Империя должна умереть - Михаил Зыгарь

В день похорон министра Сипягина три человека идут на кладбище. Они без цветов и им совсем нет дела до покойного. Зато они знают Степана Балмашева, его убийцу. Годом раньше Балмашева отчислили из Киевского университета за участие в демонстрации протеста и отправили в солдаты. Потом, правда, помиловали и даже приняли в университет обратно. Но поздно – он уже увлекся идеей террора ради будущего страны.

Эти трое – Григорий Гершуни, поручик Григорьев и его жена Юлия Юрковская. Все они члены Боевой организации социалистов-революционеров и все очень недовольны случившимся.

Гершуни придумал всю операцию, но, по его замыслу, это должно было стать двойным убийством: в то время как к Сипягину должен был подойти «молодой адъютант от великого князя Сергея» (эту роль исполнял Балмашев), к Победоносцеву направлялся «старец генерал флигель-адъютант». Но Победоносцев случайно спасся – как вспоминает Гершуни, «телеграф перепутал две буквы фамилии адресата телеграммы, в которой назначалось свидание к известному часу. Телеграмма, вследствие этого, не была получена». Для Гершуни это огромное разочарование. Он вспоминает, что «в то время, как весь Петербург ликовал по поводу удачного акта Степана Балмашева, организация испытывала муки нелепого провала – победоносцевской неудачи».

После провала с двойным терактом Гершуни принимает решение быстро отправить всех членов Боевой организации подальше из Петербурга – шансов на вторую попытку нет, 2 апреля было последним днем заседания комитета министров перед каникулами.

Григорьев и Юрковская тоже разочарованы, но тем, что Гершуни не взял их в дело и Сипягин был убит без их участия. 3 апреля Гершуни приходит к Григорьеву и Юрковской, чтобы поторопить их с отъездом. Юрковская встречает его «мрачная как ночь». Она мечтала принять участие в теракте: «Я ведь думала, если будет дело, то мне поручат… Почему же от меня скрыли и не доверили мне это сделать?.. А я так надеялась, так жила этим…»

В итоге супруги говорят Гершуни, что теперь они совершат новое убийство самостоятельно. Руководитель Боевой организации решает помочь: вместе они планируют новое двойное убийство на похоронах Сипягина. Григорьев в форме офицера должен убить Победоносцева, а его жена – столичного градоначальника Клейгельса, виновника побоища у Казанского собора.

Вечером накануне покушения Григорьев и Юрковская жгут документы и пишут в гостиничном номере свои краткие биографии и предсмертные письма – обращения к потомкам. Такое же письмо – тоже по просьбе Гершуни – перед убийством Сипягина писал и Балмашев.

Гершуни доводит обоих до кладбища и уходит. Но никаких новостей об убийстве Победоносцева нет – ни в этот день, ни в следующий. Гершуни идет к домой к Григорьеву и Юрковской, те оправдываются, что не увидели Победоносцева – или его не было, или не удалось пробраться к нему. Тогда Гершуни уезжает из Петербурга, надеясь никогда больше их не увидеть.

О готовившемся покушении Победоносцев узнает еще не скоро. Убийца Сипягина студент Балмашев приговаривается к повешению. Его мать обращается к императору с просьбой о помиловании, но Николай II решает, что отменит смертную казнь, только если с прошением обратится сам приговоренный. Балмашев отказывается.

Сестра императрицы Элла (теперь ее чаще называют великой княгиней Елизаветой Федоровной) внимательно следит за этим судебным процессом и возмущается. «Неужели нельзя судить этих животных полевым судом? – пишет она Николаю II. – Необходимо сделать все, чтобы не допустить превращения их в героев… чтобы убить в них желание рисковать своей жизнью (я считаю, что пусть бы он лучше заплатил своей жизнью и таким образом исчез!) Но кто он и что он, пусть никто не знает». Совсем скоро она изменит свои взгляды и даже будет просить о помиловании другого террориста.