Колумбайн - Дейв Каллен

В среде психологов и психиатров по этому поводу существует раскол, но большинство специалистов все же используют термин «психопат», и значительная часть исследований по этой теме основана на «Перечне психопатических черт» Хаэра. Третий термин, обозначающий то же, что и первые два, «антисоциальное расстройство личности» (АРЛ), был введен в обиход в 1970-х годах и остается единственным диагнозом, упомянутым в последнем издании «Руководства по диагностике и статистике душевных расстройств» (DSM – IV). Однако это понятие охватывает гораздо более широкий спектр болезней, чем понятие «психопат», и ведущие исследователи решительно его отвергают.

Так откуда же берутся психопаты? Ученые придерживаются на этот счет разных мнений, но большинство склоняется к смешанному происхождению психопатии: главную роль играют врожденные особенности, но на их развитие влияет и воспитание. Доктор Хаэр считает, что психопаты рождаются с сильнейшей предрасположенностью к насилию, которая может усугубляться из-за жестокого обращения или же недостатка внимания в семье. Существует корреляция между психопатией и неблагополучием в семье – и, судя по всему, насилие в семье делает потенциальных психопатов более жестокими. Однако имеющиеся данные доказывают, что сама по себе подобная среда не порождает психопатию; она просто усугубляет уже существующую проблему. Из этого также следует, что даже образцовое выполнение родителями своих обязанностей не исправит ребенка, родившегося безнравственным и злым.

Симптомы психопатии проявляются так рано, притом часто в благополучных семьях и при наличии нормальных братьев или сестер, что все говорит о том, что это расстройство носит врожденный характер. Большинство родителей психопатов говорят, что замечали проявление пугающих симптомов еще до поступления в детский сад. Так, доктор Хаэр описывает пятилетнюю девочку, которая несколько раз пыталась спустить котенка в туалет. «Я застала ее за началом очередной попытки, – рассказала мать. – После этого она повела себя совершенно невозмутимо, разве что, быть может, слегка разозлилась – из-за того, что ее застукали». Когда женщина поведала обо всем мужу, девочка начала преспокойно все отрицать. Она не проявила ни капли стыда и не выказала никакого страха. Нет, психопаты – это не те, кто утратил способность испытывать эти эмоции. У них они просто отсутствуют с самого начала.

Хаэр разработал специальный метод проверки на психопатию среди несовершеннолетних и выделил отличительные признаки, проявляющиеся у психопатов во время обучения в школе: беспричинная ложь, равнодушие к страданиям других, неподчинение старшим, невосприимчивость к выговорам или угрозе наказания, мелкие кражи, постоянная агрессивность, прогуливание уроков, нарушения родительского предписания возвращаться домой не позже определенного времени, жестокое отношение к животным, раннее приобщение к сексу, а также вандализм и поджоги. В дневнике Эрик хвастался наличием у него девяти из десяти таких отличительных черт и на своем сайте также бахвалился, причем бахвалился неутомимо. Единственный отсутствующий у него отличительный признак психопата – это жестокость по отношению к животным.

На определенном этапе – то ли в качестве причины, то ли в качестве следствия наличия у человека психопатии – больной мозг начинает производить обработку эмоциональных реакций иначе, чем здоровый. Доктор Хаэр заметил это анатомическое различие. Он отправил статью, в которой проанализировал электроэнцефалограммы психопатов, в научный журнал, но тот отказался ее печатать, начисто отвергнув полученные результаты. «Данные электроэнцефалограммы просто не могут принадлежать реально существующим людям», – написал Хаэру редактор.

В том-то и дело! – подумал Хаэр. Психопаты действительно отличаются от нас кардинально. Действия Эрика Харриса поставили общество в тупик, потому что мы не можем представить себе человека, который руководствовался бы подобными мотивами. Даже Кейт Баттан упрямо описывала его всего лишь как подростка, пытавшегося вести себя, словно взрослый мужчина. Но повышенная тревожность, которую мы обычно ассоциируем с подростковым возрастом, играла в мотивации Эрика лишь очень небольшую роль. У него никогда не снимали электроэнцефалограмму, но, если бы это было сделано, большинство неврологов, вероятно, сочли бы результаты его ЭЭГ чем-то невозможным для человека.

Основой натуры психопата является почти полное отсутствие способности чувствовать. Особенно слабо выражено понимание психопатом страха и страданий. Команда исследователей, работавшая с доктором Хаэром несколько десятилетий, изучала психопатов среди заключенных в тюрьмах. Как-то они попросили одного психопата описать страх. «Когда я граблю банк, то замечаю, что кассир дрожит всем телом или теряет дар речи, – ответил он. – Одного из них как-то вырвало прямо на деньги». Такая реакция его озадачивала. Исследователь попытался заставить описать собственный страх. Что бы он почувствовал, если бы на него наставили пистолет? На это заключенный ответил, что он мог бы отдать требуемые деньги, сбежать или найти способ повернуть ситуацию в свою пользу. Именно таковы были его ответы. Что бы ты почувствовал? Почувствовал? С какой стати он должен что-то чувствовать?

Ученые часто сравнивают психопатов с роботами или вышедшими из подчинения компьютерами, такими, как ХЭЛ из фантастического фильма Стэнли Кубрика «2001: Космическая одиссея», который был запрограммирован так, чтобы выполнять только свои задачи. Это наиболее приближенная к реальности модель их поведения, но и эта метафора не описывает всех нюансов. Психопаты все же имеют какие-то чувства. Эрик, похоже, грустил, когда болела его собака, и время от времени чувствовал угрызения совести по отношению к людям. Но эти сигналы проявлялись у него лишь чуть заметно.

Клекли называл это узостью круга испытываемых эмоций. Однако не все так однозначно, поскольку психопатам свойственно испытывать небольшое число примитивных эмоций, тесно связанных с собственным благополучием. Три из них были точно определены: гнев, досада от невозможности изменить ситуацию и ярость. У психопатов нередко случаются вспышки свирепого гнева, из-за которых окружающие могут считать их эмоциональными. Но присмотритесь повнимательнее, советовал Клекли. «Те, кто наблюдает за ними внимательно, убеждаются, что здесь мы имеем дело не с силой испытываемых чувств, а с готовностью и желанием их выражать. Они не чувствуют любви. Не чувствуют горя. Им неведомы ни огорчения, ни надежда, ни отчаяние при мысли о будущем. Психопаты не чувствуют ничего глубокого, сложного или длительного. Психопат склонен к раздражению, злобе, непродолжительным и нестойким всплескам чего-то, отдаленно напоминающего симпатию, брюзгливому недовольству, легким вспышкам жалости к себе, припадкам ребяческого тщеславия, а также абсурдным, бьющим на эффект сценам негодования».

Эти слова Клекли могли бы быть написаны о дневнике Эрика Харриса. «Как ты смеешь думать, будто я и ты принадлежим к одному биологическому виду, если мы с тобой такие разные, – говорил Эрик. – Ты не человек, ты робот… и если раньше тебе случалось меня бесить, то если я увижу тебя опять, ты умрешь».

Негодование очень глубоко вплетено в натуру психопата. Оно порождается гипертрофированным эго и чувством собственного превосходства. Психопаты не отличаются сильными чувствами, но, если их выводят из себя те, кого они считают ниже себя, они могут действительно дать волю гневу. Но глубоко это не идет. Даже дождевой червь отпрянет, если ткнуть в него палкой. Даже белка выкажет раздражение, если ее дразнят, раз за разом то предлагая земляной орех, то отдергивая его назад. В плане эмоций психопаты стоят примерно на таком же уровне, но им далеко до какого-нибудь золотистого ретривера, который способен демонстрировать любовь, радость, сострадание и сопереживание к человеку, испытывающему боль.