился в разговор с директорами и что беспокойный Штейнмец тоже присоединился к ним, Дэниелс показала налево. – Если ты готов, я покажу тебе каюту.

– Вы хотите сказать – мое парковочное место, – снова идеальная улыбка. – Разумеется, я способен прервать личную деятельность в любой точке корабля, но, если вам нравится называть это место «каютой», я с радостью соглашаюсь с этим определением.

– Ты очень покладист, – сказала Дэниелс, когда они ушли с разгрузочной пассажирской площадки.

– Разве могло быть иначе? – синтет чуть наклонил голову, глядя ей в лицо. – Вы тоже очень покладисты. Прошу, без колебаний задавайте любые вопросы. О том, как я работаю, о конструкции, о моих мыслительных процессах. Обо всем, что покажется вам интересным.

– Позже. Если хочешь, я покажу тебе весь корабль.

– Как вы и сказали: позже. Поскольку я довольно подробно ознакомился с планами «Завета», полный тур необязателен, но всегда есть дополнения. Новые вещи, которые стоит изучить. Я всегда рад получить новые инструкции. Также важно, чтобы я начал налаживать взаимопонимание, создавать личные рабочие отношения с другими членами экипажа. Я буду счастлив начать с вас.

– Ты мне льстишь, – они повернули в коридор, ведущий к каютам.

Впервые с того момента, как он оказался на борту, синтет выглядел немного неуверенным.

– Это не входило в мои намерения.

– Просто веду светскую беседу. Не обращай внимания.

Синтет кивнул, потом добавил:

– Поскольку миссия «Завета» окружена таким огромным количеством данных, что я не уверен в своей способности немедленно понять каждую деталь, не могли бы вы кое-что мне прояснить?

– Конечно. О чем речь?

Синтет на миг заколебался, что было странно. В числе прочего продвинутые синтеты колебаться были не должны.

– Самостоятельно отслеживая многочисленные источники внутри компании, я услышал, что недавно мы столкнулись с некоторыми… проблемами. Довольно серьезными происшествиями, которые вовлекали внешние сущности, враждебно настроенные по отношению к миссии колонизации.

Дэниелс задумчиво разглядывала синтета. Его должны были запрограммировать – заполнить – необходимой для успешных действий информацией. И все же, если она правильно поняла, что он имеет в виду, синтет в дополнение к этому учился на лету, чтобы лучше исполнять обязанности члена экипажа. Сколько она могла ему рассказать? Что ему стоило знать? Последнее, чего бы ей хотелось – это начинать отношения со лжи или уверток. Дэниелс решила сказать правду – без цензуры, но лишь необходимое количество, тщательно отмеренное.

– Верно, были сложности с группой людей на поверхности, которые не хотели продолжения миссии «Завета».

Синтет нахмурился. Дэниелс отметила, что хмурился он идеально.

– Зачем, – наконец, спросил Уолтер, – какому-то человеку выступать против колонизации?

Дэниелс тихо хмыкнула.

– Не все люди действуют согласно логике и разуму.

– Мне это говорили. С момента активации я во многих случаях замечал подобное и сам. У людей эмоции постоянно вмешиваются в процесс принятия решений, – он принял задумчивый вид. – Я могу имитировать эмоции. Идеально. Хочешь, чтобы я заплакал? В научном сообществе есть поговорка «даже андроиды могут плакать».

– Не сейчас, – они обогнули очередной угол. – Я верю тебе на слово. Или мы можем подождать, пока возникнет подобающая ситуация, и тогда ты удивишь всех просчитанной демонстрацией глубокого сочувствия.

– Еще я превосходно распознаю сарказм, когда его слышу.

Дэниелс вскинула руки.

– Ладно, признаю. Ты настолько человечен, насколько это возможно. Возможно, больше, чем некоторые известные мне люди.

– Или меньше, – задумчиво ответил синтет. – С нетерпением жду возможности самостоятельно открыть и испытать некоторые вещи. Так же, как предвкушаю предстоящую миссию.

– Вот правильный подход, – Дэниелс почувствовала, как к ней возвращается энтузиазм. – Мы с коллегами не сможем ничего чувствовать или узнавать вне циклов перезарядки, – она улыбнулась Уолтеру. – Но ты все это время будешь бодрствовать. Можешь рассказывать мне, что интересного видел во время периодов сна. Я буду на это рассчитывать.

Синтет улыбнулся в ответ.

– Не волнуйся. Я никогда тебя не подведу. Несмотря ни на что.