Сломанный клинок - Кирилл Корзун

Случайные совпадения придают жизни остроту и незабываемый привкус, обогащают её новыми красками. Наталье Александровне Астаховой совпадение подарило экзотично редкое для неё чувство – ревность.

Именно его она испытала, обратив внимание на излишне громкий смех какой-то девицы, веселившейся над удачной шуткой неожиданно знакомого Наталье молодого человека. Опознав в нём приглянувшегося ей кадета ВКШ, учительница поначалу не поверила своим глазам, но реальность очень быстро расставила всё по своим местам. Это на самом деле был он. И у неё на глазах, в её присутствии какая-то наглая сучка охмуряла ее рыцаря, ее поклонника! И, судя по заторможенной реакции Леона, охмурение шло успешно.

– Вот же тварь… – прошептала Наташа едва слышно, стараясь не привлечь внимание мужа, вытащившего её в этот ресторан ради очередного «выхода в свет».

– Ты что-то сказала, дорогая? – тут же участливо поинтересовался её супруг, обеспокоенно поднимая голову от тарелки, в которой вот уже десять минут безуспешно гонял палочками поджаренные до хрустящей корочки миниатюрные пельмени.

– Не обращай внимания, дорогой, – успокоила она его, одаривая благосклонным взглядом проявившего к ней внимание мужчину.

Он сразу же успокоился и вновь вернулся к своему увлекательному занятию. Наталья смерила его изучающим взглядом и… вновь вернулась к наблюдению за Леоном, неосознанно сравнивая супруга и молодого парня, тем более что между ними было всего семь лет разницы. И если Леон выглядел более чем – привлекательно, даже немного брутально из-за россыпи мелких шрамов на левой стороне лица, то…

Её мужу на вид смело давали гораздо больше лет, чем ему было на деле, и это неудивительно – даже организм одаренного не способен справляться с теми дозами спиртного, какие ежедневно в себя вливал Николай Астахов. Вливал, стоит заметить, с огоньком и разнузданным весельем, под увлекательную игру в карты, за которой проводил большую часть своего свободного времени. Всё остальное время он посвящал работе, а точнее – управлению одним из предприятий по производству и сборке отечественных автомобилей марки «Руссо-Балт», в чем достиг определенных успехов. На этом его жизнь и ограничивалась. В этот порядок вещей не смогла вмешаться даже его свадьба и её последствия – молодая жена провинциального аристократа из молодого рода Астаховых интересовала мало по причинам, мало понятным даже ему самому. Примерно столько же внимания он уделял личному росту и тренировкам, в результате чего к двадцати четырем годам выглядел на все тридцать и обзавелся заметным брюшком, коего, впрочем, ни капли не стыдился.

– Это признак достатка, – любил он использовать железобетонный, по его мнению, аргумент, когда Наталья пыталась хоть как-то его пристыдить. Но в мире, где власть составляли не только деньги и происхождение, не последнюю очередь занимало личное могущество, и поэтому многие считали иначе, презрительно фыркая при виде подобной небрежности к самому себе.

Наталья горько вздохнула, мысленно сетуя на сложившуюся судьбу, продолжая рассматривать своего рыцаря. Леон Хаттори продолжал о чем-то разговаривать с той девушкой до тех пор, пока она не ушла, на прощание одарив уже неоднократно рассмешившего её кавалера трогательным поцелуем в щеку.

«Волосы бы ей повыдергать, – мысленно и от этого ещё более злобно прошипела Наташа, провожая взглядом, полным злости и негодования, нежданно-негаданно появившуюся на горизонте соперницу. – И этот… он же мой! Как он посмел?!»

Внутренне молодая учительница понимала всю глупость того, что думает и переживает, но ревность взыграла в ней не на шутку, превратив строгую и неприступную красавицу в яростную фурию, готовую рвать и метать. Чувствуя, как по венам разливается яд этого терзающего душу чувства, она была готова на многое. Её выстроенный в голове романтичный сюжет дал трещину, наводя при этом на мысли о том, что желанное приключение может окончиться, даже толком и не начавшись. Шансы на это уже появились, а терять своё, точнее то, что она привыкла считать своим, проснувшейся в её душе собственнице не хотелось.