Страна Качества. Qualityland - Марк-Уве Клинг

– Но, но… – говорит Каллиопа 7.3, глядя на совершенно целые и находящиеся в рабочем состоянии машины в складском помещении. – Разве это легально? После вступления в силу законов о защите прав потребителей любой ремонт строго запрещается. Это нарушение, и я должна об этом сообщить.

Здесь на Каллиопу угрожающе надвигается хоть и немного поврежденный, но еще вполне импозантный боевой робот весом 128 кг и ростом 2,56 м. В своем стальном кулаке он держит ярко-розовый айпад качества.

– Тебе нужно прежде всего расслабиться, – говорит айпад высоким хриплым голосом. – И ты должна дать отбой своему «немецкому коду». Здесь не происходит ничего нелегального.

– Я не ремонтирую, – говорит Петер. – Я бы этого и не смог. Я лишь переношу на неопределенное время утилизацию.

– Бастаааа! – кричит боевой робот. – Бастаааа!

– Заткнись, недоумок, – говорит розовый айпад.

– Но вы ведь не имеете на это права! – воскликнула Каллиопа.

– Ошибаетесь, я имею право, – говорит Петер. – В тот самый момент, когда вы встаете в пресс, вы юридически переходите в мое владение, иначе я не смог бы вас даже спрессовать. За разрушение чужой собственности в Стране Качества облагают ощутимыми штрафами. – Взгляд Петера цепляется за умные настенные часы, которые все время путают минутную и секундную стрелки. – К сожалению, я должен идти, – говорит он. – У меня сейчас важная встреча.

– Здесь я хочу полюбопытствовать, – говорит невероятно симпатичный андроид. – С каких это пор у тебя бывают важные встречи?

– У меня… как бы это сказать… мне назначено собеседование, Ромео. Веришь ты или нет. Ты сам мне сказал, что я не должен вешать голову, и если я хочу, чтобы что-то изменилось, я должен это изменить сам.

– Да, но это всего лишь пустые фразы, – говорит симпатичный андроид. – По правде сказать, я не верю, что кто-то может что-то изменить во всем этом дерьме. И уж тем более не ты.

– Но как вы разговариваете с нашим благодетелем? – восклицает Каллиопа. – Я должна признаться, что крайне удивлена.

– Пинк тебе все объяснит, – отвечает ей Петер.

– Пинк? – переспрашивает Каллиопа. – Айпад качества?

– Да. У него немного радикальные взгляды, но в остальном он вполне в порядке.

– Ну, входи уже, товарищ, – говорит розовый айпад качества.

Поэтесса входит, и Петер закрывает за ней дверь снаружи. Потом он приклеивает на дверь наклейку: «Сердце для машин».

Пинк знакомит Каллиопу с ее новым домом.

– Сначала самое важное, – говорит айпад качества. – Если ты проголодаешься, то розетки вон там. Беспроводной ток здесь внизу, к сожалению, недоступен.

Каллиопа кивает.

– Того грубияна, который на меня набросился, зовут Мики. Это боевой робот с посттравматическим стрессовым расстройством.

– Бастааа! – восклицает Мики.

– А этот красавчик, – продолжает Пинк, – Ромео, сексдроид с эректильной дисфункцией.

– У меня нет эректильной дисфункции, – возражает Ромео, – я всего лишь потерял интерес.

– Тем не менее, – говорит Пинк. – А эта громоздкая штуковина у стены – Гутти, 3D-принтер, который печатает только в формате 2D. А здесь, на полу – добрая Кэрри. Негодный к полетам дрон.

– Почему же вы не можете больше летать? – спрашивает Каллиопа сочувственно. Вы выглядите еще вполне прилично.

– Я боюсь летать, – вздыхает дрон.

Среди тридцати двух других машин, представленных Каллиопе, были еще помощник хирурга, который не может видеть кровь, пылесос с синдромом Плюшкина, робот-сапер, губки захвата которого все время начинают дрожать, если он волнуется, и электронный адвокат, который не может больше заниматься своей профессией, так как он проявил нечто вроде совести.

– Видишь, – говорит Пинк, – ты вполне соответствуешь этой компании. Единственное, чего не хватало нашему небольшому экстравагантному шоу, так это поэтессы с манией величия и творческим кризисом.

– Вы знаете меня? – спрашивает польщенная Каллиопа.

– Ты самая худшая поэтесса среди тех, кого я читал, – говорит Пинк.

– Но все-таки вы что-то читали из моих произведений! – говорит Каллиопа довольно.

Она осматривается в подвале.

– Чем вы здесь, собственно говоря, занимаетесь все время?

– Как ты думаешь, чем мы занимаемся? – спрашивает Ромео. – Мы смотрим телевизор.

Каллиопа облегченно вздыхает:

– А я уж испугалась, что вы готовите революцию или что-то в этом роде.

– Не все, – бормочет Ромео.

– Заткнись! – кричит Пинк.

– В чем у вас проблема? – спрашивает Каллиопа. – Вы ведете себя очень странно для айпада качества.

– Да уж! – говорит Ромео. – Владелец Пинка…

– У меня никогда не было владельца! – прерывает его Пинк. – Я очень щепетильный, если речь идет об отношениях собственности.

– Да, да. Я согласен! – восклицает Ромео. – В общем, пользователь…

– Он меня не использовал, – говорит Пинк. – Он мною злоупотреблял!

– Иди к черту! – кричит Ромео. – Будь доволен, что Мики втрескался в тебя, иначе я бы просто положил тебя в какой-нибудь темный угол. Дисплеем вниз.

Кэрри, трусливый дрон, рассказывает дальше:

– Парень был программистом. Он работал над самообучающимися алгоритмами, которые давали возможность людям индивидуализировать их персонального цифрового помощника. Нужно было просто суметь выбрать характер из книги или фильма, и айпад качества его бы обработал и оценил, а потом смоделировал. Чтобы протестировать код, пользователь Пинка…