Сломанный клинок - Кирилл Корзун

Девочки получили отличную возможность завести новые и полезные знакомства, получить хорошее образование и тем самым добиться в жизни большего, чем смог он сам.

Стоит заметить – сестры Мияги отца старались не разочаровывать. Хулиганское поведение сглаживалось отличными оценками и похвалами учителей, успехи в спорте и хорошая репутация окончательно перевешивали все закидоны.

– Лео тебе тоже не пишет? – спросила Рисса спустя десять минут, выдыхая облачко пара и догоняя сестру на беговой дорожке вокруг парка. Элитный квартал, где располагался их дом, обладал также и хорошей спортивной площадкой, однако бегать они предпочитали именно здесь.

– Мелкая, я тебе сразу сказала бы. Беспокоишься? – ответила та, стараясь не сбить дыхание. – Я тоже, но он мужчина. И у него война. Простительно, не находишь?

– Нахожу и всё равно беспокоюсь. Мне вчера мальчишки знакомые кое-какую информацию подкинули… – сказала Рисса и замялась, не зная, делиться или нет, но толчок локтем в бок заставил её принять единственно правильное решение. – В общем, ты ведь помнишь, какими разработками славилась его семья? Он ещё как-то доклад делал, экспериментальный образец даже притащил. Так вот, один из парней сказал, что эти Такэда рвут и мечут от злости, потому что у Хаттори остались несколько фирм, которые сейчас выпускают этот самый прототип на рынок. Акции «Такэда-Групп» даже ввиду выигранной войны выросли не намного, а после этой новости вообще начали проседать. Я боюсь, что они решат убрать помеху…

– Помочь мы ему никак не сможем, ты ведь это понимаешь?

– Понимаю. Но тебе рассказала в надежде, вдруг ты что-то да придумаешь. Ты же старшая сестра!

– Ага, я придумаю, а разгребать потом будем все вместе, – усмехнулась блондинка, отвлекая сестру от плохих мыслей и ускоряясь: – Догоняй!!!

Ей надо было подумать. Хорошо подумать. Ведь она старшая сестра, и у неё вполне могло что-то получиться…

* * *

Ученье – свет, а неученье – тьма. В моем случае данное утверждение не работало, заставляя сомневаться в народной мудрости, почерпнутой из наследия предков по материнской линии. И выбора как-то не стояло. Учеба была единственным, что ещё удерживало мою психику от истеричного смеха, хлопка дверью и последующего ухода вразнос.

Причин было несколько, и все весомые. Нет, переезд в чужую страну после гибели всего рода можно вообще не вносить в список. И раздвоение личности, имевшее место быть до недавних пор. Даже без этого мне хватало попытки покушения, появления из глубин небытия духа моего предка и попыток разобраться в том, зачем вообще жить дальше.

Оптимизм зашкаливал, думать обо всем происходящем не было никакого желания, и я решил махнуть рукой, вверив себя течению реки жизни. Довольно безрассудно и нелогично.

Поздним вечером, вернувшись в общежитие, я безуспешно воззвал к деду и, не дождавшись ответа, с проклятиями начал переодеваться в спортивную форму. Данное предку слово надо было держать…

Практиковать манипуляции с бахиром в закрытом помещении площадью всего восемнадцать квадратных метров мне казалось не лучшей затеей, да вот беда – полное отсутствие альтернатив ввиду царствующей за окном зимы и расписания работы небольшого полигона школы вынуждало меня идти и на такие меры. Благо скудная обстановка не занимала даже одной четверти от комнаты.

Медитативный «лотос» в центре комнаты, несколько циклов дыхания, очищающих разум от лишних мыслей, и… тоненький, едва ощутимый ручеек энергии начал заполнять мое средоточие духа, распространяя по телу приятное тепло. Бахир заструился по каналам духовного тела, разогревая их и подготавливая для дальнейшей работы.

Упражнение ранга «подмастерье», тренирующее контроль над потоками бахира, давалось мне легко и привычно до того момента, пока дух дедушки не усложнил его на порядок: теперь мне было необходимо разделить пропущенную через себя энергию на два потока, придав им противоположную стихийную полярность. В моем случае это были стихии свет и тьма.

Проблемы всех универсалов в нехватке времени на овладение сразу двумя стихиями и сопутствующими техниками, так как потенциал виртуоза изначально присутствует далеко не у каждого одаренного. И тем более сложно манипулировать двумя стихиями одновременно.

Больше десяти минут мне понадобилось, чтобы два потока прошли сквозь каналы тела и выплеснулись в реальность тончайшими нитями – ослепительно-белыми и бездонно-черными. Уложенные на колени ладони наполнились проявлениями силы, впереди меня ожидало начало нового этапа контроля и изменения.

Пучки энергетических нитей начали сворачиваться, образуя тугие клубки, пульсирующие и растущие в соответствии с так вливаемыми в них порциями энергии – я подпитывал свои творения очень медленно и всё равно при этом едва удерживал контроль. Лицо исказилось от боли, стиснутые зубы, казалось, вот-вот начнут крошиться.

Дедушка ещё на прошлом занятии объяснял мне природу своих уникальных способностей и умений, особое внимание заостряя именно на мелких манипуляциях, несвойственных высоким рангам.

«В нашей слабости, – говорил он, – наша сила. Всё, чему я тебя научу, имеет небольшое значение в целом, но способно стать решающим камнем на твоей чаше весов в противостоянии с более сильным противником».

Сформировав два шарика, по одному в ладони, я прекратил их подпитку и медленно, аккуратно соединил ладони в ковшик, одновременно усилием воли раскручивая сгустки стихий по кругу и придавая им вращение. Такие усилия давались нелегко – выступил холодный пот на лбу, накатила ужасная слабость, посеявшая ростки неуверенности в душе.

И тем не менее успех был достигнут – две миниатюрные кометы в моих ладонях гонялись друг за другом, оставляя за собой шлейфы из мелких, едва различимых глазу частиц, смешивающимися между собой в одну густую взвесь. Шарики таяли, становясь всё меньше и двигаясь всё быстрее… Резонанс полярно противоположных стихий отдавался в пространстве, корежил и рвал его, в комнате ощутимо похолодало, замигало освещение.

– Ха! – выдохнул я, одновременно зачерпывая чистой энергии и выплескивая её в бурлящий водоворот стихий, окончательно перемешивая его содержимое и связывая его нейтральной составляющей бахира без примесей. – В смешении света и тьмы рождается… тень…

Выплеск на доли секунды успокоил и остановил движение в моих руках, создав впечатление, что в них находится кусок Вселенной – в трехмерной глыбе тьмы плавали яркие искорки звезд, испускающие свет. Зачарованный прекрасным зрелищем, я сидел, рассматривая своё творение и сожалея, что дух дедушки не увидит моего первого успеха.

– Да вижу я всё, вижу. Молодец, хоть и бестолочь несусветная. Заканчивай ритуал, Лео, а то не удержишь, – ворчливо проскрипел его голос в сознании, настолько полный гордостью и уверенностью во мне, что и мне передалась часть этих эмоции. Заканчивать… но как? Этого он мне не говорил.

Знание пришло сразу после того, как я задался этим вопросом. Знание, озарение, просветление – называйте как хотите, но пришло оно извне и в то же время из меня, из моей крови, как будто кто-то сверху передал приказ о распаковке заархивированного файла. Надо было всего лишь чуть сжать ладони, заставить объект ужаться, трансформироваться.