В царствование императора Николая Павловича - Александр Харников

И какие перспективы перед ней замаячили – знакомства с живыми классиками и их женами, возможность лицезреть царствующие особы. Словом, к вечеру Ольга приняла окончательное решение, и назавтра, во время очередного открытия временного канала, она решила заявить об этом Воронину. А там будь что будет!

На следующий день, ближе к полудню, в квартире Антона присутствовали практически все, кто знал о его изобретении. Шумилин подобрал досье для Сергеева о раскладе сил в петербургском обществе XIX века. Алексей приготовил объемистую аптечку с лекарствами на все случаи жизни. Николай пришел проведать отца и сообщить тому самые последние новости. Запыхавшаяся Ольга Румянцева прибежала уже тогда, когда Антон сел за пульт управления Агрегатом и начал подготовку к открытию портала.

Но на этот раз процесс несколько затянулся, потому что Антон сначала искал сигнал от «маячка», который передал Сергееву. Портал на этот раз должен был открыться не в Летнем саду, а прямо в квартире князя Одоевского.

От волнения у Антона дрожали руки. Но как ни странно, все прошло на ура. Жужжание, гул, ярко-зеленая точка, потом мерцающий овал. В глубине комнаты они увидели чету Одоевских и Сергеева.

– Здравствуйте, господа, – поприветствовал князь своих старых знакомых. – Вы даже не можете себе представить, как я рад вас видеть!

А княгиня, увидев среди стоящих мужчин Ольгу, приветственно помахала ей ладошкой.

– Владимир Федорович, – сказал Антон, – мы хотим отправить на день-другой в ваш мир Ольгу Валерьевну.

Шумилин передал Сергееву папку с документами, а Алексей сумку с лекарствами. Потом Николай, подойдя к порталу, быстро переговорил о чем-то с отцом. Антон стал торопить путешественников – гудение Агрегата усилилось, и он решил подстраховаться. Автоматы на электрическом щитке могли не выдержать перегрузки, и дверь из прошлого в будущее захлопнулась бы в самый неподходящий момент.

Наскоро попрощавшись, все присутствующие отошли подальше от портала. Антон, поколдовал над пультом, и сияющий круг стал сжиматься и превратился вскоре в яркую точку. Потом исчезла и она.

* * *

Портал закрылся, и Ольга Румянцева оказалась там, где мечтала побывать всю жизнь – в XIX веке. Она с любопытством стала осматривать комнату. Правда, Сергеев, закончивший перетаскивать в свою комнату сумки, полученные из будущего, грубо вернул ее к суровым реалиям жизни.

– Владимир Федорович, – обратился он к Одоевскому, – меня беспокоит вот какой вопрос: – что скажут ваши слуги, увидев, что в квартире появилась какая-то странно одетая дама, которая попала в ваше жилище, минуя входную дверь…

– Действительно, я как-то не подумал об этом, – растерянно сказал князь. – Впрочем, ведь можно что-нибудь придумать…

– Дорогой, – сказала княгиня, – я сейчас все улажу. Она выскользнула из комнаты, и через пару минут все услышали, как в прихожей хлопнула входная дверь. Потом вошла Ольга Степановна, довольно потирая руки.

– Все в порядке, – сказала она. – Степана я послала на Невский, чтобы он купил свежие газеты для князя. А горничная сейчас занимается переборкой моего гардероба. Я велела ей найти вот это, – и княгиня показала красивую брошку с изумрудами, которую до этого сжимала в своем кулачке. – Думаю, искать ее она будет долго. За это время в квартиру «войдет» моя старая знакомая, которая долго жила в Новом Свете и лишь на днях вернулась в Россию. Потому она так странно одета. Впрочем, Ольгу Валерьевну мы сейчас переоденем. У меня найдется подходящее платье.

– Ольга Степановна, да вы просто умница! – воскликнул восхищенный Сергеев. – Мы бы с Владимиром Федоровичем, наверное, до вечера ломали голову над этим вопросом. А вы – раз, два, и все в порядке!

Княгиня смущенно улыбнулась.

– Виктор Иванович, не забывайте, что я бывшая фрейлина вдовствующей императрицы. Скажу вам, что за время пребывания в Зимнем дворце я насмотрелась на интриги придворных, видела коварство и хитрость окружавших меня людей. Поверьте, я с огромной радостью покинула царский дворец для того, чтобы оказаться рядом с любимым человеком.

И княгиня ласково погладила по щеке Одоевского. Князь поцеловал руку супруги, глядя на нее влюбленными глазами. Но эту идиллию разрушила Ольга, закончившая осмотр комнаты и немного освоившаяся в ней.

– Сказать по правде, я завидую вам, княгиня. Но вам все же придется попытаться снова проникнуть в этот мир придворных интриг, чтобы помочь нашей стране избежать огромных бедствий и страданий.

– Ольга Валерьевна, – тихо сказал Одоевский, – я все помню. И мы начнем заниматься тем, о чем вы только что сказали, прямо сегодня. Через полчаса мы с Виктором Ивановичем отправимся на Черную речку, чтобы провести там рекогносцировку. А вы можете прогуляться с княгиней по Невскому, заглянуть в магазины и, если повезет, познакомиться с нужными людьми. И еще, дорогая… – князь вопросительно посмотрел на свою супругу.

– Да, – сказала княгиня, – мы с мужем решили попросить вас принять от нас в подарок вот это, – и Одоевская протянула Ольге ту самую брошь с изумрудами, которую принесла из своей комнаты.

– Мы никогда не забудем те хлопоты и то, что вы уже сделали, и еще сделаете для нас, – княгиня покраснела, – поэтому примите в благодарность за все – носите и помните о нас.

Ольга даже растерялась, увидев, что ей хотят подарить. По ее прикидкам, такая золотая брошь с изумрудами работы как минимум XVIII века, в ее мире могла стоить очень дорого. Но от подарка отказываться было неудобно.

Поблагодарив княгиню, Ольга положила брошь в сумочку и в свою очередь протянула Одоевской женские механические часики «Чайка» с браслетом из финифти. Циферблат часов закрывался крышечкой, украшенной той же финифтью. Конечно, по стоимости этот подарок был несравним с княжеским, но все же…

Княгиня с удовольствием приняла подарок. Часики на ее изящной ручке смотрелись прекрасно. К тому же ничего подобного в XIX веке пока еще не делали. Ольга Степановна уже представила, какой восторг и зависть вызовут эти часики у знакомых.

Пока женщины весело щебетали, разговаривая на им только понятные темы, мужчины быстренько собрались и отправились в поход. К тому времени лакей Степан, вернувшийся с газетами, сбегал на конюшню и велел приготовить для князя экипаж.

На улице, выйдя из парадной, они столкнулись нос к носу с симпатичной молодой дамой лет двадцати пяти, которая вежливо поздоровалась с князем и с любопытством посмотрела на Сергеева.

– Куда это вы собрались, Владимир Федорович? – поинтересовалась она. – Мой батюшка говорил, что вы в последнее время все больше дома сидите. И на службе он вас уже давненько не видел.

– Передайте уважаемому Дмитрию Николаевичу, – ответил ей князь, – что, к сожалению, дома меня удерживают неотложные дела, а также временное нездоровье. А как вы поживаете, Лидия Дмитриевна? – в свою очередь поинтересовался Одоевский. – Как ваш супруг, Егор Иванович, как сынок, Дмитрий?