Доктор Кто. Пленник далеков - Тревор Баксендейл

Корал присела на край стола.

– Что насчет Доктора? О нем ты что думаешь?

– А так непонятно? Мелкий выскочка, зубрила-очкарик, воображает, что знает немного о далеках.

– Может быть, это правда.

Боуман пристально поглядел на нее.

– Ты действительно так думаешь?

– Он непохож на тебя. Но о далеках он знает и правда много.

– С чего ты так решила?

– У него в глазах страх.

– Ха!

Боуман снова потянулся за бутылкой и чашкой.

Корал остановила его руку, готовую налить еще выпивки.

– Чем больше ты знаешь о далеках, – сказала она, – тем сильнее ты учишься их бояться.

Доктор очень аккуратно вытащил пушку далека из гнезда. Большой черный шар в основании обеспечивал оружию колоссальную зону обстрела; к внутренностям вращающейся плечевой платформы он крепился целым пучком проводов и гибких трубочек.

– Держи крепко, – велел он Скраму.

Тот послушно принял ствол в руки и стал смотреть, как Доктор таращится внутрь пустого гнезда.

– Главное – перерезать правильные контакты в правильном порядке, – прокомментировал Доктор, нацеливая туда звуковую отвертку и делая несколько аккуратных надрезов; голос его упал почти до шепота. – Это почти как обезвреживать бомбу.

– Ты ведь уже обезвреживал бомбы? – поинтересовался Передний Край, глядя ему через плечо.

– А то! Кучи бомб, – Доктор еще несколько секунд вникал в текущую задачу, потом сказал: – Ну, вот и все! Molto bene!^[2] Все на выход!

Он вытащил последние проводки и, наконец, высвободил пушку. Скрам перенес ее на верстак – она оказалась куда тяжелее, чем с виду – и осторожно опустил на поверхность.

– Это ты правильно осторожничаешь, – заметил Доктор, наблюдавший за его действиями и вытиравший руки о тряпку. – В шаровом шарнире есть резервуар сжатой энергии. Этой штукой можно еще много чего настрелять.

Он наставил звуковую отвертку на основание оружия, и комнату тут же заполнил пронзительный визг; из дула закурился дым.

– Вот так, – он убрал отвертку. – Я заплавил проводку системы управления. Никаких больше убийств.

– Что, вот настолько просто? – изумился Передний Край, переводя взгляд с пушки на отвертку. – А выглядит такой фитюлечкой.

– Никакая это не фитюлечка, – резко отбрил его Доктор, поднимая отвертку и внимательно ее осматривая. – Вот ни разу не фитюлечка.

– Да чем бы она там ни была – зато с далековой пушкой справилась на раз-два!

Лицо Доктора посуровело, он снял очки.

– Это потому, что пушка была отсоединена от самого далека. Иначе бы отвертка ее не взяла.

В этот миг к ним вошел Боуман с Корал в фарватере. Он поглядел на перевернутого далека, потом на Доктора – более приветливым его взгляд от этого не стал.

– Он что здесь делает?

– Помогает нам, – ляпнул Скрам.

Боуман сделал скептическую рожу, а Доктор затряс головой.

– О, нет. На самом деле нет. Никакая это не помощь…

– Именно помощь, и очень большая, – Скрам показал на валяющуюся на верстаке пушку. – Вот это мы бы без него не смогли.

– Никому я не помогаю, – твердо сказал Доктор. – Просто не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. По крайней мере, большинство из вас, – добавил он, покосившись на Боумана.

Капитан с Корал обменялись взглядами, но промолчали. Наконец Боуман повернулся к Доктору спиной и обратился к Скраму:

– Ну, и как у нас дела?

– Мы готовы, шкип. Объект разоружен и зафиксирован. Силовое поле заблокирует любые попытки твари внутри запустить механизм самоуничтожения.

– Осталось только откупорить проклятую штуковину, – добавил Передний Край.

Боуман медленно обошел вокруг далека. Тот был абсолютно безжизнен: ни единого шевеления в оставшихся частях, ни проблеска света в индикаторах на верхней части головы.

– Вы уверены, что он там, внутри, живой?

– Есть только один способ выяснить.

– Хорошо, – кивнул Боуман. – Приступайте. У меня есть к нему несколько вопросов.

– Это бесполезно, – заметил Доктор.

Он стоял в дверном проеме, скрестив на груди руки.

– Нет никакого смысла допрашивать далека. Он не выдаст вам никакой информации. Нет способа заставить его разговориться.

Боуман посмотрел на него, задрав бровь.

– А ты когда-нибудь пробовал?

– Нет, – ответил Доктор после паузы.

Боуман повернулся назад, к Скраму.

– Открывайте.

Передний Край включил лазер и шагнул к далеку.

– Стойте! – вскричал Доктор. – Еще одно! Не забывайте, что машина – это еще и система жизнеобеспечения. Откройте ее и убьете того, кто внутри!

– Как будто меня это волнует, – Боуман пренебрежительно пожал плечами.

– Это убийство.

Все взгляды обратились на Доктора; в этот момент он точно знал, что они думают. Боуман высказал это вслух, за всех.

– А Стелла? Это ты как назовешь?

– Ты у нас теперь сочувствующий далекам, так, что ли? – ядовито поинтересовался Передний Край.

– Нет. Просто… – Доктор сделал глубокий вдох. – Просто это неправильно. И я в этом не участвую.

Боуман удовлетворенно улыбнулся, как будто его наихудшие мысли о Докторе только что подтвердились, и повернулся к нему спиной.

– Давайте, парни.

Передний Край шагнул вперед с лазером, но тут дорогу ему внезапно преградила Корал. Озадаченный Край выключил горелку, а на Доктора вдруг нахлынула надежда.

Однако Корал просто сказала:

– Это хочу сделать я. За Стеллу.

– Хорошо, – ответил Боуман. – Не мешайте ей.

Из пальцев Корал выскочили металлические когти; острые, как бритвы, они сверкнули в электрическом свете. Корал скользнула к далеку и, собрав пальцы, как лезвие ножа, нацелилась на середину плечевого сегмента, где встречались две половины орудийной платформы, а ниже (поскольку далек висел вниз головой) располагалась шейная секция. Тут был почти невидимый шов, меньше волоска шириной. Корал сузила алые глаза, а затем с взрывной силой вонзила руку в далека. Когти вгрызлись в металл, подняв фонтан яростных искр.

Все промолчали. В Докторе боролись отвращение и восхищение: для подобной операции когти должны быть прочнее алмаза и немыслимо острые, но даже и с таким орудием сосредоточенность и физическая сила требовались просто невероятные. А Корал тем временем запустила когти в проделанную прореху и как будто без особого усилия принялась раздирать две секции брони. Металл поначалу запротестовал, издавая кошмарный скрежещущий вой, но затем громко зашипел выходящий газ, и гидравлические моторы сами открыли далека изнутри. Сегменты доспеха разошлись в стороны на скрытых петлях и суставах.