Марш Смерти Русского охранного корпуса - Андрей Самцевич

В Больеваце людям Фишера пришлось столкнуться с частями 52-й стрелковой дивизии, 431-й и 439-й стрелковые полки который при поддержке артиллерии вели наступление на город. Бой завязался поздним вечером 7 октября, при этом, по советским данным, удерживавшие оборону немцы оказывали ожесточенное сопротивление и в полночь перешли в контратаку, отбросив наступавших. В течение всей ночи шел ожесточенный огневой бой, к 8.00 утра красноармейцам удалось восстановить положение. Тяжелейшие уличные бои за «каждый дом, кустик, канаву» продолжались до самого вечера, и лишь в 19.00 город и железнодорожная станция были оставлены Вермахтом^[797].

Советские потери в этих боях были значительны, хотя крайне сложно сказать, какой их процент был нанесен шуцкоровцами. Точно известно, что в Подгораце были похоронены 29 красноармейцев 1037-го полка, погибших при штурме села. Не менее 20 военнослужащих разных частей 223-й дивизии (в том числе два офицера) были убиты или смертельно ранены 7–8 октября под Боговиной. И, наконец, 17 человек рядового и сержантского состава, среди которых два номера орудийных расчетов 1041-го стрелкового и 818-го артиллерийского полков, в те же дни пропали без вести (в том числе под Подгорацем). Один из пропавших позже вернулся в часть, а двое были освобождены из плена после войны. Принимая во внимание, что район боев полностью остался за советской стороной, можно предполагать, что в случае с остальными речь так же идет о пленных или перебежчиках. Штурм Больеваца, по неполным данным, стоил 52-й дивизии 16 погибшими, включая трех офицеров^[798].

Ситуация на белградском направлении тем временем продолжала стремительно развиваться в худшую для немецких войск сторону, из-за чего генералом Фельбером было принято решение об эвакуации ставки командования на юго-востоке в Кральево^[799]. Туда же предполагалось передислоцировать и штаб РОК со всеми оказавшимися в сербской столице русскими подразделениями. Первый эшелон с караульной, запасной и рабочей ротами батальона «Белград», а также 1-й и 2-й ротами 2-го полка был отправлен удачно, но дальнейшая реализация плана была сорвана: по мере выхода на оперативный простор и приближению к Белграду советское командование вводило в действие многочисленные танково-механизированные части. На их пути оказались и шуцкоровцы.

С началом советского наступления в Пожареваце на базе штаба 2-го полка была сформирована сводная группа в 70 человек с двумя ручными пулеметами и минометом без прислуги из всех «оказавшихся под рукой» русских военнослужащих, включавшая 18 слушателей унтер-офицерских курсов, 14 человек из взвода выздоравливавших и 14 этапных. Кроме того, имелись саперный взвод (57 солдат и офицеров, два ручных и тяжелый пулемет) и взвод связи из 24 человек^[800].

Чуть позже к ним присоединился тяжелый взвод I батальона 4-го полка под командованием лейтенанта Владимира Вишневского. Служивший в его рядах буковинский комсомолец Павлюк впоследствии давал достаточно путаные показания, из которых можно сделать вывод, что после ротации на Белом Камне подразделение отправили в Белград, а потом – на фронт, но в Пожареваце сняли с поезда и выдали новое немецкое оружие. Тогда же стало известно о положении на фронте, что привело к дезертирству. Сам Павлюк, в составе группы из 12 беглецов попал к четникам, которые передали их румынским пограничникам, а те после допроса отправили пленных в штаб 94-го пехотного полка в Оршаве. Оттуда они попали в распоряжение советского военного коменданта^[801].

6 октября саперный и тяжелый взводы совместно с подразделениями 4-го полка СДК участвовали в рейде на Петровац (32 км юго-восточнее Пожареваца) и, рассеяв партизан, заняли его^[802]. Спустя два дня город был захвачен внезапной атакой усиленного 3-го батальона 5-й гвардейской мотострелковой бригады

и 226-го стрелкового полка 93-й стрелковой дивизии Красной армии. В советских документах можно найти крайне противоречивые сведения об участии РОКовцев в этом бою. Так, согласно журналу боевых действий мотострелковой бригады, в 10.00 наступающие завязали бой с «группой противника численностью до 500 солдат и офицеров (состав из калмыков, итальянцев и русских белогвардейцев)». После часового боя обороняющиеся, потеряв около 100 человек убитыми и 50 пленными, были выбиты из города и рассеяны. В журналах вышестоящих инстанций (57-й армии и 3-го Украинского фронта) говорится о том, что 40 захваченных пленных были из состава 4-го полка РОК. Но в аналогичном документе 93-й дивизии говориться лишь о разгроме «банды Михайловича в 100 человек», хотя и подтверждается взятие 40 пленных^[803].

По данным сербских источников, в городе находился III батальон 4-го полка СДК под командованием капитана Аце Стойковича. Накануне, во время возвращения с акции на базу в Пожареваце, он получил сигнал о помощи от группы четников Синиши Оцокольича (вероятно, союзников), блокированных в Петроваце партизанами. Деблокировав окруженных, батальон, вместо продолжения марша, заночевал в городе. Ночью четники скрылись, а добровольцы утром были атакованы и разбиты советскими частями. В числе пленных оказался и капитан Стойкович^[804]. Похоже, что русских к моменту начала боя в городке уже не было. В тот же день штаб 2-го полка вместе со взводом Вишневского получил приказ срочно покинуть Пожаревац. Бросив в хаосе эвакуации архив, они вечером следующего дня прибыли в Белград.

С другой стороны, того же 8 октября в шумадийском Марковаце 3-й батальон 5-й мотострелковой бригады действительно столкнулся с шуцкоровцами – вероятно, описания этих двух боев в журнале боевых действий «наложились» друг на друга. Их противником была сводная группа из 10-й и 11-й рот 2-го полка, роты связи и транспортной колонны батальона «Белград» (начальник – гауптман Николай Мамонтов), утром покинувшая сербскую столицу и железной дорогой отправленная в район Кральево. Поздним вечером поезд подошел к Марковцу, где люди были выгружены и получили приказ коменданта станции контратакой отбросить наступающие советские войска. Русские смогли очистить село, но поняв, что имеют дело с авангардом механизированной колонны, отступили к станции. Эшелона там уже не было – один из цальмейстеров, ехавших в составе, приказал машинисту уводить его в Лапово. Уехали и около 50 шуцкоровцев, в основном ездовые транспортной колонны и те, кто успел заскочить в уходящий состав. В данной ситуации группа отступила к Велика Плана. 10-я рота лишилась четырех человек пропавшими без вести (включая счетовода роты немецкого унтер-офицера Бестфалена)^[805].