В царствование императора Николая Павловича - Александр Харников

Мы купим эти земли и передадим Виктору Ивановичу Сергееву. Я думаю, что такой рачительный хозяин, как он, наведет там порядок. Ну, и там будет расположен ваш, если можно так назвать, походный лагерь в нашем времени.

– С вами, мадам, – Бенкендорф обратился к Ольге Румянцевой, – вопрос тоже будет решен. Государь хочет предложить вам на выбор: или стать одной из придворных дам при будущей супруге цесаревича Александра Николаевича, или открыть свое дело. Ну, например, по торговле дамскими духами и прочими вещами, столь любимыми нашими прелестницами. Государь не торопит с ответом, Ольга Валерьевна, а потому у вас есть время обдумать его предложение.

– По просьбе Александра Павловича, – продолжил граф, – казак Никифор Волков переходит в ваше подчинение. – Бенкендорф внимательно посмотрел на гостей из будущего. – Государь дал согласие на то, чтобы вы его ознакомили со всеми подробностями вашего появления в нашем мире. Со всеми, – подчеркнул граф. – Человек он верный, и ему можно рассказать все.

Ну, вот, господа, и все, что я хотел вам сказать, – сказал граф, показывая, что беседа подошла к концу. – А теперь я откланяюсь, и встречусь с вами завтра утром.

Бенкендорф ушел, а пришельцы из будущего стали совещаться, обсуждая только что услышанное.

– Вот так вот, друзья мои, – сказал Шумилин, – теперь мы полностью натурализировались в девятнадцатом веке. Будем врастать в это время. Ну, и более весомо влиять на происходящие здесь события.

– А ты, Шурик, видишь себя в качестве некоего серого кардинала при государе-императоре? – ехидно спросил Шумилина Алексей. – Не знаю, не знаю, как это у тебя это получится… Ты еще не знаешь, какие бурлят здесь придворные страсти, и какое изощренное коварство используют тамошние вельможи. Боюсь, что схарчат тебя здесь, Шурик, и не подавятся.

– Не схарчат – подавятся, – улыбнувшись, сказал Шумилин. – Леха, ты, конечно, во многом прав, но только и мы не за печкой найденные. На их коварство ответим нашим, современным коварством. Да еще с использованием технических средств. Впрочем, ты прав, и всем нам надо держать ухо востро.

– А я, пожалуй, останусь, – сказала молчавшая все это время Ольга. – Мне здесь нравится. Да и к людям, живущим в этом времени, я привыкла. Подружилась с княгиней Одоевской и ее супругом. И другие здешние жители – замечательные люди. В общем, я остаюсь. В качестве кого – пока не решила. Но это уже чисто технический вопрос.

– Мнение Иваныча мы уже слышали, – сказал Шумилин, подводя итог дискуссии, – ну, а ты, Леха, как я понял, тоже уже все решил для себя.

Кузнецов промолчал. Молчание – знак согласия. Шумилин снова почувствовал, как начинает болеть его бок, и попросил друга сделать ему укол чего-нибудь обезболивающего. И потом разойтись по своим комнатам, которые, как объяснил им явившийся на их зов лакей, предоставил своим гостям для ночлега хозяин дворца.

А утром, помывшись, позавтракав и собравшись в путь-дорогу, они сели в присланные за ними кареты и отправились на Черную речку, в место, где откроется портал и они вернутся в свою эпоху. Теперь это место, уже по закону, стало их собственностью.

Там их поджидала карета, в которой сидел император, граф Бенкендорф и юная пятнадцатилетняя великая княжна Александра Николаевна – любимица всей царской семьи. Она была удивительно красива и грациозна, чертами напоминая покойную бабку, прусскую королеву Луизу, считавшуюся в свое время самой прекрасной женщиной Европы. Перед ее чарами не устояли ни император Александр I, ни Наполеон Бонапарт.

Похоже, что отец рассказал ей о грядущем путешествии, и она с удивлением и испугом смотрела на гостей из будущего. Император прижал ее к себе и ласково погладил по голове.

– Ничего не бойся, Адини, – шептал он ей на ухо. – Хотя они пришли к нам из будущего, но люди они замечательные, честные, а главное, готовые помочь нам. Слушайся их во всем. Помни, что в их времени несколько другие, чем у нас, нравы, одежда и обычаи, поэтому старайся им следовать, чтобы не выделяться и не обращать на себя ненужного внимания. Если что-то тебе покажется непонятным и странным, спрашивай совета у Ольги Валерьевны. Она будет тебя сопровождать, подсказывать – словом, станет твоим проводником в чужом и непривычном для тебя мире.

А главное, слушайся во всем Александра Павловича и Алексея Игоревича. И тогда все будет хорошо. Кроме того, охранять тебя от возможных напастей и неприятностей в их мире будут два молодых человека – Николай Сергеев и Дмитрий Соколов. Желаю тебе удачи, и… С Богом! – громко сказал Николай.

Он поцеловал дочь и перекрестил ее на прощание. Выбравшись из кареты, император представил великую княжну гостям из будущего.

– Александр Павлович, Алексей Игоревич, Ольга Валерьевна, – сказал он, – я вручаю вам свою самую большую ценность – любимую дочь. Я буду молить Господа, чтобы с ней в вашем времени ничего не случилось, и чтобы ваши, Алексей Игоревич, медики сделали все, чтобы моя Адини жила еще долго и счастливо. Помните – я ничего не пожалею, я готов на любые расходы, лишь бы не произошло то, что произошло в вашем прошлом.

Александра с удивлением посмотрела на отца. Видимо, жалея ее, Николай не стал рассказывать дочери о ее ранней кончине в 1844 году.

Тем временем пошел условленный час, и в воздухе запульсировала изумрудная точка, которая стала медленно превращаться в сияющий овал. Скоро он увеличился до двух метров и замер, коснувшись земли. Из будущего в прошлое с улыбкой смотрели Антон Воронин, Виктор Сергеев и Дмитрий Соколов. Ротмистр, увидев императора, перестал улыбаться и бочком-бочком переместился вглубь бокса. Сергеев-старший был одет по моде XIX века, из чего следовало, что он собирался в прошлое. Рядом с ним стояли на полу бокса большой чемодан и набитый битком огромный рюкзак. Похоже, что с собой Виктор прихватил солидное «приданое».

– Утро доброе всем, – сказал Сергеев, приподнимая над головой цилиндр, – давайте попрощаемся с теми, с кем расстаемся, и поздороваемся с теми, с кем встретились после разлуки. Долгие проводы – лишние слезы.

Николай еще раз обнял дочь, пожал руку Шумилину, поклонился Ольге Румянцевой и приветственно кивнул Сергееву, который передал свой багаж Кузнецову. Александра с легким испугом перешагнула сияющий овал портала, за ней в будущее отправились Шумилин и Ольга. Потом портал закрылся. На поляне стало тихо… Лишь за зарослями кустов позвякивали уздечками лошади, да где-то неподалеку в кроне клена чирикала какая-то птичка…