Европейское путешествие леди-монстров - Теодора Госс

Она отошла от кафедры. На ее место встала Айша.

Мэри сразу поняла, что это Айша. Она была совершенно такой, какой и должна быть жрица Изиды. Высокий рост – она была почти с Жюстину, – смуглая кожа нубийки, острые скулы и большие темные глаза, знакомые всем по рисункам на египетских гробницах. Волосы были заплетены в сотню длинных черных косичек, спадавших ниже талии. На ней было платье из золотой парчи, словно сохранившееся со времен фараонов.

Беатриче: – На самом деле это было robe à l’Egyptienne от House of Worth. Мистер Уорт говорил мне, что после недавних археологических открытий профессора Флиндерса Питри все египетское должно войти в моду – и в одежде, и в украшениях, и в архитектуре, – и так и вышло!

Айша подошла к кафедре грациозной походкой, с видом властным и уверенным – точно кобра перед прыжком.

Мэри: – Тебе не кажется, что это звучит не слишком доброжелательно?

Кэтрин: – Но она же и правда так двигается, а кобры – очень красивые животные. И полезные – уничтожают грызунов, как и кошки.

Мэри: – Ты единственный человек на свете, для которого сравнение со змеей – комплимент.

Кэтрин: – К тому же она и опасная, как кобра. Это ведь тоже нельзя отрицать.

– Добро пожаловать, – проговорила Айша. – Willkommen. Bienvenue. А тем, кто недавно принят в общество, – konnichiwa. – Казалось, она на всех языках говорит одинаково безупречно, хотя голос у нее звучал как-то по-особенному музыкально, и от этого в ее выговоре, по крайней мере в английском, все же чувствовалось что-то иностранное. Голос был глубокий, сильный – его было слышно во всем зале. – Вы пришли сюда слушать не меня, а друг друга, поэтому я буду краткой. Вот уже пятнадцатый год, как я имею честь быть вашим президентом. За это время мы добились значительных успехов в привлечении новых членов, как в Европе, так и в тех странах, где до сих пор не было филиала Société des Alchimistes. С радостью и гордостью я объявляю об открытии новых филиалов в Родезии и Японской империи, имеющих давние и почтенные традиции алхимического мастерства – даже более древние, чем в европейских странах. Не могли бы представители японской и родезийской делегации встать?

Две группы людей в разных концах зала встали с мест и раскланялись. Им долго хлопали. Мэри тоже захлопала бы – механически, как всегда бывает, когда хлопают другие, но она все еще держала за руку Люсинду.

– Благодарю вас. Кроме того, я должна с не меньшей гордостью отметить, что за этот год у нас возросло количество женщин в обществе и их роль в исследованиях. – Тут вновь раздались аплодисменты и прозвучало несколько одобрительных выкриков. – Мы создаем научное общество, уверенно вступающее в двадцатый век. За время моего пребывания на посту президента мы совершили открытия, которые принесут неисчислимые блага для человечества, и при этом сохранили верность важнейшим принципам алхимических исследований. Эти исследования должны продолжаться – процесс познания невозможно остановить, – но их следует проводить так, чтобы не подрывать репутацию общества. Я горжусь тем, чего наше общество достигло за свою долгую историю, и новыми достижениями, к которым оно стремится. Новый век уже на пороге. На всех заседаниях, которые мы проведем на этой неделе, я призываю вас слушать друг друга, учиться друг у друга и думать о том, как вы и ваши коллеги можете расширить границы человеческих знаний. Я хотела бы еще раз поблагодарить Венгерскую академию наук за предоставленную нам возможность собираться в этом здании, особенно для наших ежегодных конференций. Профессор Вамбери, вы не могли бы передать мою благодарность академии? – Она взглянула на одного из мужчин, сидевших за столом справа от нее (это, должно быть, он и есть, подумала Мэри), с острой бородкой и усами. Он кивнул и улыбнулся.

– Итак, остались ли у нас какие-то нерешенные вопросы?

Один человек встал. И не просто человек – это был доктор Сьюард.

– Я хотел бы предложить восстановить английский филиал общества.

Еще один человек, сидевший рядом со Сьюардом, тоже поднялся. Он был старше – седовласый, добродушного вида. Ван Хельсинг.

– Мадам президент. Я поддерживаю ходатайство доктора Сьюарда и предлагаю также отменить процедуру предварительного одобрения экспериментов по биологической трансмутации. – Он говорил с акцентом – Мэри решила, что с голландским, так как он был очень похож на тот, что у Люсинды. – Эти два вопроса неразрывно связаны между собой. Ограничения на такого рода эксперименты вступили в силу тогда же, когда английский филиал был, как вы выражаетесь, расформирован, и причина тому была одна – деятельность доктора Генри Джекилла. Я прошу отметить, что с тех пор у нас не возникало никаких осложнений, и нет никаких причин вынуждать членов нашего общества проходить эту процедуру из-за действий одного человека. В частности, мои предложения не раз отвергались…

– Вот как, профессор Ван Хельсинг? – сказала Айша. – Мне кажется, оба этих ходатайства следует отнести скорее к новым вопросам, так как сейчас они не обсуждаются ни в одном из наших комитетов и не находятся на рассмотрении совета общества.

– Однако мы это обсуждали уже не раз, мадам президент… – В голосе Ван Хельсинга звучало раздражение.

– Как бы то ни было, если вы выдвинули эти ходатайства, члены общества, безусловно, могут обсудить их сейчас. Прежде всего – кто-нибудь еще поддерживает эти предложения?

– Поддерживаю, – сказал Арминий Вамбери.

– Что ж, – сказала Айша. – Оба ходатайства открыты для обсуждения. Не могли бы вы сказать, профессор Ван Хельсинг, почему вы считаете, что такие эксперименты должны проводиться без предварительного одобрения общества? Неужели эта процедура столь обременительна?

В ее голосе послышалась какая-то… жесткая нотка. Мэри вдруг подумала: «Айша играет с ним, как кошка с мышкой».

Ван Хельсинг ответил, оглянувшись по сторонам, словно говорил для всего зала и обращался ко всем сразу:

– Эта процедура слишком громоздка, и в ней нет никакой необходимости. После неудачного опыта доктора Джекилла у нас не возникало никаких осложнений, связанных с биологической трансмутацией. Члены этого общества проводили такие эксперименты успешно и получали великолепные результаты. Я и сам ходатайствовал о проведении таких экспериментов, и в числе представленных документов были…

– Профессор, вы считаете исследования доктора Моро безопасными и успешными? Я дала согласие на его эксперименты, так как они проводились на ограниченной территории, имели четко сформулированные цели и методы… И сами видите, что из этого вышло.

– Едва ли Моро можно винить в том, что дикое животное вышло из повиновения и напало на него! – сказал Сьюард. – Мадам президент, стремление к научным изысканиям почти всегда сопряжено с непредвиденными последствиями. Должны ли мы подавлять в себе стремление к знанию только из-за того, что иногда оно толкает нас на опасные пути? Вы ведь сами когда-то сказали…