Битва за реальность - Алекс Орлов

Смахнув с кресла пилота невидимую пыль, Корсак сел в него прямо в сырых брюках и стал ждать.

Брейн с Ружоном хлопали дверями и обменивались впечатлениями от увиденного. Хвалили камбуз и ругали гальюн. Затем воцарилась недолгая пауза и послышалось ожидаемое Корсаком:

– Сэр, тут одна дверь не открывается!

– Не открывается, – пробурчал Корсак. – Потому что заперта, но пришло время великих откровений.

– Иду! – крикнул он и, поднявшись из кресла, поспешил к своим курсантам.

Они стояли перед той самой дверью, о которой он знал, и все еще пытались дергать за ручку.

– Не дергайте, у меня ключ.

– А что там? – спросил Ружон.

– Понятия не имею, – ответил майор и, приложив к контакту универсальный ключ, заставил замок сработать.

– Открывай и наслаждайся, – произнес он с кривоватой улыбкой.

Ружон открыл дверь, и они с Брейном не сразу поняли, что за ней, поскольку, в отличие от других помещений, при открывании двери освещение здесь не сработало.

– Ничего себе!.. Кто это, сэр?.. – спросил Ружон. А Брейн оттеснил его и стал приглядываться, не переступая порог тесного помещения.

За небольшой панелью управления боком к ним сидел какой-то гуманоид с семью пальцами на руках, очень длинными и оканчивающимися утолщениями. Ростом он был метра под два с половиной, имел голову вдвое бо`льшую, чем у человека, и грудную клетку килевого типа, как у птиц.

Чужак выглядел так, будто минуту назад откинулся в кресле подремать, и лишь то, что сам он и вся комнатка были затянуты несколькими слоями похожих на паутину нитей, говорило о том, что здесь произошло что-то особенное.

– Кто это? – повторил Брейн вопрос Ружона.

– Это второй штурман.

– А что он здесь делает?

– Его пристрелила штурмовая группа, когда он пытался запустить заряд самоликвидации.

– А почему его не убрали?

– Поскольку он успел запустить самоликвидацию корабля, извлекать его нельзя. У них это запросто было. Чуть что – сразу «красная кнопка».

– Вот это номер. Мы что, на активированной бомбе работать будем? – тихо спросил Ружон.

– Не дрейфь, курсант. Команда была опытная и вовремя залила все это ликолью из еще одного трофейного приспособления. Он тут, в коридоре на полочке стоял. Если бы бомба сработала на мелководье, где эту «рыбку» спеленали, случилась бы воронка в километр диаметром.

– Что же это за препарат такой? – спросил Брейн.

– Полезный препарат. Трофейный. Наносит специальный изолятор.

– Что за изолятор?

– Ну, не просто изолятор, а изолятор темпорального поля, то есть внутри обработанного объема некоторые процессы течения времени приостанавливаются.

– То есть всего лишь приостанавливаются, значит, бомба все еще тикает? – возмутился Ружон. – Может шарахнуть в любой момент?

– Да успокойся ты. Не просто может, а шарахнет, но не через пять минут, как они рассчитывали, а через триста лет.

– Вы уверены, сэр?

– Если бы не был уверен, разве бы я жил тут месяцами в километре от этой штуковины? – резонно возразил майор и постучал по ближайшей стенке. Она отозвалась внутренним гулом, а потом там что-то щелкнуло и зажужжало.

Все трое напряженно прислушивались, отмечая странные щелчки и бульканья.

– А это не может быть оно? – шепотом спросил Ружон.

– Да хрен его знает, – вздохнул майор. – Я же говорю – техника малоизученная, но может быть жутко полезной.

– Значит, блокировка темпорального поля, – повторил Ружон.

– Да.

– Ну тогда закрываем эту дверь, и лучше бы я о ней не знал.

– Считай, что не знаешь, – сказал майор и, закрыв комнатку, снова заблокировал замок спецключом. – Пойдем в кабину, погоняем с полчасика и двинем на обед. На сегодня приключений нам уже достаточно.