Битва за реальность - Алекс Орлов

– Нет, картриджи они спалили в прошлый раз. А зарядного блока у них нет, поскольку нашим диверсантам удалось его подорвать. Пока они его чинят, заправляются только жидким топливом.

– Ну хоть какая-то радость, – сказал Брейн. Жидкое топливо, в отличие от картриджа, требовало предварительной переработки в генераторе, и потому с таким топливом у машины было более низкое КПД. А вот картридж почти сразу давал чистое электричество. Благодаря этому машины могли быстрее передвигаться и скорее реагировать на свои собственные нужды. Например, поворачивать артиллерийские башни или перезаряжать орудие.

– А у нас картриджи имеются?

– Откуда? – пожал плечами майор и вздохнул! – Сливаем топливо с танкеров, тем и держимся.

– Топливо с танкеров?

– Так точно, сэр. Полгода назад в двух сотнях километров отсюда на побережье был сильный шторм и волнами перевернуло несколько танкеров. Потом прилив с ветром погнали их против течения в реку, а когда вода схлынула, танкеры остались на острове. Лежат на боку, течи нет – корпуса выдержали. Оно, конечно, марка топлива скверная. Очистка грубая. Танку все нипочем – у него турбинные лопатки с антипригарным покрытием, а у этих трофейных монстров механика понежнее будет.

– Но километров десять на таком топливе они прошагают? – уточнил Брейн.

– Да кто ж их знает, сэр? Согласно инструкции могут, но в бою всякое может случиться.

– Хорошо, давайте уточним, правильно я понял, что уже через сорок-пятьдесят минут противник пойдет на нас тяжелыми броневыми силами?

– Так точно, сэр. Но может и через двадцать минут танкетки пустить. Они нас гранатами забросают и разбегутся. А уж потом тяжелые попрут. У них так часто бывает.

Через десять минут Брейн уже находился в ангаре ремонтно-технического отделения. Здесь стояли четыре «ковригона», и на вид они как новые.

– Это потому, что мы их еще не использовали, сэр, – пояснил майор.

– Я понял, – кивнул Брейн и стал обходить огромную тридцатитонную машину. Каждое ее сочленение было защищено бронированной накладкой, на «плечах» были расположены пусковые установки неуправляемых ракет и пакеты ракет-перехватчиков.

В правой части «грудного сектора» располагалось главное орудие калибра сто пятьдесят миллиметров и длиной пятьдесят пять калибров. В его стволе артиллерийские болванки разгонялись до безумных скоростей. На левом манипуляторе стояла тридцатимиллиметровая автоматическая пушка.

Машина выглядела весьма убедительно, и кроме нее на ходу были еще три. Но кто будет управлять ими?

– Кто будет управлять тремя другими машинами? – спросил Брейн.

– Я уже говорил, сэр, что у нас имеются капитан-инженер и еще один механик.

– Ну и каково у них настроение? Они понимают, что это рискованная операция?

– Вообще-то… я им еще не говорил, что им на этих машинах придется идти в атаку.

– В контратаку, майор. В контратаку, – поправил Брейн.

– Прошу прощения, сэр. Конечно же в контратаку. Однако они этого пока не знают. Все, что у нас есть, – это их умение водить машины. Но насчет атаки или контратаки… – Майор замялся. – Я не уверен, сэр, что они смогут пойти вслед за вами.

– Понятно. Я хочу их увидеть. Как много времени для этого потребуется?

– Ну, полагаю, они находятся в накопителе, мы ведь ждем атаки. Я вызову их сию минуту.

– А что насчет четвертой машины?

– А что насчет четвертой? У нее не работает заряжающий автомат. Но она может стрелять из автоматической пушки с левого манипулятора.

– А для нее найдется какой-нибудь водитель?

– Полагаю, найдется, сэр. Вот только пойдет ли он в атаку…

– Кто это может быть? Предположительно?

– Еще один техник, сэр, его фамилия Лавринец.

– Отлично, майор, я хочу видеть здесь всех троих.