Орден тамплиеров. История братства рыцарей Храма и лондонского Темпла - Чарльз Эддисон

В период, когда был распущен орден Храма, произошло обособление Суда общих тяжб от Curia Regis, Королевского суда, располагавшегося в Вестминстере. Опустевшая обитель рыцарей-тамплиеров, находившаяся по ту сторону Темзы, вдали от городского шума и суеты, как нельзя лучше подходила для зарождающейся корпорации юристов. На шестом году правления Эдуарда III (1333) сообщество правоведов избрало Темпл своим убежищем и надолго обосновалось в нем. Корпорация пустила корни в благодатную почву, подготовленную несколькими поколениями рыцарей, и, впитав дух священного места, стала стремительно развиваться. Неудивительно, что вскоре судьи Суда общих тяжб, первыми из представителей гражданских профессий, удостоились рыцарского звания^[669], а профессора общего права, имевшие исключительную привилегию практиковать в этом суде, – звания, или степени, frères serjens (братьев-сержантов) или fratres servientes (услужающих братьев). Таким образом, законоведы, унаследовавшие иерархию рыцарей-тамплиеров, сохранили и увековечили традиции святого братства.

Верно, что слова serviens, serjen, или serjeant использовали применительно к ученым правоведам задолго до правления Эдуарда III, но не для обозначения членов привилегированного братства. Так называли не только адвокатов, но и всех тех, кто исполнял какую-либо работу для другого, начиная от serviens domini regis ad legem («служителя короля в вопросах закона»), который представлял государя в судах графств, кончая serviens или serjen, который шествовал с жезлом впереди «супруги» вышеупомянутого патриарха по улицам Иерусалима^[670]. Священника, служившего Господу, называли serjens de Dieu, а влюбленных – serjens d’amour^[671]. Во времена тамплиеров frères serjens armigeri или fratres servientes des armes были членами могущественного братства, все они происходили из знатных семей и относились к привилегированному классу. Каждому брату военно-религиозного ордена полагался конь и плащ с алым крестом^[672], они пользовались всеми привилегиями братства и могли претендовать на пост прецептора. Знатные и могущественные миряне и светские рыцари жертвовали ордену земли и большие суммы денег, чтобы быть в числе союзников, или духовных братьев, самого влиятельного ордена того времени.

Братья ордена Храма носили льняные койфы и красные шапочки из валяной шерсти поверх них^[673]. Принимая в братство нового члена, магистр Храма покрывал голову неофита означенным головным убором и набрасывал на его плечи белую орденскую мантию; затем новопринятый, сидя на земле, получал наставление и выслушивал полный свод предписаний и своих обязанностей в качестве полноправного члена братства^[674]. Он клялся, что, вступив в новую жизнь, будет соблюдать целомудрие и оставаться незапятнанными, как белая орденская мантия на его плечах, символ чистоты и беспорочного служения, что будет во всем повиноваться магистру и братьям, защищать слабых, помогать нуждающимся, почитать стариков и творить добро.

Среди членов привилегированного сообщества юристов, как и когда-то среди храмовников, бытует любезное обращение «брат». Церемония принятия в юридическое братство, которая совершается под сводами древней церкви Темпла, имеет поразительное сходство со старинным ритуалом посвящения в военно-религиозный орден тамплиеров: «Capitalis Justitiarius (Верховные Судьи), – говорится в манускрипте времен Генриха VII о церемонии посвящения в serjeants-atlaw, – памятуя о добрых традициях предшественников, возлагали на главу посвящаемого белый койф^[675], покров белый и чистый, символ добродетельного и беспорочного служения, и присваивали звание servientes ad legem»^[676].

Подобно магистру Храма, верховный судья призывает свято чтить и неукоснительно соблюдать нравственные и религиозные требования их профессии: «Будьте верны избранной стезе, ибо вы призваны Господом служить справедливости; почитайте вышестоящих и проявляйте милосердие к бедным». Один из пассажей наставления начинается со слов знаменитой папской буллы, даровавшей тамплиерам их беспрецедентные духовные и материальные привилегии «Omne datum optimum et omne donum perfectum desursum est descendens a patre luminum, etc.» («Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены» и т. д. и т. п.)^[677].

Устав строго предписывал братьям ордена Храма «в безмолвии есть хлеб свой» («Положи, Господи, хранение устом моим, и дверь ограждения о устнах моих» [Пс., 140: 3]); также и братьям – служителям закона, принятым в корпорацию, предписывалось во время совместной трапезы сохранять «серьезность, рассудительность и без особой надобности не отворять уста».

После того как юристы общего права обосновались в Темпле, их ряды стали стремительно пополняться; в период между правлениями Ричарда II и Генриха VI сообщество разделилось на две корпорации, или два инна^[678], – Иннер Темпл и Миддл Темпл. «В царствование короля Генриха VI, – говорится в манускрипте времен Карла I, – их стало столь много, что управлять ими стало весьма неудобно, да и старый Темпл-Холл не мог вместить всех их разом, и потому им пришлось разделиться. Тогда и был выстроен новый Темпл-Холл, ныне именуемый Юниор Темпл-Холлом. Часть тех, кто ранее трапезовал в старом Темпл-Холле, переместилась в новый; со временем они стали отдельным и самостоятельным сообществом».