Астарта. Корабль чокнутых трупов - Марк Романов

– Никогда бы не подумал, что простой энергетический щит способен поглотить человеческую душу, – задумчиво произнес Инквизитор, неторопливо прохаживаясь по командной рубке. – Надо же, как причудлива природа…

– Подумал ёжик, слезая с кактуса, – едва слышно буркнул Шпеер.

– Вы что-то сказали, господин Шпеер? – Инквизитор остановился и посмотрел на капитана штурмовой группы.

Морис отрицательно покачал головой.

– А почему вы предпочли включить атмосферные щиты с поверхности планет, а не орбитальные, скажем, сигналом с околоземных временных баз? – спросил Инквизитор.

– А толку от них? – кисло высказался Шпеер. – Нам важно, чтобы в рядах противника не прибывало, а не то, чтобы его с планеты не убывало. Если лиловые поднимутся с поверхности, они просто исчезнут, растворятся во временных коридорах, и так и будут выпрыгивать черт знает откуда и черт знает куда. Пока нам везло, и руководитель проекта, полковник Романов, еще не принялся всерьез контролировать нашествие своих подопечных по всей галактике, но это ненадолго.

– Вы же понимаете, что мы обречены? – внезапно спросил его Инквизитор.

– Да, – без тени бравады и сомнения сказал Шпеер. – Но вопрос, как всегда, во времени, а не в результате.

– Капитан, – раздался из динамиков голос корабельного искина линкора, – на связи раута, просят капитана Шпеера, находящегося на борту.

– Дайте связь, – подскочил к пульту Инквизитор. На экране прямо перед Морисом появилось изображение старого раута, показавшегося Морису смутно знакомым. Он, конечно, понимал, что вряд ли когда-либо мог видеть чужого, да и все раута, если честно, были для Шпеера на одно лицо, а точнее, морду.

– Человек по имени Шпеер, с тобой говорит командир объединенного флота раута, – раздался пропущенный через механический переводчик голос чужого, – мы решили принять твое предложение и присоединить свои войска к человеческим.

Морис едва не подпрыгнул в кресле второго пилота, на месте которого сидел.

– Почему? – задал он вопрос, сдерживая эмоции.

– Мы поняли, что победы не будет, – флегматично произнес раута, пошевелив длинными седыми усиками, – и эта битва – единственный способ уйти достойно. Мы все, от детей до стариков, положим наши хвосты и когти на то, чтобы победить, но каждый из нас знает, что это его последний бой. А перед Смертью надо представать достойно.

«Гребаные фаталисты, – скрипнул зубами Шпеер, – без вашей философии и так тошно, а тут еще вы, с детьми и стариками».

– Человек по имени Шпеер, – продолжил старый раута, – я не хочу, чтобы ты думал, будто мы избрали тебя возможностью умереть. Каждый из нас скорее отрежет себе хвост, чем сдастся в плен или побежит с поля боя, но ты должен знать: мы присоединились бы к тебе и в случае возможной победы.

Конструкция предложения показалась Морису весьма странной. По всему получалось, что для раута смерть была более достойной и почитаемой, чем возможность одержать победу и спокойно умереть в своей постели, но они выражали свое уважение согласием принять участие в схватке с возможной победой.

«Кодекс Бусидо, – всплыло в памяти Шпеера старинное название свода правил прошлых веков, – долбанный свод долбанных правил долбанных самураев».

– Я почту за честь сражаться и умереть рядом с каждым из раута, – поднявшись на ноги, склонился в поклоне Шпеер, вытянув руки вдоль тела. Он смотрел прямо в глаза чужого, который, казалось, был приятно удивлен поведением человека.

– Каждый из раута почтет за честь сражаться и умереть рядом с любым из людей, – вытянув острую морду, медленно кивнул раута.

Они замерли в почтительных позах на несколько секунд, а потом разошлись по местам. Морис сел обратно в кресло, а старый раута снова прижал морду к груди, взирая на собеседника исподлобья.

– Последнее, что я хочу сообщить тебе, человек по имени Шпеер, – разлетелся по рубке механический голос переводчика, – это то, что мы знаем с твоих слов о базе в поясе астероидов в XXI веке. Но ты должен знать – наши разведчики из числа уцелевших рассказали, что бой идет не в одной временной координате. Мы просим помощи в переброске к месту решающей схватки, человек по имени Шпеер.

– Разве у раута нет тайм-приводов? – растерялся Морис, перехватив напряженный взгляд Инквизитора, молчавшего все это время.

– Есть, но не на всех кораблях. Наша религия не одобряет перемен в линии жизни, к которым может привести пользование тайм-приводом. Конечно, мы бы не сумели адаптироваться и выжить в настоящем времени, если бы полностью придерживались догм прошлого, что уже однажды погубило наши родные планеты. Но и оборудовать каждый истребитель тайм-приводом мы не сумели. И потому, я прошу тебя, человек по имени Шпеер, взять на борт своих истребителей по несколько особей раута, которые смогли бы высадиться на орбитальной базе и продолжить бой самостоятельно. Все имеющие тайм-привод корабли мы, конечно же, предоставим, но нас слишком много для имеющихся боевых единиц флота.

– Мы ждем вас на борту, командир, – кивнул Шпеер, отключая связь. Инквизитор задумчиво смотрел на Мориса, словно хотел что-то сказать, но так и не решался.

– Вы знакомы с религией раута, господин Шпеер? – наконец, решился он на вопрос.

– Нет, – Морис поднялся на ноги, устремив взгляд на интерактивную карту, на которой то и дело менялись данные, – я знаком с желанием умереть достойно.