Империя должна умереть - Михаил Зыгарь

13 февраля Союз русского народа устраивает масленичные гуляния, которые быстро превращаются в митинг. Обстановка, вспоминают очевидцы, крайне наэлектризованная. Сначала слово берет московский издатель Грингмут – и в своей речи громит Витте. Затем выходит Дубровин – и выступает еще резче, говорит, что якобы Витте посадил царя в клетку. Толпа приходит в исступление: «Где живет Витте? Пойдем, убьем его!» Только чудом удается избежать погрома в Петербурге.

Начиная с октября 1905 года погромы происходят по всей России – если раньше молва приписывала их организацию МВД, то теперь считается, что это – дело рук черносотенцев из Союза русского народа. Бывшие члены Союза из ближайшего окружения Дубровина, которые отошли от организации, поссорившись с ним, вспоминают, будто типография Дубровина печатает не только газету «Русское знамя», но и брошюры с призывом бить евреев-социалистов. Их рассылают по всей черте оседлости.

Именно доктор Дубровин начинает продвигать идею, что победить революцию можно только ее методами. Если революционеры вооружены и пытаются поднять восстания в разных точках страны, не надо ждать, пока мятеж вспыхнет. Надо быть готовыми в любой момент его подавить, надо, чтобы «союзники» всегда были на страже, в любой момент были готовы с оружием в руках защищать Веру, Царя и Отечество.

Уже в декабре 1905 года идея Дубровина начинает воплощаться в жизнь – создаются боевые дружины Союза русского народа. Каждому члену выдается оружие – и занимается этим МВД. Порядок получения оружия такой: член Союза пишет прошение в департамент полиции – но отдает его своему непосредственному руководителю в Союзе. Заявки организованно поступают в министерство, и оно выдает Союзу партию оружия, которое уже распределяется между его членами. Хранится оружие в подвале дома Дубровина, под роспись его выдают дружинникам. Курирует создание дружин градоначальник фон дер Лауниц.

Один из членов Союза русского народа, который вскоре начнет спорить с Дубровиным за лидерство, Николай Марков, считает, что это первая в мировой истории фашистская организация (Марков говорит об этом с гордостью): «Народное движение это задолго до возникновения Фашистского и Национал-Социалистического Движений, является их точным прообразом… Как и тут, у Союза Русского Народа шла борьба за овладение улицей, и Русским могучим кулаком против бомб и браунингов он так угостил по черепу иудо-масонскую революцию того времени, что на многие годы она спряталась в подполье, не смея оттуда показать своего носа».

Все это Марков напишет через 32 года, в 1937 году в Берлине, когда будет горячим сторонником Гитлера. Изобретение фашизма он будет сравнивать с изобретением электрической лампочки: «Мы, Русские, своих изобретений до конца обыкновенно не доводим. Изобрел, например, электрическую лампочку еще задолго до Эдисона, наш соотечественник Яблочков, – казалось, все в порядке, лампочка даже горела, все удивлялись и ахали, а дальше дело не пошло. Потом уже явился Эдисон и изобрел то же самое, что Яблочков. Вот и союз русского Народа составился из тех же Яблочков, смутно осознавших в своем уме необходимость противопоставления интернациональному злу идеи национально-народной».

В целом Марков абсолютно прав: Союз русского народа – одновременно антимарксистское и антилиберальное движение, он исповедует популистский ультранационализм, романтизирует насилие и отвергает какие-либо демократические ценности. В январе – феврале 1906 года, когда начинается подготовка к выборам в Государственную думу, для Дубровина нет никакой дилеммы – он не признает никаких выборов, Союз русского народа не будет принимать участия, поскольку считает, что Россия должна управляться самодержавно и никакая Государственная дума императору не нужна.