Марш Смерти Русского охранного корпуса - Андрей Самцевич

Под огневым прикрытием партизаны «тройками» стали растекаться по городу, уличный бой постепенно сдвигался к его центру. Из окон и с крыш по оборонявшимся стреляли многие местные жители. Прорвавшиеся к шабацкому шоссе повстанцы у железнодорожной станции атаковали ожидавшую погрузки автоколонну, но были отброшены сходящимся ударом 2-й шуцкоровской роты с фронта и роты «тодовцев» с фланга. После этого, примерно в 22.00, части гарнизона начали отходить из города. Прикрытие осуществлялось 1-й русской ротой северо-западнее шоссе и 10-й – юго-восточнее. В общей сложности бой стоил РОК семь убитыми и 23 ранеными солдат и унтер-офицеров^[738].

Воспоминания о событиях той ночи оставил молодой солдат 1-го полка Олег Мокиевский-Зубок, поступивший на службу во взвод связи днем ранее. В связи с эвакуацией тыловых частей ему успели выдать лишь винтовку с подсумками, пилотку и плащ-палатку, временно оставив переводчиком при его отце – полковом враче штаб-арцте Льве Мокиевском-Зубок. «Стрельба вокруг города все усиливалась. Только мы уселись, как была объявлена тревога и дан приказ всем стягиваться в районе вокзала. Уже стемнело, и трассирующие пули со всех сторон стали прорезать пустынные улицы города.

Мы с отцом направились на вокзал, к грузовым машинам (одна из них – санитарная), гуськом стоявшим вдоль дороги. Казалось, будто никого вокруг нет и только мы одни движемся по неглубокой канаве, вырытой вдоль дороги. Неожиданно я на что-то наступил. Ступил дальше – снова. Присмотрелся – вижу лежат люди. Оказалось, что здесь залегли чины Сербской стражи (по их темно-зеленого цвета форме в народе их называли «зеленбачи» – это вид зеленой ящерицы).

Когда мы уже приблизились к грузовикам, в шагах тридцати от нас раздался клич: «Напред, другови!» (Товарищи, вперед!), – и затрещал автомат, но, к счастью, очередь прошла выше наших голов. Я «обновил» свою винтовку, стоя дав три выстрела в направлении вспышек. Ответа оттуда не последовало. «Зеленбачи» же не сделали ни одного выстрела. Остановившись у какого-то забора, мы были начеку»^[739].

Югославские источники подтверждают ожесточенное сопротивление в городе, особенно в северо-западной его части и у железнодорожной станции. Наиболее упорно сражались именно русские. Как следствие, потери наступавших были значительны – I бригада лишилась около 15 человек убитыми и ранеными, IV – двух убитых и пять раненых, полных данных об уроне II нам найти не удалось^[740].

Следующий оборонительный рубеж люди Зборовского заняли у городка Лешница (куда заблаговременно был эвакуирован полковой обоз), используя в качестве естественного прикрытия реку Ядар. Бой пришлось принять практически сразу – к обороняемому русскими мосту вышли партизаны V Воеводинской бригады 36-й дивизии. В ночном бою их задачей было обеспечение действий 16-й дивизии посредством захвата станции Липница и уничтожения железнодорожного моста рядом с ней. Объект защищался группой четников и небольшой немецкой командой, поэтому выполнение задачи для повстанцев труда не составило. К рассвету их передовой взвод вышел к мосту, а одно из отделений без опаски вступило на него, где сразу же попало под огонь залегших на противоположном берегу шуцкоровцев. В числе погибших был политический руководитель («делегат») взвода Йован Яковлевич, убитый первыми же выстрелами^[741].

Вступившая в упорное противостояние с 1-м полком V бригада была достаточно сильным формированием.

На 15 сентября она насчитывала 342 человека личного состава и имела на вооружении 135 винтовок, 120 пистолетов-пулеметов, 40 пулеметов (33 «Брен», четыре единых MG, два ZB и один авиационный), 23 пистолета, четыре противотанковых ружья, тяжелый и три легких миномета^[742].

В течение всего дня 24 сентября стороны активных действий не предпринимали и лишь в 23.00 повстанцы атаковали позиции 1-го полка. Упорный бой длился до 4.00 утра, когда русские отступили к окраинам Лешницы. Но уже в 6.40 шуцкоровцы перешли в контратаку и отбросили противника за Ядар, захватив два ручных пулемета и противотанковое ружье. Потери составили пять убитыми, 13 ранеными и контуженными (включая лейтенантов Дмитрия Колышкина и Николая Тропинина) и одного пропавшим без вести^[743]. Партизанский удар наносился тремя батальонами, два из которых наступали на мост фронтально, а третий, переправившись через реку, атаковал левый фланг окопавшихся русских. Даже несмотря на это, «воеводинцы» смогли захватить и разрушить мост лишь после четвертой атаки. Им неудачное наступление стоило шести убитыми и восьми ранеными^[744].

Обер-лейтенант Николаев писал о тактике повстанцев, массово применявшейся в этих боях и сильно досаждавшей подразделениям Вермахта: «Они разбивались на тройки, вооруженные автоматическими пистолетами. Тройки, пользуясь темнотой и зарослями, проникали всюду. Они просачивались сквозь фронт, и короткими очередями поражали нас с флангов, создавая жуткую картину окружения. Это нервировало казаков, бессильных найти и уничтожить эти тройки, которые комариными укусами жалили уставших бойцов»^[745].

Вечером 25 сентября размещавшиеся на левом фланге оборонительной линии (в районе Цера) четники без предупреждения оставили свои позиции. Стоявшие между ними и русскими части СДК были вынуждены отступить к железнодорожной станции Лешницы – фронт фактически развалился. Причиной бегства равногорцев стало начавшееся наступление 11-й и 16-й дивизий НОАЮ, которое, в свою очередь, было частью общего наступления 12-го корпуса на Шабац.

Утром следующего дня пришла в движение 36-я партизанская дивизия – в 7.30 свежая III Воеводинская бригада атаковала Лешницу всеми четырьмя своими батальонами (3-й и 4-й наступали с юга, вдоль шоссе и железной дороги на Шабац, 1-й – с востока, а 2-й – с северо-востока). Около 10.00 в бой вступила V бригада, но даже объединенными усилиями повстанцам не удалось добиться результата: ожесточенный бой местами доходил до рукопашной, особенно упорно отбивались немцы и русские. В середине дня, под прикрытием артиллерийско-минометного огня, обороняющиеся даже перешли в контратаку, отбросив части III бригады на 400 м. Но около 13.00 на ее правом фланге появилась II бригада 16-й дивизии, что стало переломным моментом боя – под прикрытием массированного огня автоматического оружия повстанцы перешли в общую атаку^[746].